«Заказ» невыполним
Шрифт:
– Хамзат… Извини, не узнал тебя сразу. У русских примета такая есть – если голос не узнал, значит, человек долго жить будет. Жить тебе, следовательно, долго…
– Я буду жить долго, – согласился Хамзат. – Я тебе переживу на много лет…
– Это уже, как доктора решат, – пошутил Гилани Гирмасолатович, а сам совсем не весело хихикнул. – Хамзат, мне срочно нужен Таймасхан. Просто срочно. Кроме него никто не сможет справиться… Там необходимо публичное наказание, и гонорар будет соответствующим.
– Меня не интересуют гонорары, Гилани Гирмасолатович, – из-за плеча Далгата,
– Здравствуй, Таймасхан. Я рад, что ты тоже там…
– Они у меня в гостях, – вставил слово Далгат.
– Мы не были у тебя в гостях, – сказал Таймасхан. – Гость обязан уважать хозяина, и никогда не причинит ему вреда.
– Вреда… Мне? – Далгат вроде бы даже удивился такому высказыванию, но долго удивляться у него времени не было, потому что Таймасхан рывком развернул кресло, от которого тут же отвалилось колесико, и кресло стало заваливаться набок, но и упасть Далгату сразу Таймасхан тоже не дал. Он выстрелил в лоб почти в упор. И только после этого отпустил подлокотник кресла. Далгат упал набок.
– Что у вас там происходит? – спросил Гилани Гирмасолатович.
– А вы не поняли? – спросил Таймасхан. – Вдова Далгата приглашает вас на похороны…
– Она моя племянница, – напомнил Гилани Гирмасолатович. – Надеюсь, ее вы не тронете?
– Мы не тронем ее, даже если она ваша дочь.
– Таймасхан, мне кажется, ты на ссору нарываешься…
– Я не навязываюсь никому в друзья и в помощники. И сказал уже, что не нуждаюсь в гонорарах. Я обеспечил себя на многие годы вперед. Я даже от более выгодного «заказа» отказался, нежели вы можете предложить.
– Более выгодный «заказ»? – переспросил Гилани Гирмасолатович. – Что ты можешь знать о моем «заказе»?
– Я знаю только то, что не принял «заказ» на вас. А свою цену вы сами знаете. И вы должны быть мне за это благодарны. Но если вы будете надоедать, я могу и передумать…
– Ну-ка, ну-ка… Поподробнее…
– Подробности в нашем деле исключены, – подыгрывая товарищу, сказал Хамзат. – Это ты, Гилани, должен лучше других знать.
– Таймасхан, я тебе сделку предлагаю. Ты мне даешь информацию, а я тебе кое-что о твоем отце сообщу. Это будет равный обмен…
Это был ловкий ход мудрого в политике и в бизнесе человека. Таймасхан мог бы и купиться, но ему нечего было сказать.
– Я – профессионал… И не говорю лишнего. Даже за такую цену… Но здесь, в этом городе, я как раз для того, чтобы все узнать об отце. Так что, без вашей помощи я могу обойтись. Желаю и вам обойтись без моей помощи. И помните, что я отказался, но есть много других, кто не откажется. Есть хорошие снайперы…
– Имя, – возопил Гилани Гирмасолатович. – Только имя назови. Кто «заказывал»?
Хамзат улыбнулся, приподнял и опустил трубку аппарата. Разговор прервался…
ГЛАВА ПЯТАЯ
1
Через забор опять пришлось перепрыгивать, чтобы самому не стать жертвой выставленных «растяжек». А такие случаи были на памяти Джамбулата. Более того, он сам желал такой случай инициировать, только с другими действующими
Дедушка Ризван дожидался гостя в темноте на веранде. Стоял, оперевшись двумя руками на свой посох, и смотрел в темноту, словно что-то видел. Но даже свет из окна не попадал туда, где Джамбулат трудился. И потому ничего увидеть старик не мог. Тем не менее, смотрел.
– Что ты там сделал? – спросил просто, когда Джамбулат вернулся. – Все получилось, как ты хотел? Моя помощь не нужна?
– Поставил «растяжки» на три гранаты. Теперь главное, чтобы они пришли. Самому снимать «растяжки», да еще в темноте, дело опасное. А если не придут, снимать придется, не то, не приведи Аллах, взорвется невиновный. По-доброму-то, чтобы «растяжки» снять, нужен скотч, а у меня его нет. У тебя, дедушка, не завалялось?
– Скотч? А это что за штука? – переспросил старик.
– Значит, не завалялось, если не знаешь… Ладно. В крайнем случае, обойдусь леской…
Чтобы снять «растяжку», необходимо предварительно обмотать предохранительный рычаг вместе с корпусом гранаты плотным и крепким слоем скотча. Тогда есть гарантия безопасности. Гранаты в этом случае можно будет выбросить где-то в горах, где осколки никого не достанут. А камни и скалы такие ранения переносят безболезненно. Но все же лучше будет, если «растяжка» сработает. Естественно, на нужных людях. Но старик сказал уже, что в это время никто прийти к нему не может. Фельдшер Сосланбек уже предупрежден. Но он, если бы что-то получилось не так, как планировалось, уже, наверное, подошел бы. Если не подошел, значит, машина должна выехать или вот-вот выедет и будет ждать на дороге за первым поворотом. Это недалеко, минут сорок пешего хода…
– Пойдем в дом, дедушка Ризван.
– А мы разве смотреть не будем?
Хотелось усмехнуться стариковской наивности, но усмешка могла бы Ризвана Саадуева обидеть, а обижать доброго и честного старика не хотелось.
– Смотреть опасно. Так же опасно, как входить в калитку.
– Подумаешь… Опасно… Зато интересно.
– Нельзя, дедушка Ризван. Мне тоже интересно, но я просто знаю, чем это грозит.
– Неужели осколки до дома достанут?
– До двухсот метров разлетаются. Хотя основная зона поражение метров тридцать – сорок… А здесь метров восемь. Нельзя…
Старик вздохнул. Ему очень хотелось бы посмотреть, как взорвутся обидчики его дома. В этом была бы и его тоже месть. Но он хорошо понимал, что есть понятие «нельзя», и этого понятия могут не придерживаться только неразумные дети и всегда излишне любопытные женщины. А мужчине следует уметь держать себя в руках, чтобы не быть на женщину похожим.
– Но услышать-то мы услышим? – все же спросил он.
– Еще как услышим… Окна вылетят со звоном.
– Ради такого дела окон мне не жалко. Я бы и дом не пожалел. Где ждать будем?