Загадка Рене
Шрифт:
– Так я и думал...
– пробормотал командир.
– Вы что-то сказали?
– переспросил Шахбоз.
– Да. Продолжаем обзор, - ответил Хрусталев.
Телеспутник помчался в сторону зубчатых гор. За их стеной должно было тянуться ровное каменистое плато. Именно там замолчали первые автоматические станции, совершившие посадку на Рене. Именно там пропала и экспедиция Старка.
Горная гряда оказалась длинной и узкой. За ней потянулись ущелья, разломы, выходы на поверхность планеты каких-то каменных плит. В отвесных скалах виднелось множество пещер.
За пещерами
– Стоп!
– вдруг вскрикнули космонавты разом.
Телеспутник развернулся и, описывая плавные сужающиеся круги, приблизился к месту, так заинтересовавшему землян. Посреди плато высилось странное сооружение.
– Что это?!
– воскликнул Шахбоз.
– Искусственное сооружение...
– прошептал Укен.
– Да, искусственное сооружение, - нахмурив брови, ответил Хрусталев. Перед вами "Фотон". Вернее, то, что от него осталось.
От звездолета остались, по сути, только внутренние перегородки. Долго ходил по кругу телеспутник. Светился фиолетовый экран. Тихо и уныло было в круглом зале "Алмаза". Первым нарушил молчание Хрусталев. Впрочем, до него никто и не отважился бы заговорить. У Хрусталева на "Фотоне" были друзья...
– Впечатление такое, что корабль размонтирован, - мрачно произнес он.
– Похоже.
– Обратите внимание - внутренние перегородки почти не повреждены.
– Какой смысл космонавтам было ремонтировать звездолет?
– Им - никакого!
– Значит...
– Значит, корабль разобрали другие.
– И это нам с вами и предстоит узнать. Посмотрим, что с вездеходом, проговорил Хрусталев.
Вездеход с "Фотона" обнаружили метрах в тридцати от входа в одну из пещер. Особенно поражало сохранившееся остекление кабины вездехода. Остекление изготовлялось из сверхпрочного сплава, а затем намертво вделывалось в металлический корпус вездехода. Отделить остекление от корпуса самим космонавтам было практически невозможно. Такая необходимость вообще не предусматривалась конструкцией машины. Подобная операция никогда не проделывалась и на заводах. Если было нужно заменить корпус вездехода, то его меняли вместе с остеклением. Только такой способ обеспечивал надежную герметизацию корпуса. И вот теперь экипаж "Алмаза" с удивлением смотрел на остекление, аккуратнейшим образом отделенное от корпуса.
– Владлен Олегович, - заговорил Шахбоз, - обратите внимание, и на "Фотоне" и на вездеходе отсутствуют металлические части.
– Посмотрите, как умело размонтированы и корабль и вездеход. Чувствуются навыки и сноровка.
– Да. Но этот великий умелец к тому же отличается и жестокостью. Разобрав корабль, он вольно или невольно способствовал гибели экипажа.
– Владлен Олегович, а может быть, сам экипаж по каким-то причинам демонтировал корабль?
Хрусталев невесело улыбнулся.
– Исключается. В распоряжении экипажа нет для этого достаточных технических средств.
– Тогда кто это мог сделать?
– Не знаю.
– Разобрать "Фотон" могли только разумные существа.
– Вряд ли. Раз уж они не побоялись выйти на поверхность и разобрать машины, то какой смысл им постоянно сидеть в пещерах? Да и выходы из пещер имели бы, вероятно, другой внешний вид.
– А может быть, длительное пребывание на поверхности таит для них опасность?
– Какую? Метеоритной опасности нет. Атмосфера достаточно плотная. Песчаные бури не так-то уж и опасны. Да и можно предсказывать их. К тому же в районе плато они, по-видимому, бывают не часто. Но главное не в этом. Разумные существа, способные с таким поразительным мастерством разобрать инопланетный корабль, по-видимому, не отсиживались бы в пещерах, а разработали какие-то меры против грозящей опасности. Думается, что этот вариант отпадает.
– А может быть, они специально так?
– подал голос Укен.
– Что - специально?
– Сидят в пещерах и ждут. А как только на планету опустится чужой звездолет, они хвать его и с концами...
Космонавты рассмеялись.
– Укен, - спросил Хрусталев, - какова вероятность посадки на маленькую, затерянную на окраине Галактики планету чужих звездолетов? Сколько их наберется, скажем, за миллиард лет? И что же? Им сидеть ради этого ничтожного шанса в пещерах?
Наступило молчание.
– Тогда, вероятно, кроме "Фотона" и нас, на Рене бывали и другие гости? Возможно, они и сейчас наблюдают за нами? Чем-то их привлекла к себе Рене.
Командир кивнул.
– Возможно. Однако, прежде чем подводить окончательную черту, давайте еще раз исследуем внутренности "Фотона". Если экипаж погиб, то должны ведь остаться тела или в крайнем случае скелеты.
Хрусталев вновь перешел на ручное управление аппаратом. Телеспутник подлетел вплотную к "Фотону", затем осторожно нырнул в него и пошел кружить по этажам. С бьющимися сердцами наблюдали космонавты за экраном.
Вот сейчас появятся на нем неподвижные тела... Напряжение достигло предела. Телеспутник достиг верхнего этажа, выскользнул из "Фотона" и поднялся на плато. В звездолете не было никого.
– Значит...
– Значит, они стали пленниками...
– Чьими?
– Тех, других.
– Возможно, даже живы до сих пор?
Хрусталев нажатием клавиши выключил экран.
– Товарищи, на основании всего увиденного нам необходимо принять решение.
Он встал с кресла, походил некоторое время в задумчивости по залу и заговорил снова:
– Мы здесь находимся с единственной целью - разгадать тайну Рене. Перед нашим отлетом высказывались различные предположения о свойствах Рене. Наиболее вероятной причиной прекращения связи считались песчаные бури. Это и понятно. Никаких других особенностей на Рене не обнаружилось. Мы видели песчаную бурю. Мы будем наблюдать и изучать другие подобные бури. Но уже сейчас можно сделать важный вывод - на связь песчаные бури не влияют. Значит, у планеты есть другая тайна, следов которой мы еще не нащупали. Возможно, дальнейший поиск сопряжен с громадной опасностью. И мы сейчас должны вынести решение, как нам поступить - продолжать поиск или возвращаться.