Загадочный пациент
Шрифт:
– Я не поняла, ты меня ревнуешь? – Рита отталкивает меня, ударяет кулаком в грудь. Вроде маленькая ручка, а я почти сгибаюсь. Удар мужской.
– Может быть и ревную!
Девушка вспыхивает, подскакивает и упирает руки в боки, прикусывает губы.
– Да как ты смеешь! – Ты… ты… козлина! Индюк тупорылый! Эскимос эгоистичный! Упырь! Врач недоделанный! Тварина! – она заходится, осыпает меня оскорблениями с пеной у рта, налетает на меня с кулаками.
Я удивленно смотрю на нее, ничего не понимая.
– Я влюбилась в тебя
Слова режут меня без ножа, выворачивают на изнанку.
Я помню тот день, когда увидел маленькую кроху на столе в облезлой операционной. На девчонке в клочья была разодрана одежда, лицо напоминало отбивную. Она лежала, поджав колени, и почти не дышала.
У меня сердце сжималось от боли при виде нее. Какими же отмороженными тварями нужно было быть, чтобы сотворить такое?
Первое, что я сделал, попросил разобраться, не оставить этих чудовищ без наказания. Такое нельзя оставлять просто так. Девчонка еле жива осталась. Позор мужчине, который поднял руку на женщину, он обязать заплатить за такое.
Я и забыл про девчонку, закрутился на работе. Совсем не вспоминал о ней, пока она не появилась на моем пороге вновь. Не узнал даже.
У девчонки были русые длинные волосы до попы и невероятно живое лицо. Она смотрела на меня с благоговением, как на чудо. Была благодарна за спасение. Притащила горшок с цветами. Так мило сжимала его, вырастила маргаритки для меня.
Молоденькая девчонка, таких еще называют яблочками наливными. Чудо, как хороша. Улыбается не только губами, но и глазами, душой. Смотришь и внутри все ухает…
Маленький ангелочек с красными щечками. Не похожа на московских девах на важных щах, которые меркантильные и продуманные во всех отношениях.
Рита же была в недорогом, очень скромном платьишке, которое только подчеркивало ее чистоту и невинность. У нее в глазах было столько эмоций, что можно было утонуть. И я стал захлёбываться…
Нельзя так смотреть на малолетних девочек. Так смотрят только педофилы. Она же не Лолита…
Постоянно себя одергивал, ругал и проклинал. Она совсем ребенок, а я смотрю на нее как на женщину. Оцениваю тонкую талию и аппетитные формы. Именно тогда я запер все свои мысли и желания. Стал избегать ее. Перестал обращать внимание на девчонку. Вычеркнул ее, чтобы не сорваться и не переступить черту.
Так резко произошло изменение: в один миг. Девчонка с длинными косами подстриглась под мальчика, перекрасив их в ярко-розовый. Рита ощетинилась и стала колкая, бросалась на всех как злая собака. Особенно на меня. Словно и не было ничего хорошего между нами.
Раздражала меня до трясучки. Мы были как кошка с собакой. Вот только раздражала ли она меня на самом деле? Может быть все намного сложнее?
– Пошёл ты в жопу! – орет на меня так, что уши
– Не ори! – хватаю ее за руки и рявкаю так, что она затихает. У меня на душе становится так тепло и понятно. – Раз так безразличен, что суетишься? Беги к Ари…
Наклоняюсь к ней и прижимаю к себе, улыбаясь в губы. Вдыхаю запах Бесноватой, как кокаин, потому что от него у меня тут же наступает эйфория. Кровь начинает быстрее бежать по венам. Хочу закрыть ее собой и никому не показывать, чтобы была только моя. Раньше не замечал за собой таких варварских замашек, собственнических наклонностей.
Целую ее, обхватываю за тонкую талию и прижимаю к себе. Тело ликует, оно так долго жаждало этой близости. Какая же она вкусная. Сицилийский апельсин. Острая сладость.
Не успеваю насладиться поцелуем, потому что неугомонная Рита кусает меня, цапает нижнюю губу зубами до крови. Отпихивает и шипит как дикая кошка. Девушка пытается отстраниться, вырывается.
Приходиться проявить дюжую силу, чтобы удержать девчонку, она как уж изворачивается, колотит меня как Тайсон.
Рита затихает, перестаёт брыкаться и даже неожиданно начинает мне улыбаться.
– Значит я небезразлична тебе? – ее голос щекочет, такой ласковый и нежный. У меня член дергается в такт вибрации интонации ее голоса. Даже не замечаю, как кровь тонкой струйкой стекает на рубашку. – Хочешь меня?
Она меня гипнотизирует. Шумно сглатывая, чувствуя себя идиотом, согласным на все, что она скажет. Так хочу ее.
Рита тянет меня к себе, притягивая за ворот рубашки; проводит языком, слизывая капельки крови, шумно обнюхивает, смотрит мне в глаза.
– Маргаритка… - выдыхаю, чтобы поцеловать, поддаюсь ее чарам, хотя чувствую же подвох.
– Ал… - хрипло шепчет она и… со всей дури ударяет меня между ног. Перед глазами все затягивает белой пеленой. Непроизвольно выпускаю ее, сгибаюсь. Но Рите мало, она со всего раз маху ударяет меня по лицу. Несильно, но хлестко. Часть удара приходится на нос, часть на правый глаз. – Эгоистичная скотина… Думаешь, пальчиком поманишь и я прибегу?
У нее совсем высоко задирается юбка, обнажая стройные ноги в соблазнительных чулках. Она еще и чулки надела!
Даже в таком состоянии, при пульсирующей боли, все мысли только о Бесноватой. Угораздило меня запасть на эту сумасшедшую.
Рита наклоняется ко мне и бесстрастным выражением лица продолжает хрипло шептать:
– Ты слишком долго плавал морячок. Я тебя успела разлюбить!
Быстро, со скоростью дикой кошки, она выскальзывает из дома, оставляя меня одного со своими мыслями и распухшими яйцами.
Ночью так и не удалось уснуть. Все мои мысли были вокруг Риты и, где сейчас ее жопка, обтянутая желтой юбкой. В голове так и кружили картины, как противный итальянец лапает ее своими руками с короткими пальцами.