За Калинов мост
Шрифт:
Медведь внимательно прислушивался к их разговору, остановившись в нескольких метрах от ограды, как будто понимал, о чем они говорят. Он пока не проявлял агрессии, но взгляд его ясно выражал угрозу и серьезность намерений.
– Возьмите палку и стучите по забору, можете ткнуть ею в медведя, только осторожней, он может или выбить ее из рук, или поймать когтем и притянуть вас к себе. Он зверь хитрый и ловкий. Я махну вам рукой, когда буду готов начинать.
Савельев вздохнул и осмотрелся. Да, задача была не из легких, но он любил риск – чтобы играла кровь, и нервы натягивались как струны. Колдун пошел к воротам, а Савельев тем временем выломал из земли мелкую сосенку и срезал с нее ветки и верхушку – дубинка получилась внушительная
Он легко ударил дубинкой по забору, но медведь только повернул голову, не двинувшись с места. Савельев стукнул по кольям еще пару раз, пропихивая дубинку между ними, но и это сторожа не взволновало, напротив, он с любопытством оглянулся на ворота.
– Эй, зверюга, – крикнул Савельев не очень уверено, – я сейчас на вверенную тебе территорию полезу.
Медведь посмотрел на него исподлобья, но больше ничего не предпринял. Савельев вздохнул, подошел к краю рва и заглянул вниз. Да, ни одного шанса остаться в живых, если туда сорвешься. Метров триста высота. Он примерился и сделал шаг во двор, стараясь пригибаться в сторону изгороди. И в этот момент медведь рванулся с места, и в один миг покрыл расстояние до ограды. Цепь дернула его назад, он поднялся на задние лапы, протягивая передние к нарушителю границы, и взревел, раскрывая огромную клыкастую пасть. Если бы не крепкие нервы, Савельев бы точно отшатнулся назад и провалился в пропасть за спиной. Ростом мишка оказался выше его на голову, и когти длиной больше пальца царапнули воздух в двадцати сантиметрах от лица. Невозмутимость противника насторожила зверя, он опустился на четыре лапы и зарычал тише и спокойней. Савельев, замерший на краю, постепенно оправился от первого шока, и, как только медведь хотел оглянуться назад, махнул палкой, отвлекая его внимание от ворот.
Зверь взревел снова, отрывая передние лапы от земли, и натянул цепь до предела. На этот раз коготь скользнул в сантиметре от бедра Савельева, и тот поспешил отодвинуться на полшага назад, повисая пятками над берегом. Да, позиция требовала хладнокровия – одно неосторожное движение, и можно потерять равновесие. А зверь и вправду страшен: и утробный, угрожающий рык, и неестественно длинные когти, и чудовищно широкая грудь. И глаза – маленькие, близко посаженные, налитые кровью. Пасть с трехсантиметровыми клыками не так пугает, как эти злобные, хитрые глаза, глядящие исподлобья. Как будто изливают из себя угрозу.
Савельев не спешил размахивать палкой, пока медведь снова не начал привыкать к нему и оглядываться – зачем делать лишние телодвижения. Но как только голова его начала поворачиваться в сторону, Савельев сделал резкий выпад и достал его грудь дубинкой. Зверь отреагировал мгновенно, даже бросок змеи не столь молниеносен, каким оказалось его нападение. Он рванулся, подцепил дубинку когтем, замысловато обвивая ее лапой, и дернул к себе. Савельев качнулся вперед, вслед за своим орудием, а медведь уже разил его второй лапой, нацеливаясь в живот. Тело отреагировало само, выскальзывая из-под удара назад и вбок, чудом удерживая равновесие. А медведь, похоже, понял, что у ворот происходит что-то не то: как бы колдун ни старался заглушить стук молотка по костылю тряпками, крепкое бревно звенело, стук разносился далеко и отражался от леса громким эхом.
Савельев снова ткнул зверя палкой в грудь, но на этот раз он был готов к его мгновенной реакции, и успел отдернуть дубину. Медведь только отмахнулся от нее, стараясь посмотреть за спину. Чтобы этого не допустить, жалких тычков было маловато. Хоть зверь и ревел, и скалился, но происходящее у ворот занимало его сильней. Савельев размахнулся, широко шагнул вперед и шарахнул медведя дубиной по носу. Сильного удара не получилось, пришлось немедленно отступить назад, медведь пошел в атаку, и Савельев еле-еле удержался на носках, чувствуя
Он снова размахнулся, но хитрый зверь опередил его удар, с рыком вцепляясь в дубину обеими лапами, и дергая к себе. Савельев по инерции устремился за дубинкой, а медведь только этого и ждал: заревел и кинулся вперед. Проворность его тяжелой туши не вязалась с привычным представлением о неуклюжих увальнях. Савельев выпустил дубину из рук, прыгнул назад, и понял, что земля уходит из-под ног. Он еще некоторое время балансировал над пропастью, пригибаясь вперед, а медведь пытался достать его лапами, и Савельев чувствовал, как поток воздуха толкает его в бездну. Он упал грудью на край и вцепился руками в сухую траву. Берег не выдержал тяжести его падения, кусок дерна поехала вниз, и через несколько секунд Савельев повис на руках, ногтями впиваясь в землю и в крепкие корни травы. Очевидно, они не смогут держать его вес сколько-нибудь долго. Он пощупал ногами песчаную стену – она оказалась довольно твердой, но не нашел ни одного выступа, на который можно было бы опереться. Разве что слегка помочь рукам. Нечего было и думать о том, чтобы подтянуться на пальцах – он бы просто вырвал корни из земли, они и так трещали и лопались один за другим.
Колдун подоспел вовремя, и Савельев снова отдал ему должное – тот не стал геройствовать, лег на землю не заходя за ограду и швырнул ему конец надежной веревки. Конечно, пришлось поболтаться над рвом, как на качелях, он рисковал стащить мага за собой, но видно зацепился Волох хорошо, и силой обладал недюжинной – он вытащил Савельева наверх без видимого напряжения.
– Ну что? – спросил Савельев, поднимаясь и отряхиваясь. Руки слегка подрагивали, но он не привык долго приходить в себя.
– Я думаю, трех костылей хватит, – кивнул маг.
– Спасибо. Как вы успели так быстро сообразить, что нужно делать?
– У меня хорошая реакция. И потом, я был к этому готов, – он указал на веревку, намотанную вокруг пояса.
– Вы что, заранее знали об этом?
– Нет. Предвидеть будущее не дано никому. Но предположить некоторые варианты его развития может и ребенок. Я же знаю дату вашей смерти, это не сегодня. Пойдемте. Теперь нам надо заманить медведя в капкан.
Зверь оказался не так прост, он чуял железо и был очень осторожен. Четыре раза Волох выходил к воротам и еле успевал отбежать назад, прежде чем ловушка, наконец, сработала. Медведь ревел не столько от боли, сколько от злобы и безысходности, безуспешно пытаясь сдвинуться с места – три костыля надежно держали его прикованным к бревну.
– Ну вот, когда вы появитесь здесь снова, вам останется его зарезать.
Савельев скептически глянул на полученный результат – поединок с медведем представлялся ему по-другому.
– Не обольщайтесь, – успокоил его колдун, – у вас появилось только одно преимущество – он не сможет от вас убежать. Убить медведя не так-то просто, и приближаться к нему очень опасно, даже если он пойман в капкан. Теперь займемся сеткой – это будет попроще.
Они снова обогнули двор и прошли внутрь по краю разлома. Савельев глянул вниз и качнул головой – в который раз его тренированное тело оказало ему неоценимую услугу. И спасибо колдуну за быстроту, силу и сообразительность.
Маг подошел к передней глухой стене избы смерти – язык не поворачивался назвать ее избушкой на курьих ножках, слишком велика была разница между пряничным домиком далекого детства и этой мрачной домовиной с мертвым запахом.
– Отойдите, пожалуйста, – вежливо попросил Волох, но Савельеву это почему-то не понравилось, – на десять шагов.
Он пожал плечами, но спорить не стал – если колдуну это надо, он отойдет. Медведь ревел и рвался в их сторону, и по спине бежали мурашки от мысли, что он все же вырвет цепь, прибитую к бревну.