Юность
Шрифт:
– Спрашивай, – буркнул Рязанов.
– Ты всегда такой мерзкий или только когда выпендриваешься перед симпатичными мальчиками?
– Не вижу тут симпатичных мальчиков. А глупые люди не достойны, чтобы с ними обходились мило, – тут же ответил Рязанов, лениво откинувшись на изножье дивана. Боже, как бы его вышвырнуть из квартиры, не обидев Олю? За два года отношений они расставались раз семь, но всё время сходились снова. То ли Оля моральный мазохист, то ли боится остаться без мужика… Рязанов крутанул бутылку, горлышко указало на Олега. Тот тоже выбрал правду.
– Вот мне интересно, ты реально пидор или просто
Левин поперхнулся пивом, Артём крепко сжал в руке стакан, остальные выглядели ошеломлёнными. Олег лишь шутливо закусил нижнюю губу и очертил линию скул на лице Рязанова.
– Нет. Но ради тебя, котик, я готов им стать.
Кажется, в этот момент меня настиг эстетический оргазм. Я нашла персонажей для моего нового рисунка – красивый актив с вечно брезгливым выражением лица и легкомысленный пассив в радужной майке и светлыми кудряшками. Только вот Рязанов был абсолютно гетеросексуален, поэтому вся компания уставилась на странную сцену, ожидая реакции. Но реакции не было. Рязанов сначала напрягся, будто вот-вот вмажет дерзкому парню по морде, но потом самоуверенно ухмыльнулся и сделал большой глоток пива.
Я не поверила своим глазам – он должен был как минимум жёстко послать Олега, а в худшем случае сломать ему палец! Оля почему-то побледнела и уставилась в пол.
– Слушай, а Олег реально гей? Я до сих пор не поняла, – прошептала я на ухо Артёму.
– Он вроде и с мальчиками, и с девочками тусуется, никто не знает точно.
Ни разу за эти месяцы я не решилась спросить Олега про его предпочтения. Ребята шутили про его гейские замашки и радужную одежду, а кто-то упоминал его бывшую девушку. Сам Олег предпочитал не комментировать шутки и только таинственно улыбаться. Мы было до жути интересно. Одно дело – читать гейские фанфики и смотреть сёнен-ай и совсем другое – тусоваться с реальным геем в одной компании. Наверное, каждая девушка мечтает о классном друге-гее, чтобы пить винишко и обсуждать знакомых парней.
Игра продолжалась. Левин загадал Еве снять лифчик, а Лера не придумала ничего лучше, чем заморозить его – под громкие протесты Евы она положила её лифчик в пакет с ледяной водой и отправила в морозилку. Артёму пришлось признаться, сколько у него было половых партнёрш. Лера в качестве действия бегала в соседнюю комнату проведать Лекса, который до сих пор сидел в одиночестве. Присоединиться к нам он отказался, а Лера сказала мне по секрету, что он такой из-за меня.
Чёрт, как же мне не хотелось всё усложнять! Когда мы трахались по дружбе, всё было просто идеально, а сейчас проблема за проблемой. Отношения продолжать уже не видела смысла, но ужасно боялась с ним расставаться. Боялась, что мы перестанем общаться, что его друзья примут его сторону, а меня кинут….
От дурацких мыслей меня отвлёк звон стекла – Левин опрокинул на пол полную бутылку пива. Бутылка звонко покатилась по комнате, жидкость пенистым потоком разливалась под диваном. Пока я ползала с тряпкой попой вверх, Артём решил продолжить вакханалию и случайно опрокинул другую бутылку с пивом. На этот раз жидкость вылилась под тумбу от телевизора.
– Да вы издеваетесь?! Как мне теперь это убирать всё? – я в растерянности опустила тряпку. Наверное, на моём лице отразился весь букет эмоций, которые я сейчас испытывала, потому что парни тут же сами взялись за наведение порядка: отодвинули мебель и вымыли
Пока Левин с Артёмом разбирались с полом, я наблюдала за ребятами. Ева со смехом снимала ползающего Левина на видео, Лера пыталась отвязаться от пьяного Димы, а вот Рязанов с Олегом слишком уж мирно болтали. Оля пыталась привлечь внимание своего ненаглядного, но тщетно – он был увлечён этим скрытным парнем в радужной майке. Если бы не постоянные гомофобные насмешки Рязанова в сторону нетрадиционных персон, я бы подумала, что он сам неравнодушен к своему полу.
– Может, продолжим играть? – несколько минут спустя предложила расстроенная Оля.
– Да как-то не хочется уже, – я уныло катала игральную бутылку по полу.
– Так, моя очередь, – Лера отобрала у меня бутылку. – О, Настя! Правда или действие?
– Действие, – буркнула я. На провокационные вопросы лучшей подруги я точно не хотела отвечать.
– Прямо сейчас ты идёшь и занимаешься сексом со своим парнем. Давай-давай, а то он совсем раскис.
– Секс его точно развеселит, – хохотнул Олег.
На душе вдруг стало паршиво. Я не рассказывала Лере о наших проблемах, но должна же она была хоть что-то заметить. А может, она просто хочет сплавить меня подальше от Левина? Ну так, на всякий случай.
– Только скажи потом, в какой будет комнате, чтобы я, не дай бог, не лёг там спать, – съязвил Рязанов.
– О, я планировала положить тебя в подъезде, – бросила я, – всё равно играть надоело.
Я беззлобно показала Лере фак, скользнула взглядом по Левину и вышла из комнаты. Лекс лежал на кровати в комнате Катьки, пялясь в телефон. Господи, и зачем я на это подписалась? Конечно, я не обязана с ним спать, но тогда у Леры точно возникли бы вопросы. Правда не должна открыться. Я присела рядом, обняв Лекса за плечи.
– Лёш, и долго ты собираешься здесь сидеть? У нас там весело, пиво льётся рекой. Пошли играть.
– Думаю, нам стоит поговорить, – ответил Лекс. Внутренности сделали сальто – я совсем не была готова к серьёзному разговору и его признания я тоже слышать совершенно не хотела. Что ж, придётся исполнить дурацкое «действие».
– Обязательно поговорим, позже, – я выхватила из рук Лекса телефон и притянула его к себе. Быстрый поцелуй, мои руки залезли под его толстовку. Он пытался сопротивляться, но я углубила поцелуй, проникнув в рот языком. Дальше мои губы переместились на его шею, ключицы, большими пальцами провела по соскам. Он резко выдохнул. Руки Лекса начали гладить мои голые ноги, пробираясь под красное платье. Он хотел было навалиться сверху, но я обхватила ногами его бёдра – переворот, и сверху оказалась я.
– Не сегодня, – прошептала я ему на ухо и потянулась к ящику комода. В моей руке оказалась детская скакалка, в темноте напоминающая хлыст. Я молча взяла руки Лекса и отвела их ему за голову. Он также молча смотрел мне в глаза и уже не сопротивлялся.
Это явно было далеко от эротических сцен в красивых мелодрамах. Я представила, как это должно выглядеть со стороны: размалёванная девица с растрёпанными волосами, в странном платье за четыреста рублей, нелепо сидит на партнёре и пытается привязать его руки к спинке дивана скакалкой. А её партнёр – девятнадцатилетний тощий парень в старой толстовке и растянутых джинсах – несуразно развалился на махровом покрывале. Совсем не сексуально.