За тебя, Родина!
Шрифт:
– Ничего страшного, любезная сударыня, я согласен!
– махнул рукой он.
– Если вы подучите меня хотя бы сносно говорить по-польски то я буду вам очень благодарен! Не хочу чтобы из-за незнания языка у меня были лишние неприятности.
– Если будете проявлять старательность, Серёжа, то ваш язык окажется способен на многое, и я постараюсь сделать всё чтобы вы овладели им в совершенстве!
– заверила его женщина, даже не подозревая насколько двусмысленно прозвучала эта фраза для выходца из будущего.
– Охотно верю, Матильда Витольдовна!
– кивнул он, кусая губы чтобы не рассмеяться.
– Если вы не против то предлагаю первое занятие провести
– Сейчас?
– поразилась та, в некотором замешательстве глядя на него. Потом, что-то прикинув, опять улыбнулась и чуть склонила голову набок.
– А почему бы и нет? Что ж, тогда приступим немедленно. Сядьте поудобнее, студент Сергей, и повторяйте за мной..
Берлин.
23 мая 1940 года. Ранний вечер.
Генрих Гиммлер.
Выйдя из своей машины и небрежно отсалютовав часовым на входе рейхсфюрер СС широким шагом миновал порог рейхсканцелярии. С удовлетворением отметив что все вокруг дружно вскинули руки вверх, кроме пары армейских офицеров козырнувших ему, Гиммлер начал подниматься по лестнице к кабинету фюрера.
..Звонок о срочном вызове к Гитлеру поступил ему всего полчаса назад, когда он только лежал в тёплых объятиях Хеди и собирался с ней прогуляться. Бодрый голос Гюнше вежливо передал ему приказ явиться к фюреру как можно быстрее. Причины не пояснил, скорее всего, сам не знал. Солнце едва коснулось крыш на западе но Генрих, побритый и в полной форме, уже шёл по коридору рейхсканцелярии. Он нервничал довольно сильно. Больше всего тревожила неизвестность вызова. Кто знает что там опять задумал фюрер? В последнее время его отношение к главе СС сильно изменилось в худшую сторону, это и неудивительно, учитывая сразу несколько промахов им допущенных. Да и сейчас положение Гиммлера было шатким. Ушли в прошлое те замечательные вечера, когда они собирались в кабинете фюрера тесным кружком "старых борцов", разговаривали о былом и будущем.. Выпал из их компании Геринг, а Геббельс да и он сам крупно подставились перед Гитлером.. Остальные не в счёт. Но на всякий случай, благодаря своему адъютанту а также верной Хедвиг, Генрих успел заскочить к себе на Вильгельмштрассе и наскоро ознакомился со свежими докладами и донесениями собранными за день со всех концов Рейха, а также зарубежной агентурой. Вроде бы ничего особо срочного или значительного..
Возле кабинета фюрера как обычно стоял великан Гюнше, невозмутимый как статуя. Чуть кивнул рейхсфюреру, постучал в дверь и, выслушав изнутри ответ, распахнул её, приглашая Гиммлера войти внутрь. Сняв фуражку и держа её в руке Генрих постарался придать своему лицу приветливо-деловое выражение и шагнул вперёд.
Фюрер стоял у окна, сложив руки на груди, в своём обычном сером костюме с "Железным Крестом 1 класса" на груди и знаком за ранение. Обернувшись на вошедшего рейхсфюрера Гитлер молча показал ему на одно из кресел, сам сев за стол.
– Здравствуйте, мой фюрер!
– улыбнулся Гиммлер, испытывая внутреннюю дрожь.
– Здравствуй, Генрих..
– отозвался тот, смотря на него ничего не выражающим взглядом, от которого рейхсфюрер напрягся ещё больше.
– Сегодня у меня на тебя мало времени, поэтому перейду сразу к делу. Месяц назад я велел тебе узнать что можно сделать с группой талантливых русских конструкторов, от которых во многом зависит разработка и производство новой боевой техники для Красной армии. Каковы успехи в этом направлении?
Гиммлер мысленно скривился. Не хотелось бы говорить правду но и скрывать её было опасно. Кто знает,
– К сожалению, мой фюрер, успехи в этой операции крайне ограничены..
– признался он, стараясь не смотреть Гитлеру в глаза.
– Дело в том что у нас нет сколько-нибудь информированных людей знающих такую информацию. Русское НКВД не даёт нам возможности завербовать кого-то действительно ценного, все следят друг за другом и стучат на каждого. Подобраться к тем кто имеет хоть какое-то отношение к этим конструкторам практически невозможно. Эти люди просто пропали, причём вместе с семьями! Куда именно, неизвестно. Более отдалённые родственники сами ничего не знают, к тому же, судя по оговоркам моих источников в Москве, их заставили подписать бумаги о неразглашении. При любом намёке на эту тему несут всякую чушь о массовом отъезде в другой город, деревню.. или сразу обрывают разговор. Видно что сами запуганы, похоже русская тайная полиция застращала их до крайности.
– Плохо!
– спокойным голосом констатировал фюрер, чуть переменив положение за столом.
– Неужели нет никаких возможностей? Я хочу знать где эти люди. Чем именно они занимаются. И, главное, подробности их работы. Полагаю, они сделали то же что и мы - собрали всех вместе и заставили работать в некоем секретном месте. И семьи туда же переселили. Логичное решение. Но это не оправдывает тебя, Генрих!
– Гитлер внезапно возвысил свой голос отчего Гиммлер едва не вскочил.
– Слышишь? Делай что хочешь и как хочешь но я ДОЛЖЕН знать! Понятно?
– Я всё понял, мой фюрер!
– он всё-таки не удержался и встал, приняв строевую стойку.
– Будьте уверены, я найду возможность узнать русские секреты. Но на это нужно время. Если мы сейчас поспешим то просто потеряем наших последних людей в Москве, а их и так было немного. Осторожность и методичность, только тогда есть шансы..
Гитлер хмуро посмотрел ему в лицо и задумался, заставив Гиммлера затаить дыхание. Наконец, тот заговорил:
– Хорошо, Генрих, я не буду давать тебе жёсткий срок, время у нас ещё есть. Но не тяни с этим! Как только будет успех в этой операции то жду срочный доклад!
– Не сомневайтесь, мой фюрер! Я отлично понимаю важность операции и лично контролирую её выполнение!
– заверил он, мысленно слегка переведя дух. Хорошо хоть отсрочка с запасом есть..
– Следующий вопрос. Что с операцией "Гунгнир"? Надеюсь, хоть там нам сопутствует удача?
– ворчливо спросил Гитлер.
– Так точно, мой фюрер, всё идёт по плану!
– облегчённо ответил рейхсфюрер, получивший свежую информацию от Шелленберга.
– Наш человек успешно пересёк линию фронта и сейчас, судя по времени, должен находиться в Англии. Или, если ему сильно повезёт, уже плывёт в Америку. Думаю, через неделю он уже сможет выйти на связь с нашим агентом на месте и приступить к выполнению задания.
– Что ж, это радует. Хоть что-то у тебя получается..
– ткнул его шпилькой Гитлер, чуть улыбнувшись.
– Вот только есть одна опасность, мой фюрер..
– признался Гиммлер, только вчера задумавшись над этим.
– Дело в том что наши подводники, сами того не подозревая, могут случайно потопить или захватить то судно на котором наш человек плывёт через Атлантику. Это было бы крайне прискорбно и обидно, честно говоря.
– Хм.. Что можно сделать по этому поводу, не останавливая войну на океанских коммуникациях союзников?
– ладонь Гитлера начала задумчиво барабанить пальцами по столешнице.