Забвение
Шрифт:
Он нежно потерся носом о мою шею:
– Я люблю тебя. Я никогда раньше не был так счастлив.
Я хотела было ответить, но в это мгновение из темноты сарая послышался смутно знакомый, насмешливый мужской голос:
– Как это трогательно. Взять ангела!
Несколько необыкновенно высоких молодых людей, несомненно нефилимов, выскочили из темноты и, окружив Патча, скрутили ему руки за спиной.
Я еще не понимала, что происходит, когда в голове у меня раздался голос Патча так отчетливо, будто он говорил мне прямо в ухо: «Когда я начну драться –
Человек, который из глубины сарая отдавал приказы остальным, вышел из тени в жутковатый свет разноцветных огоньков, проникающий в помещение через многочисленные щели в досках сарая. Он выглядел неестественно молодым для своего возраста, его голубые глаза поблескивали, а губы были изогнуты в безжалостной ухмылке.
– Мистер Миллар… – шепнула я.
Но как он тут оказался?
Мне многое пришлось пережить этой ночью: почти удавшееся покушение на мою жизнь, грязная правда о моем рождении… Столько всего я преодолела, чтобы быть с Патчем… а теперь еще и это?
Все это казалось просто нереальным.
– Сначала позволь мне представиться должным образом, – сказал Хэнк. – Я Черная Рука. Я хорошо знал твоего отца, Харрисона. И рад, что его нет здесь сейчас и он не видит, как низко ты опустилась, связавшись с этим дьявольским отродьем! – Он качнул головой: – Не такой бы я хотел тебя видеть, Нора. Ты братаешься с врагом, насмехаясь над своим наследием. Но все это я, пожалуй, мог бы простить. – Он сделал многозначительную паузу. – Но скажи мне, Нора… Это ты убила моего соратника Чонси Ланже?
Кровь застыла у меня в жилах. Мне очень хотелось солгать, но я понимала, что это ни к чему не приведет. Он знал, что это я убила Чонси. Его губы скривились в осуждающей гримасе.
«Беги! – ворвался в мои мысли крик Патча. – Беги немедленно!»
Я бросилась к дверям сарая, но успела сделать только несколько шагов, как один из нефилимов схватил меня и быстро завел мне руку за спину. Я пыталась вырваться, прорваться к выходу, слыша за спиной шаги Хэнка Миллара, который шел ко мне.
– Я задолжал кое-что Чонси.
Если до этого меня бил озноб, то теперь мне стало жарко, под рубашкой потекли струйки пота.
– Мы были с ним единомышленниками. И у нас была одна цель, к которой мы оба очень стремились, – продолжал Хэнк. – Кто бы мог подумать, что из всех людей именно ты окажешься близка к тому, чтобы все разрушить?
У меня было заготовлено немало язвительных ответов, но я не осмелилась высказать их Хэнку. Единственное, что я могла сделать, это тянуть время. Нефилим крепко держал меня за руки, а Хэнк вытащил из-за пояса длинный, тонкий кинжал.
«Коснись моей спины».
Голос Патча прорвался сквозь панику и звон в ушах. В полном отчаянии я бросила на него взгляд.
«Войди в мои воспоминания. Просто дотронься до того места на спине, откуда растут крылья». И он кивнул, давая мне знак действовать.
«Легко сказать!»– подумала я в ответ,
Между нами было как минимум пять, а то и все шесть футов, и нас обоих держали нефилимы.
– А ну отпусти меня! – прошипела я нефилиму, который держал меня. – Мы оба знаем, что я никуда не денусь. Не смогу убежать ни от одного из вас.
Нефилим вопросительно взглянул на Хэнка, тот чуть заметно кивнул. Потом почти скучающе вздохнул:
– Мне жаль, что приходится это делать, Нора. Но возмездие должно быть совершено. Чонси сделал бы для меня то же самое.
Я потерла руки там, где нефилим хватал меня, – кожа на предплечьях горела.
– Возмездие? А как же семья? Я ведь твоя дочь по крови!
И только по крови.
– Ты выродок, – ответил он. – Предатель. Ты позор моего рода.
Я бросила на него самый презрительный и мрачный взгляд из своего арсенала, хотя у меня в животе все замирало от страха.
– Значит, ты пришел, чтобы отомстить за Чонси? Или пытаешься сохранить лицо? Никак не можешь смириться с тем, что твоя дочь встречается с падшим ангелом и позорит тебя перед твоей маленькой нефилимской армией? Я угадала?
Перебор, если я не хочу разозлить его еще больше.
Хэнк сдвинул брови.
«Ты думаешь, что успеешь спрятаться в моих воспоминаниях до того, как он свернет тебе шею?»– прошипел у меня в голове голос Патча.
Я не смотрела на него, в страхе что потеряю решимость. Мы оба понимали, что побег в его воспоминания не сможет помочь мне убраться отсюда. Это лишь перенесет мое сознание в прошлое. Я предполагала, что Патч просто хочет, чтобы я мысленно была где-нибудь в другом месте, когда Хэнк будет убивать меня. Я думала, что Патч понимает – это конец. И просто хочет уберечь меня от боли, которая ждет меня, если я буду в сознании во время собственной казни. В голове у меня отчетливо нарисовался дурацкий образ страуса, спрятавшего голову в песок.
Если мне предстоит умереть в ближайшие несколько мгновений, то перед смертью я должна произнести слова, которые, как я надеялась, будут преследовать Хэнка до конца вечности.
– Я думаю, это хорошо, что ты выбрал Марси себе в дочери, а не меня, – сказала я. – Она очаровательна, популярна, встречается с правильными парнями и слишком глупа, чтобы интересоваться, чем ты занимаешься на самом деле. Но я точно знаю: мертвые могут возвращаться. Сегодня ночью я видела своего отца – моего настоящего отца.
Хэнк нахмурился сильнее.
– Если он смог навестить меня, значит, и меня ничто не удержит от визита к Марси или твоей жене. И я не остановлюсь на этом. Я знаю, что ты опять встречаешься с моей мамой. Так вот, я расскажу ей правду о тебе, живой или мертвой. Как ты думаешь, сколько свиданий тебе удастся назначить ей, прежде чем она узнает, что ты убил меня?
Больше я ничего не успела сказать: Патч пнул коленом в живот нефилима, который держал его правую руку. Нефилим упал, а Патч освободившейся рукой вмазал прямо по носу нефилиму, который держал его левую руку. Раздался отвратительный хруст ломающейся кости и надрывный вой.