Юность Элси
Шрифт:
— Как жаль, мисс Динсмор! Попробуйте хоть что-нибудь, — уговаривала Элси миссис Шиллинг. — Я обижусь, если вы ничего не попробуете. Выходит, будто мое угощение для вас недостаточно хорошее.
— Не нужно так думать, — ответила Элси, густо покраснев. — Ваши торты выглядят очень мило. Но на вечеринках я всегда отказываюсь от сладостей. Причина простая: они могут навредить моему здоровью.
— Но вы совсем не болезненны! У вас здоровый цвет лица — никогда не видела более здорового. Ничуть не похоже, чтобы вы страдали расстройством пищеварения.
— Я им никогда и не страдала. Думаю, в этом большая
— Замечательно, ничего не скажешь! Вы — самая послушная дочь из всех, которых я когда-либо видела! Но вы уже взрослая, совершеннолетняя особа, насколько я могу судить. Полагаю, вы имеете право самостоятельно решать такие мелкие вопросы. Не думаю, что кусочек угощения принесет вам хоть малейший вред. Но даже если и возникнут проблемы, достаточно выпить немного настойки от пневмонии. Я всегда принимаю это лекарство при расстройствах желудка. Оно мне сразу помогает.
Элси улыбнулась, но мягко и уверенно отказалась от угощения.
— Не искушайте меня больше, миссис Шиллинг, — попросила она. — Уверяю вас, это — настоящее искушение.
— Что ж, возможно, вы захотите отведать следующее угощение, — ответила хозяйка, отступая.
— Она прекрасная повариха, и этот торт действительно хорош, — прошептала Лотти Кинг, придвинувшись поближе к подруге.
— Да, мисс Динсмор, вам лучше попробовать кусочек. Не думаю, что это повредит вам. От такого количества вряд ли придется прибегать к настойке от пневмонии, — сказал Эджертон со смехом.
— Смотри! — прошептала Лотти, и ее глаза радостно засверкали. — Несут следующее угощение, и оно оформлено очень оригинально.
Миссис Шиллинг на минуту исчезла, а затем вернулась с деревянным ведром, наполненным смесью конфет, изюма и миндаля. Обходя гостей, она предлагала им взять по полной пригоршне сладостей.
— Ну хоть сейчас, мисс Динсмор, вы не откажетесь? — спросила миссис Шиллинг. — В противном случае я буду очень огорчена.
— Я очень сожалею, но вынуждена отклонить ваше любезное предложение. Но себя я жалею больше, чем вас, — ответила Элси, смеясь и краснея, — потому что чрезвычайно люблю конфеты. Но вынуждена сказать «нет», спасибо.
— Мистер Эджертон, как вы думаете, она не ела моих тортов и других угощений потому, что они для нее не достаточно хороши? — спросила миссис Шиллинг расстроенным голосом, когда, наконец, гости разошлись.
Элси ушла еще час назад. Эджертон не отказал себе в удовольствии проводить ее и мисс Стэнхоп до двери их дома. Ему не нужно было лишний раз переспрашивать, кого имела в виду миссис Шиллинг.
— О, нет, вовсе нет, моя добрая хозяюшка! — ответил он. — Это было лишь послушание отцу, соединенное со страхом навредить своему исключительному здоровью. Это очень разумно, хотя ваши угощения были чрезвычайно хороши.
Как раз в этот момент Лотти Кинг сказала своей сестре:
— Бедная миссис Шестьпенс. Она шепнула мне, что ее вечеринка удалась на славу, но она была очень разочарована отсутствием мистера Уэрта и отказом наследницы с Юга отведать приготовленные ею лакомства.
Глава 15
Красиво
О, как обманчива красивая наружность.
/«Венецианский купец», Шекспир/
Мистер Эджертон обладал незаурядными умственными способностями, широким кругозором, был хорошо образован, красив, имел аристократические манеры и явно превосходил всех молодых мужчин Лэндсдэйла. И лучше всех об этом знал он сам. Он уделял внимание не только Элси и вскоре стал главным фаворитом среди дам города. Каждая кокетка втайне желала, чтобы мистер Эджертон обратил на нее внимание. Множество дам прилагали усилия, чтобы добиться его расположения. Он допускал мелкий флирт с красотками Лэндсдэйла, но гораздо больше времени уделял Элси, чем остальным. Он использовал все свои хитрости, чтобы добиться ее внимания, стать нужным ей для счастья.
Он прочитал много книг и многое повидал в жизни: объехал всю страну, бывал в Европе и Южной Америке. Обладая хорошей памятью, даром рассказчика, большим чувством юмора и явным талантом подражания, он был способен, если хотел, сделать свою беседу чрезвычайно занимательной, интересной и поучительной. Кроме того, он, казалось, был воплощением добродетели и благородства. Элси стала относиться к нему с большой теплотой — гораздо лучше, чем вначале.
Согласно его собственному рассказу (и, возможно, этот рассказ был правдив), Бромли Эджертон часто бывал на волосок от смерти. Он рассказывал, что в одной из таких опасных ситуаций рискнул жизнью и чуть не лишился ее просто из любви к приключениям. Элси содрогнулась. Когда он закончил свою историю, девушка с облегчением вздохнула.
— Вам страшно слушать подобные рассказы? — спросил он с улыбкой.
— Мне кажется, что рисковать жизнью — ужасно, если риск не приносит пользы ни тебе, ни людям.
— Если бы вы были мужчиной, то понимали, что очарование подобных приключений заключается именно в риске.
— Но разве это правильно и разумно?
— Это дело вкуса или, я бы даже сказал, выбора: прожить долгую скучную жизнь или короткую, но яркую.
Лицо Элси стало очень серьезным.
— Вы действительно так считаете, мистер Эджертон? — спросила она с огорчением. Она казалась очень разочарованной. — Я была о вас лучшего мнения.
— Не понимаю вас. Что такого ужасного я сказал?
— Разве не грех — отказаться от жизни, данной нам Богом? Ведь Бог ее дал, чтобы мы служили Ему!
— Возможно, вы правы. Но я смотрю на это несколько иначе. Жизнь в этом мире не настолько приятна, чтобы мы тщились прожить сотни лет. Иногда человек очень устает от жизни и почти готов, как вы выразились, отказаться от нее.
— Да, но перед тем как расстаться с жизнью, нужно быть уверенным, что пойдешь в лучшее место.
— Как можно быть в этом уверенным? Что может человек знать наверняка? Я не могу быть уверен даже в том, что произойдет сегодня. И откуда мне знать, тот ли я, кем кажусь себе? Есть сумасшедшие, которые уверены, что они — короли и принцы, но это ведь не так. Может быть, и я ошибаюсь о себе в точности, как эти несчастные?