За базар ответим
Шрифт:
Швед понял, что времени на изучение политических пристрастий «рыльцев» у него нет, и потому взвалил на себя весь груз ответственности перед братвой.
– Пусть будет объединение «За рынок», – нарек его Швед, потому как, околачиваясь у подъездов интуристовских гостиниц, еще в застойные времена познан вкус рыночных отношений и потому считал себя сторонником реформ.
Редактор многотиражки промолчал, нацарапал на списке название и убрал полученные документы.
А поздно вечером «рыльская» верхушка съехалась в баню, ставшую избирательным штабом зародившегося
Выслушав отчеты приближенных, Замполит остался доволен началом кампании и похвалил их за оперативность. Сверхбурную реакцию вызвало сообщение Тайсона о возможности контроля за милицией.
– Бля, мужики, если срастется, заставим Субботина каждую неделю о борьбе с преступностью отчитываться, – под дружный гогот братвы пообещал Замполит. – Да с такими возможностями у нас чихнуть бесплатно не посмеют. Поэтому до выборов никаких разгуляловых. Нарушителей живьем закопаю, – уже без шуток предупредил он. – После оттянемся.
Пришлось всем по душе и заявленное Шведом название, каждым, правда, истолкованное по-своему.
– Ну, Швед – голова. Точно подметил, – похвалил его Тайсон. – Да мы за свой рынок любому глотку перегрызем, отвечаю.
Несмотря на охвативший «рыльских» восторг, каждый из них сознавал, что первые успехи еще не гарантировали им окончательной победы. Поэтому дальнейший разговор пошел о нейтрализации соперников. Не обученные парламентским методам особо горячие головы настаивали на силовом воздействии, вплоть до ликвидации конкурентов, но Замполит понимал, что политические убийства неизбежно всколыхнут милицию и отпугнут от урн избирателей.
«Женщины и пенсионеры не в счет. С них телефонных звонков хватит. Разве что отдельными, особо непонятливыми персонально займемся, – раздумывал он, пока остальные надрывали глотки. – С барыгами тоже решим. А вот с прочими придется повозиться, и желательно без лишнего шума».
Резко оборвав ускользавшую из-под контроля дискуссию, где брала верх порочная мысль «всех валить», Замполит убедил собравшихся в ее бесперспективности и определил стратегию дальнейшей борьбы.
ГЛАВА 3
На следующий день двое обученных братков из бригады Шведа, имея списки наименее жизнестойких конкурентов, общим количеством девяносто восемь человек, приступили к их жесткой обработке с уличных таксофонов.
После нескольких часов разговоров энтузиазм звонивших несколько поугас, поскольку их усилия не приносили ожидаемого результата. Правда, две домохозяйки тут же откликнулись на подчеркнуто вежливые предупреждения и взяли самоотвод. Остальных, употребляя ненормативную лексику, пришлось загружать по полной бандитской программе. Кое-кто на этом сломался, но большинство собеседников, используя ту же лексику, сами ринулись в атаку. Этих одними словами было не пронять.
Поводом для практических шагов послужил звонок Тайсону от председателя избиркома, поздравившего «рыльских» с получением официального статуса и рассказавшего о жалобах двоих кандидатов на телефонные угрозы.
Тайсон успокоил встревоженного председателя, «снял его
Первого из них, живущего в Ульянке, несколько часов прождали на лестнице, а после того как тот высунулся из жилища и отправился к избирателям, оглушили резиновой дубинкой. От удара бывший директор хлебозавода рухнул у дверей, как подкошенный колос, и только через сорок минут соседи отправили на «скорой» его бесчувственное тело.
Второго жалобщика безуспешно прождали в подъезде до поздней ночи, а когда в его квартире на втором этаже погас свет, не стерпели и обстреляли окна из охотничьего карабина, подняв с постелей жителей микрорайона.
Как оказалось, этих полумер с лихвой хватило, чтобы уже на следующий день пришедшие в чувство кандидаты досрочно сошли с дистанции, что послужило примером для многих соискателей.
Пока люди Шведа возились с женщинами и пенсионерами, их патрон в ночном баре держал речь перед наиболее уважаемыми районными проститутками.
– Леди, ваша основная цель – раздеть клиента догола, – вдохновлял их Швед. – Пользоваться видеотехникой научим. На всю эту любовь-морковь вам дается три недели. Вопросы есть?
– А кто нам холостой пробег оплатит? – спросила старейшая работница отрасли по прозвищу Наездница и пренебрежительно отбросила заявочный список из бюджетников, мелкого чиновного люда и троих военнослужащих. – Эти разве что на дармовщину клюнут.
– Тебе все мало?! И так небось на домик в Испании наскакала?! – разозлился Швед. – Не скули. Все оплатим. А депутатами станем, специально для вас на Юго-Западе интуристовский отель отгрохаем, – на полном серьезе пообещал он и тем самым окончательно склонил женщин к политическому сотрудничеству.
Вечером того же дня Замполит сидел в директорской ложе районного Дворца культуры, где проходила встреча с избирателями его округа. Услужливый директор, исправно плативший «рыльским» с каждой ночной дискотеки, снабдил его вывешенными в фойе предвыборными программами, и Замполит, сверяясь с текстом, наблюдал за происходившим на сцене.
Быстро приобретя достаточные знания в части местного самоуправления, он собирался было покинуть зал, но возникший в президиуме переполох задержал его.
– Друзья! – обратился председатель к немногочисленной аудитории. – Только что поступило известие от жены кандидата Молодцова! – прокричал он подсевшим голосом. – Два часа назад на него совершено покушение! К счастью, все обошлось! Он жив и находится в клинике!
После сенсационного сообщения по передним, кое-где заполненным электоратом рядам прокатилась волна гнева и возмущения, и собрание окончательно отклонилось от темы.
– Мне тоже угрожали. Требуют, чтобы кандидатуру снял, – пожаловался в микрофон один из ораторов, обещавший в случае избрания покончить с преступностью. – Но это же произвол.