Язычник
Шрифт:
— Нет, я один — Алексей, закрыл глаза и сглотнул комок.
Милиционер записал номер и, положив листок на тумбочку, вышел из палаты, попрощавшись со всеми. Пациенты еще какое-то время смотрели с интересом на Алексея, а потом, потеряв к нему интерес, вернулись к своим занятиям.
Ксения поднялась со стула и медленно подошла к кровати Алексея.
— Вы не сказали ему, — тихо произнесла девушка. В голосе чувствовалось замешательство.
— Нет. Твоих дружков я проучил, а ты сама себя уже наказала. Тебе с
— Вы меня не простите — больше констатируя факт, чем спрашивая, произнесла Ксения.
В Алексее откуда-то из глубины души начала подниматься волна возмущения и раздражения. Повернувшись, он жестко посмотрел в глаза девушке.
— Ты одолела. Скольких людей ты обворовала со своими дружками — тихо процедил он сквозь зубы, — а теперь строишь из себя ангела.
— Зачем вы так? — растерянно произнесла Ксения. — Они мне не дружки. Я должна была им деньги, они меня подставили. Я их второй раз видела всего. Сказали, что из-за меня они потеряли… какие-то наркотики и теперь попали к кому-то на бабки. Попросили помочь проучить одного человека и долг спишут.
— И что? Проучила? — Алексей зло щурясь, смотрел на девушку. На скулах играли желваки.
— Они сказали, что ты пьяный и сам виноват. Нечего на лавке в парке спать. Откуда я знала, что все так обернется. Я никогда не воровала. — В глазах девушки блеснул злой огонек. Она уже не выглядела так виновато.
— Здорова. Главное не останавливайся. Я в тебя верю — Алексей не заметил, как начал переходить на повышенный тон.
— Да пошел ты. Если хочешь, я сама могу пойти в ментовку с поличным. Бедняжка — фыркнула зло девушка и резко развернувшись, вышла из палаты.
Алексей несколько мгновений оторопело смотрел на закрывшуюся дверь, а потом выматерившись про себя лег на подушку. Он не мог понять, почему эта девушка вызвала такую бурю эмоций в его душе.
Через два дня, когда Алексей уже мог более или менее двигаться, дверь в палату открылась и на пороге возникла новая знакомая с пакетом в руке. Алексей удивленно посмотрел на девушку, сев на кровати.
— Здравствуйте, — Ксения в накинутом халате прошла к Алексею и принялась выкладывать продукты на тумбочку.
— Ты что? Это зачем? — Недоумевал Махнев.
— Ты же один. Сам сказал. Я слышала. Кто ухаживать за тобой будет — Ксения по-хозяйски все разложила и посмотрела на Алексея. — Ешь и поправляйся.
Алексей молча созерцал всю эту картину, переводя взгляд с тумбочки на девушку и не зная что сказать. С одной стороны ему было приятно такое внимание, но с другой оставшийся в душе осадок после перепалки еще не затих до конца.
— Все еще злишься? — Тихо спросила Ксения.
— Да, — кивнул Алексей, — есть немного.
— Сам виноват. Нечего было на меня кидаться — произнесла, оправдываясь,
Махнев несколько секунд изумленно смотрел на новую знакомую, потеряв дар речи от такого поворота событий.
— Я тоже виновата, — спохватилась Ксения, сглаживая ситуацию. — Просто характер такой.
— Я даже не знаю, что сказать — проворчал Алексей и, открыв сок, пригубил прямо из коробки.
— Что в милиции говорят? Не приходили больше? — Ксюша внимательно посмотрела на Алексея.
— А ты не ходила с повинной? — Съязвил Алексей.
— Знаешь что!? — Вспылила девушка, — я стараюсь наладить отношения, а ты своими хохмами все только портишь. Надо будет, схожу.
Ксения развернулась и демонстративно вышла из палаты.
— Зря ты так, она же на самом деле старается. — Произнес один из соседей Алексея.
— Знаю, — проворчал Алексей и отставил пакет в сторону.
Цыганков только что вышел из прокуратуры, где его допрашивал один из следователей по делу о нападении на кортеж СОБРовцев, как у него зазвонил сотовый. Посмотрев на номер, он увидел, что звонил Михайлов. Попрощавшись со своим адвокатом и проводив его взглядом, Цыган ответил на звонок.
— Слушаю, говори, — произнес он в трубку.
— Аркадий, Махнев как сквозь землю провалился. На квартире уже неделю не показывается. Мои полгорода на уши поставили. Ничего.
— Проклятье. Куда он мог деться? — Цыган садился в машину на заднее сидение. Охранник захлопнул дверцу и сел на переднее пассажирское. Машина плавно тронулась и, набирая скорость, влилась в поток машин, движущийся по улице центральной части города.
— Может он уехал куда-нибудь?
— Я позвоню ему, хоть он и настаивал на том, что сам на меня выйдет. Правда это может его насторожить.
— Хорошо, — Михай еще подождал немного и отключил телефон.
Цыган выбрал среди контактов в телефонной книге номер Махнева и, подумав несколько секунд, нажал вызов.
— Слушаю, — раздался в динамике голос Махнева через несколько длинных гудков.
— Алексей, добрый день. Это Цыганков тебя беспокоит. Ты заставляешь меня волноваться.
На том конце линии повисла тишина.
— Аркадий Александрович, мне нужно было время, чтобы разобраться с возникшими проблемами. У вас ко мне есть предложение?
— Да, есть. Нам нужно встретиться.
— Мне сложно сейчас устроить с вами встречу. Я буду занят еще неделю.
— Алексей, я не хочу давить на тебя, не пойми меня неправильно, но нам крайне важно встретится в ближайшее время. Следственный комитет очень скоро выйдет на тебя по делу о Шраме. Ты опасный свидетель для генерала.
— Я знаю. Скоро я свяжусь с вами. — Алексей отключил телефон и положил его на тумбочку.
Цыган посмотрел на дисплей телефона и выматерившись про себя, набрал номер Михайлова.