Юбилей смерти
Шрифт:
В восемнадцать я начинаю жить без присмотра. Моя жизнь во взрослом мире пропитана одиночеством.
Игорь Янов. Главная подозреваемая
В супермаркете, где Лешка покупал свое амнезическое пиво, видеокамера не работала. Хоть Янов и ощущал одним местом, что в этом расследовании ему везти не будет, он не предполагал, что настолько. Запись чуть косого Лёшика у кассы, обнявшего полторашку «Золотого Гродина», с датой в районе двух ночи сгодилась бы за алиби. Но нет, не удалось!
Теперь пришла пора ехать в Гродин, встречаться
Получить командировку оказалось несложно – как раз на этой неделе в Гродине проводился семинар-учеба для начальников полиции и заместителей подразделений МВД России, дислоцированных в Гродинском районе. Обещали встречу с представителями УФМС, а также с ребятами из наркоконтроля. На мероприятие официально пригласили Каменева, но старик терпеть не мог все эти учебы и обычно вместо себя отправлял учиться замов. Янов на зама вполне тянул.
Погрузив в машину недовольного предстоящей поездкой Шарика, Игорь отправился в путь.
Поиск в Гродине этой самой Евы Корда не казался Игорю слишком сложной задачей. Для вентиляции ситуации – как говорили в их отделе – он попросил Яценко пошарить в Интернете. Результат превзошел все ожидания: во всех социальных сетях обнаружились группы соблазнения, где Ева публиковала свои статьи о стриптизе, афродизиаках и прочей чуши, столь привлекательной бабскому контингенту.
Умница Яценко заметил одну характерную деталь: в виртуальных пространствах Корда собирались только женщины с честными намерениями – никакого сводничества, похабщины, разной прочей гадости, которую больше всего ожидаешь встретить в подобных местах. Чисто женский разговор: гарем у фонтанов.
Ну, а самое главное – Ева мелодраматично оповещала, что она теперь в Гродине, «городе своей юности и горя». Здесь она будет работать только с индивидуальными клиентами, пишите в личку. Ниже в комментах обсуждались фитнес-клубы, потому что Ева искала подходящий по географии и «тупости тренеров». И, судя по всему, Корда выбрала клуб «Ударница», расположенный в нижней части города, на проспекте Менделеева.
Интерес соблазнительницы к фитнесу подтвердил подозрения Янова – тренируется, значит, сильная. Сильная могла задушить жену любовника.
На полдороге к Гродину пришлось остановиться, выбрав местечко с наименьшей растительностью – для небольшого променада Шарика. Место без травы и кустов требовалось потому, что афганская шерсть представляла собой беспрецедентный по эффективности пылесборник. Поводом к остановке стал назойливый скулеж пса.
Игоря всегда смешило, что, поскуливая, афган пытается округлить черные тонкие губы на длинной узкой пасти. Это напоминало старый детский анекдот: по лесу прошел слух, что люди будут охотиться на животных с самой большой пастью, и тогда бегемот, сложив губы трубочкой, посочувствовал: «Конец крокодильчику!».
Пока Шарик исследовал окрестности,
Новенький эксперт (Игорь попутно выяснил, что парня зовут Валерой) продолжал исследование одежды жертвы и пообещал закончить с экспертизой микрочастиц и пыли через день-другой.
В Гродине Игорь решил остановиться у старого приятеля Юрика Шишова, ибо с Шариком в гостиницы не пускали. Шишов жил в доме за городом, месяц назад развелся с женой, от горя или счастья много пил и не навязывал гостю своего общества. Собственно, Игорь даже не увидел Юрика по приезде, ибо тот спал после вчерашнего.
Обустроив самостоятельно питомца и себя тоже, Игорь отправился в комитет. Требовалось отметиться в качестве прибывшего на место учебы, а также поприсутствовать на занятиях.
Отмечаться выпало у Лизаветы – второй экс-жены Янова, сделавшей неплохую карьеру в Гродинском следственном комитете благодаря личным качествам и удачному замужеству – Лиза бросила Игоря ради большого комитетского начальника. Теперь оба считали, что она правильно поступила, а потому встреча бывших состоялась на оптимистической ноте.
– Пантелеевич! – чуть переигрывая в роли гостеприимной хозяйки, приветствовала его Лизавета.
Игорю нашлось, чем парировать:
– Самсоновна! – традиционно ответил он, быстро оглядевшись – много ли свидетелей услышали его отчество?..
Лизавета поставила у некогда собственной фамилии галочку и вышла с Игорем на перекур.
Хотелось или нет, но пришлось рассказать о семейных делах. Лиза все равно узнает, а оправдываться – почему не сказал, и все такое, Игорь не любил. Отреагировала Лизаня, как и ожидалось, со слезами на глазах. Алёна и Лизавета подружились за пять лет родства и продолжали общаться до последнего времени. А вот Лёху Лиза никогда не любила:
– Алёшка вряд ли убийца, но мне его не жаль. Не ценил он Алёну. Но если все же до суда дойдет, то вы в Гродинский суд постарайтесь попасть. Я смогу помочь.
– Лиза, спасибо. Я буду на тебя рассчитывать, – ответил Янов.
Она и вправду могла помочь, хотя бы как жена главы следственного комитета области.
Последовавшие за родственным (в духовном смысле) перекуром три часа пришлось пожертвовать на семинар.
Вечером порядком умотавшийся следователь Янов заявился в тренажерный зал клуба «Ударница». Напялил престарелый костюмчик, слегка драные кеды, изобразил на роже упрямое равнодушие человека, зацикленного на кубиках пресса. Побродил с гантелями по залу, изобразил становую тягу, влез на беговую дорожку. Он вполне вписывался в общество культуристов – высокий, крепкий, без излишков плоти.