Язычник
Шрифт:
Скорее всего Головатенко понимал, что в таком интенсивном режиме бойцы долго не протянут, поэтому по возможности старался поменьше их напрягать. Все ходили в наряды, караулы, словом занимались обыденной служебной деятельностью. Рутиной короче.
Так прошло еще полгода. До конца контракта у Алексея оставалось полгода, у кого-то из ребят чуть больше или столько же. Все мечтали о том, чтобы съездить домой, отдохнуть с полгодика, дурака повалять и может, вернуться обратно.
У Никиты дембель был в октябре. Алексей радовался за
Погода не особо баловала. Частенько шел дождь. Даже боевики притихли. Никакой активности. Прошел июнь, июль, в августе у отряда было две операции и снова тишина. О призраках уже начинали забывать. Как вдруг Алексея и ребят из отряда вызвал к себе Головатенко. По его виду можно было сказать, что случилось что-то серьезное. Все насторожились.
— Ну что ребятки, жирком наверно обросли уже. Короче есть вам задание, — Головатенко вздохнул и, закурив, задумался, покручивая кончик уса. Повисла гнетущая тишина.
— Вы ребятки о Малюте, что-нибудь слышали? — полковник с интересом следил за реакцией на наших лицах.
— О какой «малюте»? — переспросил озадаченный Клим.
— Не какой, а, каком, — поправил парня Головатенко.
— Это генерал, по-моему, какой-то, — подал голос Зубр.
— Генерал-майор, если быть точным. — Ответил Головатенко. — Завтра в десять утра он выезжает в соседнее село. Это около ста километров по открытой местности вперемежку с лесными дорогами, среди скалистых гор. Вариантов для засады, хоть отбавляй. На проверку дороги, времени нет. Вам в поддержку дается взвод ОМОН. Сегодня в десять вечера генерал будет здесь. Короче ребятки, генерала, любой, ценой, довезти. И на этом обещаю все. По домам.
Услышав о доме, парни заметно оживились.
— А почему ему на вертушке туда не махнуть? — Спросил я.
— Такой вариант был сначала. — Кивнул Головатенко, — но в связи с последними событиями…
Два дня назад, в этом районе, боевики из переносного зенитного ракетного комплекса «Игла», уничтожили вертушку, а потом как сквозь землю провалились. Разведка ничего не дала.
— Боится, — усмехнулся Алексей. — Чего он в этом селе оставил, подождал бы день? Куда такая спешка? На тот свет, блин, попасть торопиться? Я так вот нет.
— Алексей, — зыркнул на меня Головатенко, — ты чего ноешь? Тебя этому здесь учили?
— Мне пацанов жалко, — огрызнулся я.
— Жалко? У пчелки в попке «жалко». — Отрезал полковник. — Больше некому, бл. ть! Я сам все это знаю. Я бы с вами лучше махнул, чем тут, как крыса сидеть за картами.
— Извините, — потупился Алексей.
— Ладно, проехали, — полковник махнул рукой, — сбор завтра, в десять, в автопарке. Свободны.
Алексей задержался, чтобы просмотреть карту и отметить возможные места засад. Ребята разошлись со смешанными чувствами. С одной стороны дорога домой, с другой
Ровно в половину одиннадцатого, колонна двинулась из автопарка. Впереди ехала БМДэшка, за ней два БТР с ребятами на броне, джип генерала и замыкали еще два БТРа.
Алексей со своими парнями ехал на БМДэшке. Никита сидел у него за спиной. Пацаны весело балагурили, раскуривая сигареты, пытаясь хоть как-то скрасить гнетущее настроение.
Джип мог выдержать удар гранатомета, может даже два, как повезет, но все равно хоть какая-то защита. Алексей с опаской поглядывал назад. На последних БТРах сидели ОМОНовцы. Нескольких человек он знал. Парни тоже были не первый день в Чечне. Словом за тыл он был относительно спокоен.
Глава 4: ПОСЛЕДНЯЯ СПЕЦОПЕРАЦИЯ
Малюта, был боевым генералом. Говорили, что у него сын погиб в Чечне. Алексей испытывал уважение к этому человеку. Суровое лицо, твердый голос, он чем-то похож был с Головатенко. Можно сказать из одного теста слеплены. Афганская война, теперь чеченская, такие передряги если не сломают человека, то закалят. Малюта был из тех, кого они закалили. Если бы Алексею предоставили выбор, кого из генералов сопровождать, он бы выбрал его.
Через час после выезда из лагеря, заморосил мелкий дождь, который нарастал время от времени. Свинцовые облака низко висели над колонной. Октябрь не радовал в последнее время хорошей погодой. Сырая и дождливая погода угнетала всех, плюс постоянное состояние тревоги, ожидания засады. Нервы были на пределе. Дорога шла по лесу, с трудом, но на ней можно было разъехаться двум БТРам. С права возвышались скалы, слева не очень глубокий овраг на дне которого текла небольшая речушка. Дальше, за оврагом, местность уходила в лес, стоящий у подножия скал.
— Сейчас будет поворот, — проорал Клим сквозь рев движка, разглядывая карту вместе с Алексеем на разложенной у него на коленях планшетке. — А там либо засада, либо ничего. Дальше уже места не такие опасные.
— Согласен, — он кивнул Климу и поднял руку вверх, в знак опасного места, чтобы все были на чеку.
Проскочив поворот на средних скоростях, БМД едва не сбила женщину с двумя детьми.
Девочка лет десяти, держалась за материн локоть, а на руках у женщины был грудной ребенок. Было видно, что они промокли насквозь.
Женщина, что-то кричала на чеченском языке, но что именно разобрать было сложно, из-за рева техники. Махая свободной рукой, она пыталась остановить колонну. БМД снизила скорость, но продолжала двигаться в сторону женщины. Проехав вперед еще несколько метров и практически уперевшись броней в женщину с ребенком, машина остановилась. Ребенок заходился в плаче. Алексей поддался вперед, чтобы понять, о чем она хочет предупредить.
— Уезжайте, они в лесу, — крикнула женщина, на вид ей было около тридцати лет. — Назад, назад!