Язычник
Шрифт:
Махнев уже знал расположение дома Шрамова. На съемной квартире был необходимый арсенал. Собравшись перед уходом из своей квартиры, Алексей взял в руки с TV подставки фотографию, где они трое Светка, Никита и он стояли в школьной форме 1 сентября. Это был последний год учебы у Алексея в школе и, по сути, последняя фотография, где они улыбались детскими наивными улыбками. Букеты цветов в руках. У Светки белые банты, вплетенные в волосы. Никита с бабочкой и в пиджаке. Форму уже отменили, но определенных стандартов администрация школы заставляла все же придерживаться.
За окном стоял хмурый ноябрь. Еще
Черный джип несся по дороге в сторону Царева. Непогода разошлась не на шутку. Ветер снежными порывами переметал дорогу. Грязный снег слякотью разлетался из под колес на соседние встречные машины. Алексей вел машину молча, сосредоточенно. Казалось в голове не было никаких мыслей. Все движения были механическими словно у робота. Точные и выверенные. Дворники методично убирали с лобового стекла снежные хлопья. Встречные машины проносились мимо, периодически ослепляя и освещая неподвижное лицо Махнева. Глаза пристально следили за дорогой.
Вскоре показался поворот, ведущий к коттеджному поселку Царево. Скинув скорость, Алексей свернул и медленно поехал в сторону дома Шрама. Не доезжая пару домов, Махнев заглушил двигатель и вышел из машины. Ветер с силой швырнул в лицо горсть сырого снега. Мотнув головой и сбрасывая с лица налипший снег, Алексей направился к воротам резиденции депутата.
Ворота были закрыты, а возле ворот стоял контрольно пропускной пункт, в котором горел свет и находилась охрана. Постучав в дверь, Алексей отвернулся от направленной сверху на него камеры видеонаблюдения.
— Чего надо? — Раздался недружелюбный голос одного из охранников.
— Парни, я заплутал что-то у вас тут. Не могу нужный дом найти. С этой метелью вообще ни хрена не видно.
Раздался сигнал открываемого электронного замка и на крыльцо вышел один из охранников. Он хотел что-то сказать, но осекся, почувствовал стальной предмет, уткнувшийся ему в грудь. В следующее мгновение раздался тихий щелчок, и парень, вздрогнув, начал заваливаться с простреленной грудью в сторону. Алексей подхватил тело охранника и, развернув его, вошел в дежурную комнату, прикрываясь им словно щитом. В комнате находилось еще три человека. Парни вскочили со стульев и, недоуменно вытягивая лица, попытались достать стволы из кобур, находящихся на поясе. В это мгновение раздались три таких же тихих хлопка и все трое рухнули на пол.
Алексей отпустил парня и тот завалился мешком на кафельный пол. Подойдя к мониторам, он осмотрел участок дома и периметр. Благодаря непогоде никто не шарахался на улице. Все сидели в доме. Даже сторожевые собаки не вылазили из своих будок. «У природы нет плохой погоды» — Почему то вспомнились слова из песни. Алексей было усмехнулся, но в следующее
Алексей повернулся к аппаратуре и выдернул резким движением шнуры из своих гнезд, отвечающие за камеры. На мониторах, словно на испорченном телевизоре повисли черные экраны. Камеры больше не работали. Окинув комнату взглядом, Алексей увидел стенд с ключами. Каждый ключ был подписан и висел на своем месте. Взяв ключи от запасного входа, Махнев покинув дежурку и быстрыми перебежками направился к черному входу в дом. Здесь ничего не изменилось с тех пор как его увезли отсюда в СИЗО. Дверь оказалась заперта.
Открыв дверь ключом, Алексей мягко, кошачьей походкой, держа ствол на весу перед собой, проник в дом. Миновав кухню, в которой никого не оказалось, Махнев попал в гостиную. В креслах и на диване, смотря большую плазму на стене, сидели три охранника. Все они находились спиной к Махневу. На экране вовсю шел боксерский бой на ринге. Парни оживленно комментировали поединок, когда сзади вдруг раздались три едва слышных хлопка. Один из охранников уже падая с недоуменным лицом, заметил человека в черном. На голове была спецназовская маска. Глаза чужака и охранника пересеклись на мгновение и последний упал на пол, погружаясь во мрак.
Прочесав первый этаж, Алексей поднялся наверх. На втором этаже возле лестницы он едва не столкнулся с еще одним охранником. Тот успел лишь коротко вскрикнуть, прежде чем рухнул под ноги Махневу. Этого было достаточно, чтобы еще двое телохранителей Шрама вытащили стволы и осторожно переступая, направились в сторону лестницы, где находился Алексей.
Когда до лестницы оставалось несколько метров, парни переглянулись и один из них постарался выглянуть за угол, который скрывал участок лестницы, на котором возможно мог затаиться незваный гость. В это мгновение человек в черном буквально вынырнул откуда то снизу и, распластавшись на полу, произвел несколько выстрелов в упор. Первый охранник, схватившись за огнестрельную рану в груди, завалился назад. Второй успел сделать выстрел, но скорее от неожиданности, чем прицельно, стараясь попасть в чужака, когда грудь прожгло невыносимой болью и сознание медленно покинуло второго телохранителя.
Алексей убедившись, что ему больше ничего не угрожает, поднялся с пола и не спеша направился к кабинету Шрама. Подойдя к двери, он сменил обойму и, загнав ее в рукоять пистолета, прижался к стене, повернув рукоятку двери и распахнув ее настежь. В комнате царила тишина. Осторожно заглянув в комнату, Алексей обнаружил, что она пуста. Окно было раскрыто на распашку. Ветер, словно паруса, раздувал шторы, периодически швыряя в распахнутое окно хлопья снега.
Алексей бросился к окну и увидел, как хозяин коттеджа пересекает лужайку перед домом и заскакивает в автомобиль. Выматерившись сквозь зубы, Махнев выскочил в окно и, пробежав по прилегающей хозпостройке спрыгнул на землю, преследуя Шрама.