Забавы ради
Шрифт:
– - Да, подозрительно. Чтобы в ВДВ занимались такой чепухой, когда посерьезнее работы предостаточно... Хотя как знать. Может, в промежутке между операциями дали вашему сыну такую халтурку. Скажите, кроме него под известняк попали только новички?
– - Да, я перезвонил и узнал-таки подробности, хоть и не с первого раза.
Что и требовалось доказать. Но Шатаев-младший здесь каким боком?
– - Что вы заподозрили, когда получили эту весть?
– - Что здесь замешана та же группа злоумышленников, которая виновна и в моих злоключениях. И этому подозрению есть основание. Работой я занимаюсь не на дому, но и не в офисе, где обстановка переполнена стрессом
– - Жена ваша здесь заведомо ни при чем.
– - Теперь-то я понял, -- Шатаев заметно помрачнел.
– - Но тогда что же искали в квартирах?
– - А какой принадлежащий вам предмет на момент визитов не находился ни в одной из квартир?
– - Диссертация...
– - растерянно произнес Шатаев после некоторой паузы.
– - Значит, ее и искали, -- заключил Джинн. Потом спросил:
– - Вы в своей практике сталкивались с сектами?
– - Случалось. Когда я только ступил на карьерный путь, они были в новинку, у людей не было иммунитета, и они пользовались успехом. Я думал, плясать им недолго, люди наберутся опыта и станут скептичнее. Но сект с тех пор только прибавилось.
– - А во всех ли случаях целью их создания были деньги?
– - Не занимался этой стороной вопроса. Меня больше заботило вывести своих клиентов из-под влияния, нежели цель самого влияния.
– - Если мы имеем дело с сектой, то я в упор не вижу мотива. Кому могли понадобиться эти нищие неудачники?
– - Они не неудачники, я же только что объяснил, почему. Вы ошибочно судите об успешности по материальному достатку. Да, большинство несостоятельных относится к категории неудачников, но эти претендуют на исключение. Это сильные личности, я вижу по их лицам. И они, вместо того, чтобы ежедневно жаловаться на жизнь и ничего при этом не делать, предпочитают менять то, что не устраивает. Они не боятся поступать так, как никто никогда не поступал. Не боятся ошибок. Тогда как неудачники только плывут по течению, во всем подражают серой массе и ропщут на все, что их окружает.
– - Но если они не неудачники, что же мешало им получить образование и зарабатывать достойные деньги?
– - Например, осознание, что это мясорубка. Денежная система - это же именно она. Это рабство. Пусть не мизерная зарплата, а чуть побольше, и тратиться она будет не на аренду клоповника, а на содержание виллы в престижном поселке - суть от этого не меняется.
– - Но вы же, несмотря на это осознание, строите карьеру, а не горите в пожаре в трухлявой заброшенной даче и не тонете в реке.
– - Оно так. Потому что все мы разные. Они решили, что карьера и городская жизнь не для них, но вместо того, чтобы коротать от пятницы до пятницы, а по выходным пропивать нажитую непосильным трудом мизерную зарплату, пошли другим путем. Не гнушаясь тем, что путь этот не протоптанный, непопулярный. Возможно, ошиблись, ввиду малого жизненного опыта.
– - Возможно? Иными словами, вы допускаете, что их решение выбыть из паспортного режима было правильным?
– - Почему бы и нет? Микроскопический процент вероятности есть. О том, чтобы жить независимо от государства, мечтают многие. Мечтают и те, кто находится под гаджетовым наркозом, только не предпринимают ничего. Наркоз подается и
Джинна ответ поначалу не устроил. Хорошо, пусть эта молодежь не неудачники, но денег-то у них нет, а значит для какой-такой грандиозной цели они понадобились секте? Тупик. Если мыслить шаблонно, то тупик. А ведь для детектива шаблонное, ортодоксальное мышление - роковая ошибка. Частенько преступники ведут себя иррационально, рассчитывая, что полиция в большинстве своем мыслит стандартно... Настораживает одно: откуда у психолога такая уверенность, что дела обстоят именно так, как он описал - ребята решили освободиться от поработивших их плодов цивилизации. Он ведь только психолог, но не ясновидящий. Или...
Закончив возиться на кухне, хозяйка осторожно приоткрыла дверь комнаты, чтобы позвать постояльца и гостя завтракать. То, что она увидела, немало ее удивило: Шатаев крепко спал сидя на кресле, гость же смотрел пятый сон, сидя на табуретке и уткнувшись в стол.
Глава 9
С дневной прогулки я вернулся в приподнятом расположении духа, полон бодрости и энтузиазма. Еще бы - впервые за все эти дни меня навестили. Пришел кто-то из научного коллектива, в коем трудится оригинал. Увидев его, я ощутил дежавю, но вспомнить, когда и где видел его ранее, не сумел. А может, дело, банально, в том, что оригинал давно знаком с ним.
Мы разговаривали тихо; он то и дело проверял, не подслушивают ли нас, а потом снова пытался задать вопрос с намеком так, чтобы понял только я. Я ничего не понимал, но все же был польщен его вниманием. Такое общение окрыляет - за все время, сколько я себя помню, со мной впервые разговаривали как с разумным, кроме того, еще и по-дружески. Санитары к нам относятся без особого уважения, а соседи мои переменчивы, как весенняя погода. Но, судя по нашему диалогу, скорее всего он думал, что беседует с оригиналом. Значит, и его расположение адресовано подлинному Шатаеву. Я всячески старался скрывать тот факт, что не являюсь им. На всякий случай.
Приятные воспоминания прервал сосед. Нет, на сей раз ему понадобилась не священная одежда. Очередная его мечта оказалась напорядок ближе к реальности - ему захотелось чего-нибудь вкусненького. Он жадно рассматривал пакет, находившийся у меня в руках. Какие-то ангелы нашептали ему, будто я непременно должен угостить его тем, что принес мне приятель оригинала, иначе я никогда не достигну вершин совершенства и не налажу связь с Всевышним. Пришлось долго объяснять, что в пакете у меня бумаги и только бумаги. Даже увидев это своими глазами, алчный до несуществующих гостинцев не унимался.
***
Повестка дня была исчерпана и конференция официально считалась оконченной, но никто даже не думал уходить. Все вцепились жадными взглядами в Русецкого, ожидая, что он расскажет, как прошла его встреча с Шатаевым. Русецкий то бегло смотрел по сторонам, то пилил пристальным взглядом заведующего кафедрой Воропаева; по всему было видно, что он хочет поговорить с ним наедине. Воропаев взглядом намекнул, дескать, говори при всех, нечего скрывать. Помявшись немного, Русецкий решился: