За семь верст
Шрифт:
– Ты же в этот раз вообще был против, чтобы я ехала, – не подумав, бросила я. Плюш напрягся. Игнат прислушался к нашему диалогу.
– Ты же прекрасно знаешь, что я ни в чем не могу тебе отказать, – с деланой улыбкой поцеловал меня муж и обратил свое внимание на официанта, расставляющего тарелки. – Я, кстати, тоже пересаживаюсь с пассажирского сидения на водительское. Просто держись у меня на хвосте и все будет в порядке, – успокоил меня Плюш.
– Думаю, что мое водительское кресло намного удобнее твоего, – поддела я его.
– Спорно. Ты видела кабины
– Значит ли это, что у меня будет, наконец, возможность сменить машину? – с предвкушением в голосе спросил Игнат.
– Это вряд ли, – отрезал Кирилл, не поднимая глаз от своего супа. – Все условия наших перемещений были оговорены заранее. Кстати, катать Киру, – он запнулся, едва не назвав меня по отчеству, – на автовозе тоже не очень хорошая идея, Олег Михайлович, – их взгляды с моим мужем пересеклись. Плюш кивнул, молча уступая.
Игнат перевел взгляд с одного на другого.
– А ведь вы совсем не похожи. У вашего мужа даже больше сходства с вашим родственником, – обратился он ко мне. Я невольно вздохнула.
– А почему мы должны быть похожи?
– Родня же все-таки, – не успокаивался он.
Я посмотрела на него, как на маленького ребенка.
– Даже родные брат с сестрой не всегда похожи. А мы двоюродные.
– Странно, – Игнат в удивлении поднял брови. – Не далее, как вчера за ужином Кирилл Владимирович сказал, что он ваш племянник.
На моем лице не дрогнул ни один мускул.
– И что в этом странного? Технически, он и правда приходится мне двоюродным племянником. По возрасту же он всегда был мне братом. У нас разница всего 2 года, было бы странно называть меня тетей! Если говорить о странностях родственных связей, у меня есть дядя, который моложе меня на 20 лет.
Игнат повел бровями и вернулся к приему пищи. Я фыркнула и занялась тем же. Плюш нежно погладил меня по спине.
– Редко встретишь такую взаимную привязанность, как у вас. Я думал, вы с ним прямо там друг другу в горло вцепитесь, – Кирилл устраивался на пассажирском сидении, я передвигала водительское, регулировала зеркала.
– С кем? С мужем? – рассеянно и чуть удивленно уточнила я.
– Нет, с Игнатом. Если бы это был комикс, вокруг вас бы летали звезды и молнии, – засмеялся Кирилл. Я только рыкнула в ответ на упоминание этого человека.
Плюш не торопился выезжать с парковки, ждал пока я все настрою под себя, и сама настроюсь на дорогу. Я медленно выдохнула.
– Ну что, хорошая, поехали кататься, – пробормотала я себе под нос, и выжала сцепление.
– И что же это за потрясающая идея назваться моим племянником? – спросила наконец я, включая поворотник и перестраиваясь вслед за мужем в другой ряд.
– Даже не спрашивай. Просто первое, что пришло в голову, – Кирилл поднял руки, сдаваясь.
– Странная у тебя голова. А еще говорят о женской логике, – пожала я плечами. Я осваивалась на
– Вряд ли это его заботит. Сейчас он, скорее, чувствует себя хозяином ситуации. Думает, что может диктовать условия.
– А это так? – забеспокоилась я.
– Нас пока устраивает такое положение дел. Чем дольше он так думает, тем проще направлять события в нужное русло, – спокойно ответил Кирилл, зевая. – Будет хуже, если он начнет нервничать и суетиться.
– Ты можешь отдыхать. Я сама справлюсь. Если что – я разбужу, – предложила я. Он покачал головой.
– Не только у тебя чувство вины из-за сна рядом с водителем.
Я улыбнулась.
– Тогда развлекай меня беседой. Ты уже бывал в Финляндии?
– Приходилось. Я так понимаю, что ты здесь впервые? – после того, как я согласно кивнула, Кирилл усмехнулся и спросил, – в каких странах, через которые мы планируем проехать, ты уже была?
– Ни в одной, – засмеялась я. – Стоит ли уточнять, что я вообще нигде не была за пределами родины? Правда, родину я изъездила всю, вдоль и поперек.
Кирилл в удивлении поднял брови.
– Никаких даже тривиальных поездок всей семьей а-ля «все включено»? – я покачала головой.
– Планировали в прошлом году, потому паспорт и права были готовы, но тогда не получилось.
– Что ж, тогда позволь мне побыть твоим гидом в этой поездке, – Кирилл театрально поклонился, насколько позволил ремень безопасности.
– Ты был во всех этих странах? – удивилась я.
– Не только. Пожалуй, мне проще назвать страны, в которых я не был. Так уж вышло, – смущенно потупился он.
– Стало быть, мне очень повезло с попутчиком, – воскликнула я радостно. Потом задумчиво добавила. – Если ты объездил больше половины мира, ты должен как минимум отлично знать английский.
Кирилл смутился еще больше, кашлянул и засмотрелся в боковое окно.
– Из европейских языков я владею, на самом деле, восьмью.
– Серьезно? Потрясающе! – я ошарашено посмотрела на него. – Ты сказал «из европейских», значит, ты знаешь еще какие-то? – Кирилл, пряча глаза, пожал плечами, не отрицая такой вариант. – С ума сойти! У меня два вопроса: когда ты успел и как ты их не путаешь в голове?
Кирилл рассмеялся.
– Языки одной группы учить легко: знаешь один – без труда освоишь другие. О том, чтобы их путать, я никогда не задумывался. Вообще, слыша что-то на другом языке автоматически начинаешь понимать, отвечать и только потом приходит осознание того, на каком языке ты говоришь. Страсть к языкам у меня появилась еще в детстве. Уже до школы я свободно говорил на пяти: родители много переезжали из страны в страну, мне приходилось приспосабливаться. Бонусом, каждый из них считал своим долгом говорить на разных языках со мной дома, с рождения. Для меня это было нормально, хотя сейчас я понимаю, что это очень далеко от нормы. Впрочем, я им благодарен.