За горизонт
Шрифт:
Можно сложить былину на два часа пересказа про то, как герметизировали несоразмерный моему хлипкому телосложению гидрокостюм, как утопили пояс с грузами и вместо пояса меня обмотали в три оборота ржавой цепью, прихватизированной у местного сторожевого Бобика или Шарика, как мужики бензопилами выпиливали прорубь, как, стоя на торчащей из воды стреле утопленного крана, подсвечивали мне, любимому, двухкиловатным прожектором, ибо видимость в мутной, густо перемешанной с илом ледяной воде на вытянутую руку не более.
Кран вытащили.
Так и не оклемавшийся до конца, шеф вывернул похудевший лопатник и от щедрот отстегнул две штуки вечнозеленых на всех,
После ныряния под лед я промерз до фиолета и твердости дерева. Так что мне как–то не до секретарш было.
А те, кто удостоился внимания шефовой пассии, после сдачи объекта дружно заехали в городской КВД. Говорили — шефа там видели. Врали, поди.
С убежавших в неизвестном направлении «ездунов» путем нехитрых манипуляций с ведомостями и сговора с кассиром удалось получить половину неполученной ими крайние пару месяцев зарплаты.
Неэтично, но что поделать — капитализм на дворе.
Жирный черно–фиолетовый мух (завезли–таки заразу) спикировал на блестящую от пота лысину, и был тут же прихлопнут лопатоподобной пятерней, обильно поросшей зарослями черных волос. Приземистый, но очень широкий в кости и особенно в талии, крючконосый губастый грек с непроизносимым имечком тщательно протер лысину тряпочкой, оторвал свой зад от плетеного кресла и, призывно махнув рукой, поковылял вглубь своего «супермаркета».
Если кто по своему скудомыслию решит, что местная торговля делается в кондиционированной прохладе аквариумов стеклянных витрин, спешу обломать. Гражданин Аппори…. Нет, не так — Апорео……, опять не так, язык сломаешь. Пусть будет гражданин Грек. Хотя некоторые зовут его Турком.
Так вот, гражданин Грек имеет в Порто–Франко бизнес из разряда — «скупаю все подряд за гроши, а потом продаю в три раза дороже».
Народ через «ворота» едет самый разный, совсем не редки кадры, по брови упакованные в ковры, хрусталь, электронику и «Мерседесы» премиум класса. Грек меняет подобные излишества на невзрачные, но очень востребованные в данной местности пикапы, котлы, палатки местного производства и прочие необходимые для выживания вещи.
«Супермаркет» Грека — стоящие в ряд шесть длинных, обшарпанных контейнеров, перекрытых поверху ярусом контейнеров помельче.
Из бесконечного ряда подобных «супермаркетов» хозяйство Грека выделяется чуть меньшей обшарпанностью и подобием мощения по периметру. Отчего вездесущая пыль и особо яростная местная духота воспринимаются чуточку легче.
— Спик инглишь? Ноу? Рашен? Ноу проблем дАрАгой, нет прОблем, — Грек с легкостью полиглота бакланит на дюжине языков и понимает как минимум еще пару дюжин. — Я вам скажу, все эти разговоры о евроинтеграции — сплошная замануха для дешевых пассажиров. Центровые страны — Германия, Франция, Голландия, Швеция, отожмут с терпил весь серьезный бизнес, — Грек извлек гирлянду ключей и принялся отыскивать нужный. — Взять, к примеру, Грецию. Что оставят бедным грекам: туризм и сельское хозяйство. Все остальное бедный грек будет покупать у дяди из Германии, — Грек покосился на Вольфа и резко повернул тему. — Только выгнали турок, только задышали полной грудью, как приходят новые империалисты и отнимают у бедного грека последнее. Да–да этот Евросоюз есть квинтэссенция современного империализма, когда Германия и Франция сосут соки из Греции
Перебрав гору водолазного снаряжения, отбираю себе шикарный (а главное толстый — 7 миллиметров) костюм–двойку — жилет и комбинезон. Перчатки и две пары носков потоньше — три–четыре миллиметра. Маску, трубку, ласты, пояс, полпуда грузов, компенсатор плавучести, пару водолазных ножей, пару подводных фонарей и венец всего — акваланг с парой желтых баллонов. Скажу честно, выбирал откровенно лучшее. Платит Вольф, посему какой смысл мне экономить?
Херр Вольф, услышав озвученную цену, скрипнул арийской челюстью и посоветовал Греку засунуть воздушный баллон глубоко в недра греческого организма.
Цена упала вдвое.
Вольф покосился на ласты.
Цена упала еще вдвое.
На ста пятидесяти экю Грек уперся, подобно своим предкам при Фермопилах, и тевтон дрогнул.
— Русский, как тебе снаряжение?
— Снаряжение? Герр Вольф, ох вы юморист, даже круче Петросяна. Не знаете кто это? Это клоун вроде Бени Хила, только еще тупее. Нырять в этом хламе я буду только после того, как вы добавите пять сотен к сумме моей страховки. У меня семья большая. Н–да и прожорливая, — самая прожорливая часть семьи тяжко застонала и попыталась забиться еще глубже в тень под стенкой контейнера.
Скрипнула греческая челюсть и цена упала еще на двадцать экю.
Вольф кивнул, и списал часть долга Грека. Оказывается, барыга должен Вольфу нескромную по местным меркам сумму.
Ну, да это их дела.
— И это, — оскалился Вольф. — Если будут интересоваться, что я покупал, скажи портативную газорезку. Гут?
— Ты у меня не первый раз и не последний, — у Грека явно профессиональный иммунитет на подобные гримасы.
— Вольф, слышал русскую пословицу про долго запрягать, но быстро ехать?
— Это ты к чему? — немец закончил звенеть в утробе «Ящерки» воздушными баллонами и высунулся наружу.
— Строго к тому, что надувной лодки и двух мотков веревки может оказаться несколько маловато для задуманного. Мне, конечно, дико приятен твой жест с водолазным снаряжением, но хотелось бы еще поиметь свою доляну с солнечных батарей и прочего поднятого из воды хабара.
— Что еще нужно? — вот не пойму, чего больше ему жалко денег или времени?
— Компрессор для заправки баллонов, прочная сетка, пять камер от грузовых колес, бензопила и канистра с бензином, полсотни скоб, и ……….. впрочем, время, как понял, жмет, так что достань хотя бы это. А я кое–что по мелочи из своих запасов прихвачу. Так сказать, войду материальными активами в наше общее дело.
Дорога Порто–Франко — Хребет Кхам.
Конец сухого сезона
Без кондиционера на местных маршрутах весьма тоскливо. В кабине не продохнуть, несмотря на открытые окна, насквозь пропитанная потом одежда противно липнет к телу. Пот заливает глаза, мокрая тряпка платка лишь размазывает по лицу соленую влагу. Лицо жжет от залетающих в открытое окно мелких песчинок, наждаком трущих кожу. Нос забит пылью до стояния — почти не дышит. Постоянно хочется пить, но взятый в дорогу запас воды нагрелся и не утоляет жажды. Да что там не утоляет жажды, сама мысль пить теплую, горячую даже воду вызывает спазмы желудка.