Ящик водки
Шрифт:
– Но я все-таки валил бы не на журналистов, а на вас. Когда я вижу американских миллионеров в джинсах и у них галстука даже нет…
– Это стиль просто такой национальный. А ты немецких миллионеров вспомни. Они в джинсах не ходят. Они сидят в своих замках, и х… ты их увидишь. Сименсов разных.
– Но американцев я вижу в джинсах, и они сами за рулем! И англичане тоже. Я читал заметку, что Пол Маккартни живет в пятикомнатном доме и обходится без прислуги. А он миллиардер, у него денег больше, чем у тебя!
– Да врет он. У него в этом доме, может, и нет прислуги, так у него этих домов сто.
– Когда я в Штатах захожу в супермаркет и вижу, как
– Угу.
– И мой вопрос к миллионерам такой. Я не требую от тебя, чтоб ты жил, как я. Но как-то бы вам надо сбавить обороты. В чем-то. Пойдут ли бедные американцы, бросив посреди супермаркета наполненные товаром тележки, громить своих миллионеров? Едва ли… В этом суть. И за будущее американских журналистов я там более или менее спокоен – не придется им в очередях стоять за «Беломором» и осетинской водкой.
– Ну, американскую историю мы пересказывать не будем. Русская же история ХХ века такова. Сидели, сидели, чесали репу и вдруг решили: «А пойдем-ка мы накостыляем мартышкам!» Собрались, всю армию с Запада на Восток перевели. Через Атлантику и Тихий океан эскадры перегнали. Получили в итоге пиздюлей и революцию…
– Минуточку. Это ты будешь рассказывать людям, которые придут тебя жечь?
– Да нет, это я тебе рассказываю. Ну так вот. Потопили страну в крови. Потом чуть оклемались, более-менее начали куда-то расти. Столыпинская реформа… Потом племянничек Ники объявил войну дядюшке Вилли. Дядюшка его шесть раз просил – образумься, не делай этого! Нет – шапками закидаем. «Когда наши в Берлине будут?» Получили Гражданскую войну. В крови утопили два миллиона казаков. Под нож! Офицерство – под жопу пинком. Священникам щеки и ноздри рвали. Церкви разрушили. Коллективизация: все крестьянство в лагеря. Война – сорок миллионов населения…
– Еще раз спрашиваю: ты про это намерен рассказывать пьяным матросам и восставшим пролетариям?
– Нет. Это я тебе. Так вот, зная русскую историю, ты удивляешься, что одноногий негр и учительница в американском супермаркете отовариваются, а наша учительница на помойке валяется. Да как же ей на помойке не валяться, когда страна вот так прожила сто лет? Когда американцы кирпичик к кирпичику, ни одной войны на своей территории? И в обе войны, которые у нас тут были, их на вожжах затаскивали? И я не понимаю, почему валяющаяся на улице учительница – это претензия ко мне? К человеку, который честно платит налоги? А почему это претензия не к тем госслужащим, которые катаются на яхтах и покупают себе каждые полгода новые «мерседесы»? Они такие же бюджетники, как эта учительница! Почему у разного окраса генералов дачи на Рублевке, где сотка за двадцать тысяч стоит, – в Барвихе, в Жуковке? Почему? Почему «честные» журналисты про то, как я отдыхаю, делают репортажи, а как рядом со мной, ну вот буквально в соседней гостинице, замминистра – нет? Или депутат Госдумы? И почему это не претензия к МПС? По смотри, какой у них офис! Как Эрмитаж! Все
– Ну в общем, это продолжение дискуссии о том, кто правильнее – СПС или «Яблоко». И в результате оба пошли на хер хором. Вот приблизительно та же картина.
– Эту дискуссию ты начал. А не я. Я никак не могу понять, почему вина за все беды этой страны валится на предпринимателей. Которые честно исполняют свою обязанность, а именно – алчно наживаются. Именно для этого они и созданы! Ну почему вы от волков хотите, чтоб они сено ели? Вы же их специально завели, чтоб они естественный отбор устраивали! Вы бы хотели волков сильных, красивых, но чтоб они ели сено.
– Видишь ли, нам больше нравится американская порода волков.
– А вот эти госслужащие?
– Тоже козлы – отвечу я тебе.
– Так может, лучше на госслужащих направить народную ненависть наконец?
– Понимаешь, у государства есть пресса, которую оно содержит. А у васнет ни хрена. Вы экономите. На спичках.
– Но эту-то книжку мы пишем не на государственные деньги.
– Ну. Тут важно что: вот я – за капитализм. Но лично мне симпатичней его американская модель, где они пытаются как-то сократить это расстояние между полюсами.
– Хотя бы внешне.
– Если даже это игра – то пускай это будет хотя бы игра. И то хорошо. Тем более что это игра красивая, мудрая и полезная. А русская версия капитализма – при том что я заклятый либерал и только в ранней юности имел левые настроения…
– А, когда ты хотел за Сальвадора Альенде воевать.
– Ну да. Я тебе признавался в этом. Было дело. И дедушка у меня был чекист. Но я тем не менее абсолютно за капитализм. Вас должно это волновать – что даже люди, которые на вашей стороне, начинают к вам обращаться с вопросами. Почему вы не хотите построить американскую модель?
– Ну при чем тут я? Вот скажи, чем таким я тебя сильно раздражаю?
– Я говорю не о тебе.
– Но что я могу сделать? Могу я заставить какого-то олигарха не возить самолет с блядями? Не могу.
– Ну почему же? Вон Авен худо-бедно что-то гонит в газетах про мораль, про, типа, ответственность бизнеса…
– Ну перестали они уже на самолетах возить блядей, как президент им замечание сделал. Перестали. Бляди теперь поездом ездят. Ну а ко мне какая претензия? Если б все бизнесмены себя так вели, нормально б было?
– Ну, ты в целом симпатичный. Ничё было б.
– А, ничё? А НТВ все равно показывает – 4 тысячи евро… Куршевель, блядь. Я же тихий, спокойный, не свечусь, веду себя скромно… Общаюсь с такими не очень обеспеченными людьми, как ты, который не очень симпатично относится к классу предпринимателей. Но все равно меня освещают как ворюгу, как пидараса!
– А ты договорись с ТВ, что ты им компенсируешь потери от падения рейтинга. И они будут про вас делать политкорректные передачи, которые никто не будет смотреть. ТВ станет полным говном. Скучным.