Зачистка
Шрифт:
Егор смотрел ясно, глазенки лучились тепло, как весеннее солнце. И от этой ясности и уверенности Муну почему-то стало зябко.
— Давай, — пихнул в плечо Снейк.
— Что давать? А ты?
— Со мной ничего не будет, — уверенно сказал Снейк и тепло поглядел на Егора.
Мальчишка шмыгнул к двери и ковырял ключом в скважине. Замок поддался, дверь со скрипом приотворилась. Мун выматерился.
— Не ругайся при ребенке, — осадил Змей.
— Ничего, — вступился за седого мальчишка. — Мамка еще не так
— Твоя мамка? — удивился Мун.
— Ага, — довольный собой поделился Егор. — Когда Рыжик ей предложение делать пришёл.
Снейк не сдержался и заржал. Мальчишка улыбнулся и повернулся к седому уже серьезный. Мун снова почувствовал, что его насаживает на детский взгляд, как рыбу на крючок. В ушах легко зазвенело.
— Бегите, дядя Мун, — попросил Егор с неподдельной искренностью. — Они вас убьют.
— А может, и правильно? — Мун глядел мальчишке в глаза. — Они же не просто так меня убить хотят. Значит, дрянной я человек.
Он ждал, что Егор отвернется, но тот смотрел прямо в душу, и в глазах была мольба, с какой иные его сверстники выклянчивают у родителей дорогую игрушку.
— Вы хороший, — уверенно сказал он. — Они просто не видят.
Парнишка не просто не отвел взгляда. Он смотрел так, словно и вправду видел Мунлайта насквозь. Словно сталкер был для него инструментом, который мальчишка умел настраивать. Звон в ушах прекратился. Седой потупился.
— А ты видишь? — пробормотал сердито.
Егор кивнул. Седой сплюнул. Даже если поверить маленькому телепату и знать, что со Снейком ничего не случится, а ему в самом деле угрожает смерть, даже если воспользоваться предложением и бежать, то куда он убежит ночью посреди Зоны безоружным.
Мальчишка словно прочитал мысли, а может, и в самом деле прочитал, деловито вытащил из-за пазухи пистолет. Протянул Муну.
— Вот.
— А это у тебя откуда? — нахмурился Снейк. — От Рыжика.
— Он тебе сам дал или опять телепатия? — заинтересовался Мун.
— Нет, — покачал головой Егор. — Это я просто спи…
— Что? — взвился бородатый.
— Стащил, — поправился мальчик и виновато уткнул взгляд в пол.
Мунлайт взвесил на ладони ПМ. Отщелкнул обойму. Полная. Вставил обратно. Снейк молча подошел, хлопнул по плечу, подтолкнул к двери.
— Давай дуй.
— А ты? — уже не так уверенно спросил Мун.
— Ничего со мной не будет, — заявил Снейк. — Слышь, чего телепат говорит? Ну! Или мне тебя силой выпихивать?
Мун попытался отвернуться, но наткнулся на детские глаза, которые буравили сильнее Снейковых. Снова зазвенело в ушах. Будто повинуясь чужому влиянию, он вывалился в дверь.
Свежий воздух не привел в чувство. Сзади скрипнуло, хлопнуло. Завозился ключ в замке, запирая дверь, да так и остался торчать. Мун повернулся, отчего-то боясь смотреть в глаза Егору. Только заметил его силуэт краем глаза.
—
— Рыжик подумает, что в двери забыл, а про вас решит, что через крышу сбежали, — ответил мальчик.
И Мунлайт с удивительной ясностью понял, что так и будет.
— До свидания, дядя Мун, — сказал Егор тихо и, прежде чем седой успел что-то ответить, тенью растворился в темноте.
3
Тихо трещали доски от овощных ящиков. Мун сидел на бревне и пытался согреться.
Мысли путались. Как он поддался на провокацию и сбежал, оставив Снейка? Тогда все казалось верным и понятным. Сейчас возникали вопросы и сомнения. Деталей побега он практически не помнил. Самым ярким был открытый взгляд детских глаз. От этого воспоминания становилось еще холоднее и возникала мысль, что сбежал он все же не по своей воле.
Неужели мальчишка и на такое способен? Дети Зоны, мать её. Откуда чего берется? А Снейк-то, выходит, был прав. Жить можно везде. Причем не выживать. Выживают поначалу, а потом приспосабливаются и просто живут. Всю жизнь. Считая то, что происходит вокруг, нормой.
И все равно страшно. Сейчас мальчишка такое вытворяет во благо. А завтра? Да и кто сказал, что благо то, что он считает благом?
Но как? Мысли снова поскакали галопом. Слишком много всего в последние дни случилось нестандартного. Даже для Зоны. И если прежде мозг все это сжирал в том темпе, который задавали обстоятельства, то сейчас, когда выдалась свободная минута, его начало клинить.
Мунлайт поёжился. Холодало, и костер не спасал.
Оставаться и прятаться где-то в деревне он не рискнул. Идти среди ночи с несчастным «Макаровым» через Зону было смерти подобно. Единственным местом, где можно было заночевать, пришедшее на ум, была землянка, в которой он впервые схлестнулся с ныне покойным лейтенантом.
Местечко было довольно близким, знакомым и идеальным по всем показателям. Кроме одного. В подвале было сыро. Каким-то образом туда натекло воды, сейчас она примерзла, и по всему периметру хрустела корка льда, под которой воды было по колено.
В тот момент его наконец отпустило невесть откуда взявшееся чувство эйфории, и он подумал о том, куда и зачем он бежит?
Ответов не было. В голове заварилась какая-то непотребная каша из слов, образов и обстоятельств. Разобраться в этом на первый взгляд казалось не реально, и, чтобы хоть что-то делать, он начал вытаскивать из землянки овощные ящики и разбирать их на запчасти.
Горка досок скопилась внушительная, на ночь в экономном режиме могло хватить, чтобы не замёрзнуть. Вот только с розжигом пришлось повозиться. Сырые ящики не желали гореть, и он еще основательно попотел, прежде чем над сырой древесиной заплясали языки пламени.