Южный Урал, № 12

Аношкин Михаил Петрович

Неизвестные бумаги представляют большую историко-биографическую ценность. Они позволяют полнее выяснить служебную деятельность А. Радищева после подавления восстания Пугачева. Эти бумаги помогают восстановить перечень вопросов, которыми занимался Радищев в эти годы, дают представление об его окружении. По ним можно судить об отношениях некоторых служащих коммерц-коллегии к писателю-революционеру.

Троицкая пограничная таможня ведала в тот период торговлей с Ташкентом и Бухарией. Переписка А. Н. Радищева с таможней позволяет утверждать, что писатель-революционер был знаком с характером этой торговли в подробностях до того, как им, в сибирской ссылке было написано

«Описание Тобольского наместничества». Известно, что в этом «Описании» обстоятельно излагается характер торговли со среднеазиатскими государствами и дается верная экономическая и политическая оценка ее состояния. Знакомство с торговлей на сибирской линии через пограничные таможни и, в частности, через Троицкую, позволило А. Радищеву глубже проследить историю экономических связей России со Средней Азией и с Китаем. Достаточно вспомнить «Письмо о китайском торге», написанное в сибирской ссылке.

Какие же официальные правительственные документы проходили через руки Радищева в этот период и каков их характер?

К препроводительному письму от 17 мая 1779 года приложен указ сената от 30 апреля об учреждении ассигнационных банков и заведений банковых контор «для удовольствия частных людей медною монетою за представляемые ими ассигнации в Иркутской губернии» и, в частности, об учреждении в Иркутске банковой конторы. Этот вопрос вновь заинтересует Радищева в годы сибирской ссылки. О торговых банках и конторах он заговорит в письмах к своему другу-покровителю, президенту коммерц-коллегии А. Р. Воронцову, в «Описании Тобольского наместничества» и «Письме о китайском торге», доказывая необходимость их учреждения в Барнауле и других сибирских городах.

В письме от 27 мая 1779 года говорится о возвращении в Россию беглых из войск нижних чинов людей, крестьян и обывателей, а также «принадлежащих к бывшему запорожскому воинству и малороссийских посполитых людей». В других письмах пересказываются документы о наборе рекрутов, распространении хлебного торга с соседними государствами, взимании пошлин, об обязанностях консулов в разных провинциях России и другие.

Все эти вопросы стояли в центре внимания Радищева — мыслителя и политика, экономиста и историка, нашли широкое освещение в его художественных и публицистических произведениях. Заметим, что служебные бумаги, подписанные А. Радищевым по этим вопросам, наиболее полно пересказывают официальные документы, в то время как другие, касающиеся малозначительных указов, являются очень краткими и немногословными препроводительными письмами.

Находка позволяет установить, что служебные бумаги отсылались из Санкт-Петербурга непосредственно в Троицкую пограничную таможню, минуя канцелярию Оренбургского генерал-губернаторства. Кроме Радищева многие бумаги подписаны другими членами коммерц-коллегии — Христианом Фербером и Алексеем Астафьевым. Все документы, как правило, заверены секретарем, подпись которого разобрать не удалось, а составлены канцеляристами — Николаем и Петром Ильинскими, Иваном Долинским, Петром Степановым, Петром Сергеевым, Ильей Медведевым и Петром Поповым, с которыми, надо думать, часто соприкасался А. Радищев.

Важно отметить Николая Ильинского. С ним А. Радищеву позднее пришлось работать в законодательной комиссии в последний год своей жизни. Н. Ильинский об этом периоде оставил «Записки». В них дается высокая оценка поведения Радищева в законодательной комиссии. Ильинский говорит, что Радищев попрежнему был человеком вольных мыслей и на все взирал с критикой, основываясь на философии свободолюбия. Рассказывая подробности трагической кончины А. Радищева, Ильинский заключает:

«Так

кончилась жизнь человека, способного и доброго, но напитанного вместо религии, требующей покорности, повиновения и смущения, одними правилами свободолюбия».

Известный интерес представляет и личность Ивана Долинского. Радищев мог познакомиться с ним вскоре после возвращения в Россию, войдя в круг Собрания переводчиков и «Общества, старающегося о напечатании книг». Собрание переводчиков насчитывало в то время свыше 110 литературных работников, включая сюда и близкого друга Радищева — А. Кутузова, которому посвящено «Путешествие из Петербурга в Москву».

Из видных литераторов к «Обществу» принадлежали И. Дмитриевский, Я. Княжнин, М. Херасков, И. Богаевский, в том числе и И. Г. Долинский.

Радищев, будучи членом этого «Общества», как известно, еще в 1773 году выпустил «Размышление о греческой истории» Мабли, сделав к переводу примечания. В одном из примечаний сказано, что «самодержавство есть наипротивнейшее человеческому естеству состояние». В этом же году в переводе И. Долинского с немецкого языка «Общество» издало книгу «О народах, издревле в России обитавших». Обе книги были выпущены создателем «Общества» Николаем Новиковым, являющимся собирателем литературных сил передовой молодежи России.

Особняком стоит еще один канцелярист — Петр Попов. Подпись его так же встречается на бумагах, присланных из коммерц-коллегии. Когда Радищев, арестованный за издание своей революционной книги, сидел в Петропавловской крепости, Петр Попов, будучи уже секретарем Палаты уголовного суда, подписывал своему сослуживцу по коммерц-коллегии смертный приговор.

Собственноручных строк автора «Путешествия из Петербурга в Москву» сохранилось немного. Находка в Челябинском архиве документов, подписанных великим писателем-революционером, исключительно ценна тем, что пополняет небольшую коллекцию автографов А. Н. Радищева, имеющихся в хранилищах СССР и известных советским радищеведам.

Александр Синельников

НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ РУКОПИСИ Д. Н. МАМИНА-СИБИРЯКА

Богато и разнообразно творчество и документальное наследие «певца Урала» Д. Н. Мамина-Сибиряка. Однако многие материалы писателя после его смерти оставались в частных коллекциях и в сейфах музеев. Двенадцать лет назад, в Москве был создан Центральный государственный литературный архив — единственное в своем роде богатейшее хранилище реликвий нашей отечественной и мировой культуры: рукописей, писем, книг с автографами, рисунков, фотографий. Тогда же было положено и начало собиранию документальных материалов Д. Н. Мамина-Сибиряка. Ныне тщательно изучаемые литературоведами и описанные, в частности, старшим научным сотрудником архива И. Станкевич, они стали доступными писателям, ученым, студенческой молодежи.

Наследие Д. Н. Мамина-Сибиряка сберегается в различных государственных хранилищах Советского Союза. Наиболее значительным является собрание Центрального государственного литературного архива. В особых коробках, на стеллажах, покрытых специальным составом, предохраняющим от воспламенения, бережно хранятся рукописи и письма писателя. Среди его шестидесяти рукописей — черновики и подготовленные к печати произведения: романы «Бурный поток» («На улице»), «Последний из Приваловых», очерки «Добровольные мученики», «Дорожные встречи», «Сорочья похлебка», рассказы «Грёза», «Лётные», пьеса «Золотопромышленники», повесть «Сестры», стихотворения «Разрыв-трава», «Праздник коронации в Екатеринбурге» и другие. Часть из них не опубликована.