Заклинатель

Радин Сергей

– … Носатый! Брис!..

Детские голоса. Голос. Девчоночий.

Дети ещё здесь? Вольф не увёл их? Или это другие дети? Не узнаю голоса, в котором ярко слышны панические нотки:

– Изолируй его! Быстрее! Поставь вокруг него блоки, иначе!..

Первое, что обнаружил: стою на дрожащих ногах, ладонями и лбом упираясь в стену. Живой. Но зажатый от боли. И слабый в ожидании боли. На детский голос распускаюсь, словно смятая бумажка.

– Что… Что происходит?

С трудом отталкиваюсь от стены и судорожно хватаюсь за маску-очки.

Почему-то они на месте - на лице. Маска сухая. Сколько времени прошло с момента, как меня?.. Ботинок задевает что-то на полу. Лазер…

Я смотрел на оружие и с ужасом думал, что надо нагнуться и поднять его.

– Нагнись и подними, - повелительно сказал мальчишеский голос сбоку.

– Может, я подниму?
– спросила девочка, стоящая прямо передо мной.

– Нет. Он сам. Если переломит себя, выйдет из боли. Нет - останется в ней. Брис, подними оружие. Это нетрудно.

Оружие лежит так близко. Всего лишь нагнуться и… И накатит страшная боль. У меня сломаны рёбра…

– Рёбра у тебя целы.

Чего он врёт?.. Разбита голова. Нагнусь - тьма в глазах, сразу грохнусь.

– Голова в порядке.

Правильно, это не тебя били ногами по лицу.

– Тебя никто не бил.

Медленно повернулся к упрямому голосу - сжавшись в ожидании неминуемой боли. Ни один избитый мускул не откликнулся. Странно… Мальчишка со злыми глазами в упор смотрит на меня. Снизу вверх, но жёстко.

– Подними оружие!

Я медленно опустился на корточки и медленно потянул руку за оружием. Боли нет. Той самой, на которую я настроился. Пальцы легко обхватили ствол. Хорошо… Приятная такая тяжесть. Медленно, не чуя избитых мышц, поднялся и свободной рукой потрогал висок. Ни царапины. И одежда целая и даже не пыльная, словно меня не пинали по полу, будто сдувшийся мяч. И я, кажется, постепенно вылезал из странной апатии.

Но где же Вольф? Подвигав шеей и обнаружив, что она… функционирует нормально, я огляделся. Призрака нигде не нашёл.

Мы всё в том же коридоре. В его конце. Конец - потому что завал. Тупик, в общем. И выбираться из этого тупика будет очень сложно. Потому что выход с другой стороны преградили. Не Вольф. Мерцающая серым чёрная тряпочка лениво колыхалась на каменисто-пыльном полу. Плёнка.

Как она сумела так быстро подойти к нам? Или я слишком понадеялся на Мартина?

32.

Большеголовый мальчишка с сумрачными глазами, неожиданно для меня оживлённый и быстрый, встал передо мной. Столбик в скафандре. Головастик в очках. Капюшон-то откинул.

– Кто такой головастик?

Некоторое время я молчал, недоумённо глядя на него и стараясь уяснить, что происходит. Мартин до меня не дотронулся, прежде чем задать вопрос. Откуда он знает, как я назвал его про себя, если у нас нет физического контакта?

– Быстрей говори. Говори давай!

– Сначала ты. Откуда ты

знаешь?..

– У тебя в голове дырка, - медленно выговорил мальчишка, морща брови, будто стараясь искать слова поконкретней и объяснить мне то, что я совершенно не понимал.

Пока он раздумывал, я судорожно вздохнул, вскинув лазер на локоть. Плёнка волнисто и уверенно плыла к нам… Внезапно меня дёрнули за рукав, обращая внимание на себя. Мартин теперь смотрел на меня почти зло.

– Что ты видишь?

– Я вижу плёнку, чёрт бы её!..
– не сдержавшись, рявкнул я.
– Я вижу, что мы попали в чёртов тупик и что теперь нам…

– Нет там никакой плёнки! И тупика нет!
– крикнул мальчишка. Он выплёвывал каждое слово отдельно, выразительно двигая губами, будто старательный ученик, читающий трудное стихотворение. Хотя на самом деле ему явно трудно было разговаривать вслух.
– Плёнка у тебя в голове! У тебя там была залепленная дырка и тёмное пятно, которое ты называешь берсерком! Тёмное пятно лопнуло, когда ты кричал на нас! И дырка снова появилась. А плёнка ментально влезла в дырку и показывает тебе то, чего нет на самом деле!

– Тихо-тихо, - предостерегающе сказала Таис.

Она тоже стояла если не расслабленно, то уж точно опустив оружие. Словно и в самом деле ослепла и ничего не видела. Или не видела того, что видел я. Что происходит?

Я зажмурился до белых искр в закрытых глазах. Снова всмотрелся в конец тёмного коридора. Плёнка всё так же медленно и уверенно приближалась к нам. Обернулся. Тупик оставался тупиком. Тот же завал между покосившимися стенами. Мартин сказал - всего лишь иллюзия? Иллюзия, вложенная в мои мозги?

– И что теперь делать?
– растерянно спросил я.

Ответ, вообще-то, на поверхности. Если плёнка сумела вложить в мои мозги столь убедительно выглядящую иллюзию, значит, эта тварь всё-таки засекла нас и торопится сюда. А идти я не смогу: если дети спокойно пройдут видимый для меня завал, то для меня ход через него - это новая боль, удушье, а то и смерть. Я слишком хорошо вижу обломки стен, пыльные змеи проводов, какие-то трубы - вперемешку.

– Тебе придётся, - сказал мальчишка.
– Боль будет фантомной. Переживёшь.

Он сказал уверенно, но я перехватил взгляд Таис на него. Кажется, она сомневается, что я могу пережить это. Но другого выхода у нас нет. Если пойду свободным коридором - тем, откуда на нас плывёт плёнка, если она кинется на меня - в моих мозгах, в моём воображении… Распылит, сожрав. Может, и выдержу, но сердце…

Я поднял голову. Что - сердце? У меня молодое тело. И впрямь переживу. Правда, есть вариант - надо пройти тот, что полегче, - завал. И не жалеючи себя. А то мало ли как поведу себя, если плёнка бросится внезапно и распадётся на части, которые надо будет отстреливать со всех сторон. Не дай Бог - кого-то из детей раню. Так что - идём через завал. Надеюсь, с удушьем справлюсь как-нибудь.