Загадка Катилины
Шрифт:
Дождь шумел, и стука не было слышно. И только когда раб принялся кричать и дергать запор, мы услыхали его. Вифания сразу же насторожилась, она уже давно опасалась ночных визитов. Ее опасения передались и Диане, она улеглась у матери на коленях и притихла. Метон отложил свиток и пошел вместе со мной к атрию. Мы прошли вдоль колоннады, чтобы не попасть под дождь. Я отворил окошечко в двери и выглянул наружу.
Раб указывал на дорогу и кричал. Неожиданно дождь усилился, и я не мог сразу разобрать его слов.
Мы
— Люди! — сказал он хрипло. — Спускаются с дороги! Их — целая армия на конях!
Он преувеличивал. Тридцать человек — это еще не армия, но зрелище они все равно представляли впечатляющее, особенно в темноте и особенно закутанные в черные плащи. Цоканье копыт походило на раскаты приближающегося грома. До них оставалось футов сто.
— Катилина? — прокричал Метон.
— Не знаю, — ответил я.
— Папа, может, нам закрыть двери?
Я кивнул. Мы вместе с рабом захлопнули двери и опустили засов. Зачем — я не понимал. Он мог защитить нас от воров или грабителей, но не от вооруженного отряда. Солдаты легко могли бы проникнуть внутрь сквозь библиотеку или кухню. Но у нас было преимущество во времени, и мы могли узнать, кто они и чего хотят от нас. На другом конце атрия я увидал Вифанию с Дианой на руках, обе они взирали на нас широко раскрытыми глазами.
Стук в дверь раздался так неожиданно, что я даже отпрянул и вздрогнул. Метон ухватился за мой локоть и удержал меня в равновесии. Я прижался глазом в щелке.
— Катилина? — прошептал Метон.
— Я так не думаю.
Я едва различал их лица в темноте, да еще прикрытые капюшонами. Человек у двери снова постучал, на этот раз не рукой, а чем-то потверже — рукояткой кинжала, возможно.
— Беглые рабы? — спросил Метон.
Я обернулся и заметил страх в его глазах. Я положил руку ему на плечо и придвинул поближе к себе. Зачем я привез семью в такое место? В городе всегда есть возможность сбежать, позвать на помощь соседей, спрятаться среди стен и крыш. А поместье и поля — место, где нельзя как следует обороняться, ты просто на ладони у неприятеля. У меня, правда, есть рабы, но что они могут сделать против вооруженных солдат?
Стук повторился. Я приложил к щели рот.
— Кто вы? Что вам нужно?
Один из всадников, очевидно их предводитель, жестом приказал прекратить стук.
— Нам нужен человек, которого ты здесь укрываешь! — прокричал он.
— Какой человек? Кого вы имеете в виду? — Я почувствовал облегчение: это наверняка какая-то ошибка.
— Катилина! — крикнул человек. — Выдай нам его!
— Папа? — посмотрел смущенно на меня Метон.
Я покачал головой.
— Каталины здесь нет.
— Катилина здесь!
— Папа, что он говорит?
— Не знаю.
Я посмотрел на Вифанию, которая стояла словно статуя, прижав к себе крепко-накрепко
— Кто вас послал?
Вместо ответа возобновился стук. Откуда-то снаружи я расслышал крики и вопли. Я посмотрел в щелку — за спиной всадников какие-то люди сновали около конюшни.
Через мгновение до нас донесся звук разламываемого дерева — откуда-то изнутри дома. Вифания оглянулась на проход в библиотеку и завизжала. Она крепче прижала Диану к себе. Люди ворвались в дом.
Я побежал через атрий и споткнулся о жаровню. Вифания ухватилась за меня, а сзади прижался Метон. Откуда-то появился Арат с испуганным лицом. Послышался грохот на кухне, и оттуда выбежал испуганный Конгрион.
Над домом сверкнула молния, заливая все ярким светом. Потом последовал ужасный удар, от которого задрожал пол. Отзвуки грома походили на скрежет мельничных жерновов. Сквозь шум дождя я слышал, как падают столы, грохочут медные тазы, разбиваются горшки. Со всех сторон в атрий ворвались люди с кинжалами в руках. Мы еще больше сгрудились, а они подбежали к воротам, подняли засов и распахнули их настежь.
Предводитель въехал в дом верхом на коне. С копыт стекала вода и грязь. Он спрыгнул и пошел к нам, пнув ногой опрокинутую жаровню.
— Гордиан Сыщик? — спросил он, и звук его голоса перекрыл шум дождя и разгрома, все еще продолжавшегося в доме.
Диана принялась всхлипывать. Я выпрямился, насколько это возможно, когда за тебя цепляются. Метон вышел из-за моей спины и стал рядом.
— Я — Гордиан, — сказал я. — А ты кто и что тебе нужно?
Из-под капюшона виднелась только нижняя часть его лица. Он широко улыбнулся.
— Мы охотимся за хитрым лисом. Где он?
— Если вы имеете в виду Катилину, то его здесь нет, — сказал Метон едва дрогнувшим голосом.
— Не ври, мальчишка.
— Я не мальчишка!
Человек рассмеялся. Я узнал этот смех (если не человека) — это смех возбуждения, когда люди принимаются за грабеж, или когда охотятся, или вступают в разгар битвы. Сердце мое обратилось в лед.
Люди продолжали шнырять повсюду, сверкая своими кинжалами. Некоторые сдвинули капюшоны. Они были в основном молоды, гладко выбриты, со сверкающими глазами и крепко сжатыми губами. При виде некоторых лиц у меня смутно промелькнуло что-то в памяти. Где я мог их видеть?
Метон прижался губами к моему уху.
— Охранники Цицерона! — прошептал он. — Помнишь, тогда, на Форуме?
— О чем ты там шепчешься? — прорычал человек. — Где вы его прячете?
— Каталины здесь нет, — повторил я.
— Глупости! Нам известно, что он укрывается здесь. Мы гнались за ним из самого Рима. Глупец думал, что может ускользнуть незамеченным! Но мы до него доберемся!
— Его здесь нет — по крайней мере, в доме. Может, в конюшне…