Закалка клинка

Паркер К. Дж.

– Но… – Венарт обессилено уронил руки. – А как насчет других? Наверняка у кого-то должно…

– Они прокатились по кварталу, как стая саранчи, – покачал головой канатчик – Забрали все подчистую. Сказали, что веревка пойдет на оснащение катапульт, – добавил он, словно это была самая большая глупость, которую ему когда-либо доводилось слышать. – Боюсь, парень, тебе не везет, зря ты вчера отказался от сделки – тогда у тебя была бы веревка, а у меня – мои деньги.

– Ну хорошо, – в конце концов произнес Венарт, – Почему бы вам не сделать еще веревки вместо того, чтобы бесцельно сидеть здесь и пить

сидр? Или они реквизировали и сырье тоже?

– Нет, но зачем? – вяло ответил Ортенан. – Все, что я изготовлю, должно быть продано правительству, иначе меня оштрафуют и бросят за решетку. Военное положение, ничего не поделаешь. – Он вытянул губы и сплюнул. – А так они ничего не могут сделать, Я начну работать, когда увижу живые деньги, а не жалкий клочок бумаги. До этого времени пусть хоть удавятся. Мое сырье не испортится от того, что недельку-другую полежит в сарае.

Пройдясь по кварталу, островитянин убедился, что канатчик не обманул его. Склады были пусты, не осталось ничего, кроме пары сотен ярдов заплесневелой дряни, которой пренебрегли военные и которую Венарт также покупать не захотел. Подавленный торговец решил вернуться в гостиницу.

– Вот это невезение! – воскликнула Ветриз, выслушав рассказ брата. – Особенно учитывая, сколько времени и сил ты потратил на изучение предмета. Даже скупив первое, что попалось под руку, сейчас ты бы стал монополистом и мог диктовать собственные цены.

Венарт нахмурился, от чего Ветриз, не сдержавшись, хихикнула.

– Рад, что тебе это доставляет столько удовольствия, – взорвался он. – Надеюсь, твое настроение изменится, когда мы отправимся домой с пустым трюмом.

– Ты что, серьезно?

Венарт молча сел на кровать и снял левый сапог, всю обратную дорогу что-то кололо ему ногу.

– Так что ты задумала? Уж не хочешь ли ты сказать, что тайком шлялась по рынкам, пока я в ноте лица зарабатывал деньги, чтобы…

– Свет не сошелся клином на веревке, – начиная раздражаться, сказала девушка. – На свете много товара, который мы могли бы купить, – главное, договориться о цене.

– Ну хорошо, что ты предлагаешь?

– Ковры, например.

– Ковры?

– Ну да. – С минуту Ветриз разглядывала свои ногти, затем продолжила: – Откуда привозят ковры на Остров?

– Из Блемерии, надо полагать, причем без посредников.

– Отлично. Единственное, на что ты не обратил внимания, изучая свой чистый лен и конский волос, что блемерийские ковры, которые продают здесь, значительно лучше и в три раза дешевле тех, которые привозят на рынки Острова.

– Ого, – Вернарт задумчиво почесал затылок, – ты уверена?

– На все сто. Я вчера пыталась выбрать себе что-нибудь, чтобы заменить ту плесневелую дерюжку, что висит на стене в моей спальне. Узнав цену, я тоже удивилась и попросила Эйтли объяснить мне. Она сказала, что блемерийцы покупают все вино в Месоге, но для экономии транспортируют его в собственных бочках, которые намного дешевле, потому что хесишины привозят их на своих кораблях в качестве балласта. Перимадейцы покупают их за бесценок и таким образом получают возможность приобретать блемерийские ковры значительно дешевле. Кроме того, в городе народ более привередлив, поэтому на Остров попадают ковры, которые не смогли продать здесь. – девушка

демонстративно зевнула. – Это называется «международная коммерция», – менторским тоном добавила она.

– Ковры, – задумчиво произнес Венарт. – Хорошо, а ты не подумала, сколько ковров мы сумеем продать на нашем далеком полудиком Острове? Ведь этот товар нельзя назвать популярным.

– Его можно сделать таким, – уверенно ответила Ветриз, – если качество и цена будут подходящими. Ничего удивительного, что наш народ не желает покупать рухлядь, да еще по грабительским ценам. Хорошие же ковры…

– Я не намерен тратить наши оборотные средства на глупую выдумку, которая пришла в голову тебе и твоей новой подруге, пока вы ходили по магазинам, – недовольно прервал ее брат. Лично я намерен разыскать и попытаться встретиться с этим парнем по имени Лордан.

– Лордан? – вскинула глаза Ветриз. – Зачем?

– Он единственный, кого мы знаем в правительстве, – ответил Венарт. – Подумай. Военные скупают всю веревку, которая есть в городе, но большая часть не годятся для оснащения катапульт, поэтому они, вероятно, захотят избавиться от излишков, которые я с удовольствием у них куплю. При условии, – добавил торговец с самодовольной усмешкой, – что меня никто не опередил. Дешевая веревка высшего качества, которая целиком окажется в моих руках. Секрет международной коммерции заключается в том, чтобы извлекать выгоду из любого бедствия. Увидимся вечером, и не броди по городу в одиночку.

Его аргументы казались несокрушимыми в разговоре с сестрой, достаточно убедительными по дороге к правительственным зданиям, когда же Венарт провел час в приемной какого-то клерка только для того, чтобы получить бумажку, позволяющую ему увидеть другого клерка в противоположном крыле здания, его уверенность сменилась отчаянием. Он уже был готов отдать всю предполагаемую выручку от продажи пресловутой веревки за подробный план этого лабиринта с четким обозначением входов и выходов, когда столкнулся с человеком, которого не мог не узнать.

– Простите, я не заметил, куда иду, – произнес мужчина.

– Вы Бардас Лордан, – вместо ответа сказал Венарт, – я пришел, чтобы встретиться с вами.

– Да, – подтвердил тот. – Ваше лицо мне знакомо, но я не могу…

– Мы встречались в таверне, в день, когда вы выиграли дело против Олвиса, – подсказал собеседник, – я был с сестрой.

– Точно, – улыбнулся Лордан. – Я припоминал что-то связанное с таверной, но большую часть людей, встреченных там, я стараюсь забыть как можно быстрее. Чем могу быть полезен?

Внезапно торговая прыть Венарта поутихла. То, что он собирался предложить, скорее всего являлось противозаконным и уж наверняка противоречило устоявшимся нормам морали. Торговец корил себя за собственную недальновидность: ему неожиданно открылся доступ в высшие круги перимадейского общества, который он может навсегда закрыть себе из-за своего меркантильного желания заработать лишний медяк на груде веревки. Но отступать было уже поздно. Венарт сделал глубокий вдох и начал излагать суть, то и дело вставляя фразы «если вы сочтете это возможным» и «если это не противоречит вашим интересам». В конце концов он смолк, неловко застыв на одной ноге, и с ужасом ждал, когда Лордан позовет охрану