За горизонт
Шрифт:
Спустя пару минут пышногрудая девица принесла две огромные кружки с пенными шапками. Вольготно раскинувшийся на лавке, местный патрульный обозначил шлепок по филейной части симпатичной официантки, но та неожиданно вильнула кормой, подставив ее под загребущие руки патрульного. Вручив кружки водителю грузовика и сказав что–то язвительное облапавшему ее зад нахалу, девица упорхнула обратно за стойку.
К столу с уважаемыми гостями спешил сам хозяин заведения. Лично принять заказ, переброситься с гостями парой фраз, поинтересоваться на предмет —
Корчмы, кабачки, ресторанчики, отельчики и прочие едально–отдыхательные заведения вырастают на ключевых точках маршрутов быстрее, чем грибы после теплого дождичка. Не успели еще забить первую дюжину свай причала будущей переправы, а ушлые джентльмены уже вовсю делили места вокруг порта.
Но чтобы оседлать подобную ключевую точку, нужно крутиться день и ночь — связи, поставки, нормальный сервис и вкусная еда. Тут утрясти, тут подмазать, тут принять нужного человечка. А не успеешь, так конкуренты только и ждут, когда ты дашь слабину. Рыжий Марк — владелец соседнего кабака, давно мэра и шерифа обхаживает на предмет — устроить заезд в порт с другой стороны. Ровно с той, где расположено его заведение.
А тут люди из самого Ордена, да в компании помощника шерифа пожаловали. Сам бог велел вокруг них ужом виться.
Есть и еще один невидимый на первый взгляд аспект. В подобных заведениях народ трется самый разный. И информации сливает море, особенно если на грудь примет. А информация она тоже многим интересна, и шерифу, для которого никто не отменял агентурной работы, и другим «людям».
Глядя на присосавшегося к кружке с пивом парня, кабатчик размышлял, что за птицы залетели в его гнездышко. Богатый жизненный опыт Там и семь сезонов Здесь давно научили смотреть прежде всего на содержание, а не на форму.
В форме не было ничего примечательного, хорошо экипированная и явно слаженная команда скаутов, охотников, первопроходцев или прочих властелинов окрестных пустынных равнин. С точки зрения пожилого кабатчика людей абсолютно пустых, но нужных. Иначе кому мясо в кабак поставлять и платить за еду, пойло и ночлег.
Надо же, почти литр за раз выхлебал, и куда в него столько влезает? — риторически констатировал кабатчик, глядя, как парень принялся за вторую кружку, но тут уже процесс пошел не спеша — со смаком.
А вот дальше стало совсем интересно. Молоденькая девушка, на взгляд давно разменявшего пятый десяток кабатчика, так совсем еще девочка, положила на стол потрепанную канцелярскую папку. Аккуратно потянув, девушка передала слегка озадаченным патрульным толстую стопку исписанных бумаг и пачку цветных фотографий.
Папка с бумагами это совсем не тот груз, который привозят обычные приключенцы.
Старший орденского патруля достал карандаш и разложил на столе карту. Девушка и неохотно оторвавшийся от пива парень склонились над картой, делая какие–то пометки. Следом за орденцами карту достал помощник шерифа.
То, что патрульные допустили
Папку с бумагами орденский патруль забрал себе, взамен выписав девушке бумагу на фирменном орденском бланке.
Впрочем, у знания много путей. Зачем назойливо крутиться возле стола патрульных и скаутов. Под навесом, пристроенным к северной стене кабачка, сиротливо присели пятеро истощенных людей. Им сейчас картошечки пополам с мясом и кувшин дешевого (а другого просто нет) вина, и информация польется щедрым потоком.
Низкие, набухшие влагой тучи придавили бескрайний простор саванны. Пейзаж сузился и обманчиво потускнел, как будто кончилась цветная пленка. Это ненадолго, вот–вот должны проклюнуться первые ростки разбуженной дождями молодой зелени. Но это произойдет чуть погодя, а пока смотрим исключительно черно–белые, точнее бело–серые кадры.
Хорошо хоть с неба не капает, а то рабочий дворник у меня ровно один, и по стечению обстоятельств он на стороне пассажира. Если вольет поплотнее, я разом ослепну.
Дорога еще не раскисла, но луж и грязи уже с избытком. Хотя какая это дорога? Недоразумение, из вьющейся ужом дорожной колеи, уже порядком подзаросшей травой.
Нам с Ошо вполне комфортно в уютной кабине «Татры», а вот идущему первым «Попрыгунчику» достается изрядно. Багги, по самую макушку залепленный грязью, ныряет в очередную лужу. Вот и помылись до следующей грязюки. Опять же какая лужа? Последние километров десять лужа тут везде, просто из этой лужи торчит ковер высоченной жухлой травы, по которому в фонтанах брызг торпедными катерами проносятся четырехрогие антилопы.
— Русский, шугани его, — оживает рация голосом Дензела, и багги принимает чуть в сторону, пропуская вперёд бойца–тяжеловеса.
Что там у нас? Опять рогач на дороге разлегся?
О, да тут целое стадо. Вставайте, лежебоки!
Разлегшееся на колее стадо и не думает уступать дорогу «Татре». Рогачи считают, что они тут главные.
А вот так?
Поднятое ревуном стадо, с грацией броненосцев конца девятнадцатого века рассекая воду, отбегает в сторону.
Так–то лучше.
Едем дальше.
Недолго осталось.
Хотя, я это уже часа четыре слышу.
Грузовик проваливается передними колёсами в очередную выбоину.
Тьфу, блин. Чуть язык не прикусил. Как там мой груз в кузове, не вывалился?
Притормозив, открываю дверь и заглядываю в кузов. Все в порядке — плотно стянутый канатами груз на месте.
Планируя эвакуацию брони, я пришел к выводу, что учитывая предельно сжатые сроки, неплохо бы прибыть на место с уже готовыми материалами для проведения инженерных работ, а не бегать по саванне с пилой в поисках подходящего дерева.