Юность Грома

Хантер Эрин

–  И правильно сделала, - проворчал Серое Крыло, потёршись носом о её плечо.

Коты болтали и пировали до темноты. Серое Крыло рассказал всем о том, как они встретили у реки странного кота по имени Зыбкая Река, и коты, затаив дыхание, слушали его. Столько всего случилось в этот долгий день, что знакомство с серебристым котом казалось далёким, как сон. Полосы алого заката постепенно угасли, чёрная шкура ночи раскинулась над пустошью, и звёзды зажглись высоко над лагерем.

«Как же здесь красиво!
– умиротворённо подумал Серое Крыло.
– Кто бы мог подумать, что это место может

быть таким опасным!»

Доев остатки своего кролика, он поднял глаза и наткнулся на влюблённый взгляд Черепашьего Хвостика.

–  Ты такой… везучий, - смущённо пролепетала она, отводя глаза.
– Зубчатый Пик погиб бы, если бы не твои быстрые лапы… и удача.

Серое Крыло улыбнулся.

–  Нам всем сегодня повезло, - сказал он и, понизив голос, с некоторым сомнением добавил: - Знаешь, я стал сомневаться в том, правильно ли мы поступили, обосновавшись на пустоши. Всё-таки уж больно открытое здесь место… Даже от собак спрятаться негде. В горах, конечно, тоже было много опасностей, но там хоть в пещере нам никто не угрожал! А здесь мы не можем чувствовать себя в безопасности даже в лагере.

Несколько мгновений Черепаший Хвостик задумчиво смотрела на него, потом с жаром заговорила:

–  Да, но в каком другом месте ты смог бы бежать во всю прыть, чтобы отвлечь собак и увести их прочь? В каком другом месте Гром и Зубчатый Пик сумели бы найти убежище прямо под носом собак? Где ещё коты могли бы так быстро примчаться на помощь?

Серое Крыло поймал себя на том, что согласно кивает в такт её словам. Что и говорить, Черепаший Хвостик заставила его по-новому взглянуть на дело.

–  Это чудесный дом, - продолжала Черепаший Хвостик, ободрённая его согласием.
– Лучший на свете. Ты только взгляни на котят!
– она кивнула на Молнехвостого и Желудёвую Шёрстку, жадно дожёвывавших последние кусочки дичи.
– Они не просто выжили в холода, они выросли такими крупными и сильными, какими никогда не стали бы в горах! Какое тебе ещё нужно доказательство того, что это и есть наш настоящий дом? Ах, только бы Чистое Небо не испортил нам жизнь! Я жду не дождусь, когда же могу растить моих деток здесь.

И тут Серое Крыло решился задать ей вопрос, который вот уже много лун точил его изнутри.

–  Но если тебе так нравится это место, почему же ты ушла жить к Двуногим?

Ему показалось, будто Черепаший Хвостик не сразу поверила своим ушам. Она вздрогнула и впилась в Серое Крыло изумлённым взглядом, кончики её аккуратных ушей так и заходили туда-сюда.

–  Это никак не связано, Серое Крыло, - еле слышно пролепетала Черепаший Хвостик.
– Даже уходя, я знала, что покидаю наш настоящий дом, ради которого мы проделали это страшное путешествие из гор в долину и потеряли стольких прекрасных котов.

–  Но почему же тогда ты ушла?
– непонимающе переспросил Серое Крыло.

Черепаший Хвостик с грустной улыбкой покачала головой и вдруг громко воскликнула:

–  Ах, до чего же вкусный оказался этот кролик! Я и забыла, какое это счастье - поесть настоящей свежей дичи! Как здорово, что мы уже не в горах и больше не должны питаться птицами, в которых перьев в три раза больше, чем мяса.

–  Ещё бы, - пробормотал Серое Крыло. Он понял, что

подруга решила сменить тему, и решил не настаивать.

«Но она определённо что-то скрывает от меня», - в смятении подумал он.

Запрокинув голову, Серое Крыло посмотрел на бескрайнюю россыпь серебряных звёзд, мерцавших на чёрной шкуре ночи. Из темноты доносилось довольное мурлыканье осоловевших от еды и усталости котов.

«Черепаший Хвостик права, - с замирающим сердцем подумал он.
– Мы нашли свой дом».

Глава VII

Почти полная луна плыла высоко над пустошью, заливая овраг серебристым светом. Серое Крыло с нежностью посмотрел на Грома, сидевшего рядом: голова малыша то и дело падала на грудь, но он мужественно боролся со сном. Полёт Ястреба загоняла в туннель Молнехвостого и Желудёвую Шёрстку, и Грому, конечно, не хотелось уходить вместе с ними, поэтому он упрямо делал вид, что с интересом прислушивается к каждому слову взрослых котов.

Зубчатый Пик приковылял на поляну и растянулся неподалёку от Серого Крыла, прикрыв глаза. Облачник с наслаждением потянулся, а Пёстрая Шёрстка уже свернулась клубочком и спрятала нос под своим пушистым хвостом.

–  Я бы хотела рассказать вам о подземных кроличьих ходах, - говорила Ветерок.
– Для тех, кто знает, куда смотреть, там всегда найдутся кролики на обед и ужин. Однажды я гналась за кроликом под землёй почти до самой Гремящей тропы…

–  Довольно!
– Длинная Тень решительно встала, оборвав рассказ гостьи. Серое Крыло не понял, что встревожило предводительницу на этот раз - то ли опасение, что коты заблудятся в лабиринте незнакомых туннелей, то ли страх перед тем, что они рискнут самостоятельно добраться до Гремящей тропы.
– Ветерок и Утёсник, я хочу ещё раз поблагодарить вас за вашу сегодняшнюю помощь, но сейчас вам пора уходить. Спокойной ночи и до свидания!

Треснувший Лёд и Крик Галки, с жадным интересом слушавшие рассказ Ветерка, возмущённо повернулись к предводительнице.

–  Почему они должны уходить?
– взвился Треснувший Лёд.
– Все хотят, чтобы они остались! Ты же сама сказала, что они могут переночевать у нас! Что случиться, если они останутся?

Остальные коты одобрительно загудели, а одиночки приосанились, но Длинная Тень упрямо покачала головой.

–  Нет, им придётся уйти, - вежливо, но твёрдо, повторила она.
– В этом овраге живут только коты, пришедшие с гор. Мы нашли это место, мы обустроили его, мы выкопали для себя туннели и пещеры.

Ветерок и Утёсник грустно кивнули Длинной Тени и посмотрели на остальных котов.

–  До свидания, - вздохнула Ветерок.
– Спасибо, что позволили нам погостить и угостили своей дичью.

–  Да, спасибо большое, у вас здорово, - подтвердил Утёсник.
– Увидимся.

Еще раз поклонившись переселенцам, одиночки начали подниматься по склону. Горные коты в мёртвой тишине смотрели им вслед до тех пор, пока гости не скрылись за гребнем холма.

–  Я не понимаю, почему они должны уходить!
– громко заявил Крик Галки, когда горные коты снова остались одни.