Юнда. Юдан
Шрифт:
Ларан повернулась к нам, смерила Эктора взглядом.
– Только не говорите мне, что нам уже и собираться нельзя, - заметил мой напарник, оценивающе разглядывая сатена.
– Можно, - отозвалась Ларан.
– Вы здесь не пленники. Станция функционирует в штатном режиме. Просто в условиях чрезвычайной ситуации.
– Просто?
– переспросил Эктор.
– Просто, - согласилась сатен.
– Идите. Отдыхайте, пейте, пойте, деритесь. Чем там еще любят заниматься представители вашего вида, когда собираются вместе?
Эктор со щелчком
– У нас умер капитан, - напомнил он с обидой в голосе.
– Я сожалею, - отозвалась Ларан.
– Но теперь я ваш капитан, и я сделаю все, чтобы на этой станции никто больше не умер. Идите.
Эктор потянул меня за собой, но я сбросил его руку и шагнул к Ларан. Она стояла, выпрямив спину и подняв голову, но я видел только ее узкие плечи, сведенные лопатки и дрожащие руки. Я не мог к ней не подойти, не мог оставить ее одну, стоящую в центре столовой рядом с покойником, которому она еще несколько минут назад говорила, что его жизнь - ее приоритетная задача.
– Ларан, - тихо позвал я.
Она перевела на меня глаза, глубокие и насмерть перепуганные.
Я не смог сказать больше ни слова - просто шагнул ближе и прижался губами к ее губам.
Тахико не была похожа на человека. На манекена, выключенного робота, андроида, машину, затянутую в качестве дурной шутки в человеческую кожу. Она была похожа на кого угодно, только не на человека.
– Что это?
– мрачно поинтересовался Радецки, брезгливо оглядывая скрючившееся в инвалидном кресле тело.
– Она киборг, - объяснил Исотр`а.
– Получеловек-полуробот. Сейчас больше робот, чем человек.
– Ты привел меня, чтобы я что?
– уточнил сатен.
– Восхитился? Преисполнился жалости? Посочувствовал? Позлорадствовал?
– Я тоже знаю все эти слова, - кивнул Исотр`а.
– Только не представляю, что за чувства ими описывают. И я привел тебя не за этим.
Радецки медленно прошел по каюте. Потрогал искусственные цветы, наверняка привезенные с Земли или другой человеческой колонии, собранные в аляповатой вазе и покосился на набор косметики на столике. Киборг Тахико очень хотела быть человеком, прикладывая к этому немыслимые усилия, но все равно оставалась больше машиной, чем женщиной.
– Ты сказал, что для того, чтобы перехватить управление станцией, надо думать, как машина, - напомнил Исотр`а.
– Я знаю только одно существо, которое может думать, как машина, при этом сохраняя собственный разум. А еще она в меня влюблена, - похвалился анжер.
– Да, это повод для гордости, - заметил Радецки.
Сатен подошел к Тахико, рассматривая переплетение проводов, которым подключил ее Исотр`а, потрогал кончиками пальцев чувствительные порты на скулах киборга и повернулся к Радецки.
– Она глушит сигнал? Хорошо. Можно было еще лучше, но с твоим уровнем технических знаний даже это большой прорыв.
Исотр`а не отреагировал,
– Ей хватит сил вступить в конфликт с Тиферет?
– поинтересовался он, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Я ее подтолкну, - пообещал Радецки, вздохнул и, брезгливо поморщившись, вытащил Тахико из кресла, стараясь не тревожить воткнутые в ее тело провода и собственную покалеченную руку.
Тахико оказалась удивительно легкой и какой-то изломанной, на ее спине под формой явно прощупывался металл - то ли металлические штыри, вставленные в позвоночник и поддерживающие спину, то ли просто своеобразные разъемы. Она была маленькая и удивительно хрупкая, и Радецки на секунду испугался, что может сломать ее, просто слишком сильно сжав в руках. Сатен задержал Тахико в подобие объятий чуть дольше, чем это было необходимо, сдерживаясь, чтобы не войти с ней в симбиоз прямо так, не подсоединяя проводов - раньше он никогда не видел киборгов. Но все-таки сдержался, опустил девушку на стол между приборов, как умел осторожно.
Исотр`а посмотрел на него долгим взглядом, внимательным, но совершенно бесчувственным.
– Нравится?
– поинтересовался он после паузы.
– Любопытно, - искренне отозвался Радецки.
Анжер кивнул, но не сатену, а своим мыслям, и принялся быстро и умело подсоединять порты приборов к Тахико и, с другой стороны - к терминалу станции, расположенному в каюте киборга. Исотр`а был хорошим штурманом и уже давно рассчитал, как можно посадить орбитальную станцию Тиферет на планету Юдан в случае чрезвычайной ситуации. Другое дело, что он никогда не думал, что станция откажется сотрудничать и придется предпринимать экстренные меры. Впрочем, для того, чтобы эти меры сработали, и нужны были Тахико и Радецки.
– Я не псевдополиморф, как Шираи, - заметил Радецки.
– Поэтому я работаю медленнее.
– Но ты можешь войти с ней в симбиоз?
– уточнил Исотр`а.
– Разумеется, - сатен встряхнул руками, рывком пододвинул кресло ближе к столу, уселся и закрыл глаза.
– Впечатляет, - безэмоционально заметил анжер.
Радецки не ответил. Его заметно повело, перед глазами заплясали темные круги, все чувства обострились в один миг, болезненно-остро. Дождавшись, когда покалывание в пальцах достигнет пика, превращаясь в зуд, совсем немного не доходящий до боли, сатен прижал ладони к вискам Тахико.
И рухнул внутрь.
Она была изломанной, изорванной внутри и сшитой, собранной снова. Разбитой на мириады обломков, состыкованных неровно и грубо, неестественно, жестоко и одновременно - идеально для тех функций, которые были в нее заложены. Она действительно очень мало напоминала человека внутри - только какими-то частями, сегментами, обрывками, а дальше - всепоглощающее поле чистой информации. Искусственный разум, вплавленный в ее собственный, подчиненный и подчиняющий.