Ящик Пандоры
Шрифт:
— Штурман! Дайте радисту все данные об этом пирате и наши точные координаты на этот момент… А вы передавайте РДО как «молнию», безо всякой очереди и открытым текстом. Не забудьте: открытым текстом!
Через несколько минут радист Юшков уже передавал тревожную радиограмму.
— Ход не сбавлять, курс не менять! — приказал капитан Устинов. — Никакого внимания на этого наглеца… Мы будем идти, как ни в чем не бывало! Старпом! Идите к пассажирам… Проследите, чтоб у туристов не было
В Москве, на радиоцентре Министерства Морского флота буквопечатающий аппарат отбивал текст радиограммы, переданный с теплохода «Калининград».
Едва аппарат закончил свою работу, радиограмму передали в приемную министра.
На мостике «Каймана» появился радист и вручил листок командиру корабля. Он быстро пробежал по тексту глазами и передал полковнику Адамсу.
— Русские бомбят эфир открытым текстом, — сообщил командир. — Они просят помощи у Москвы!
— Ха-ха! — сказал Хортен-старший. — Москва далеко, мой мальчик… А мы рядом. Напугайте их как следует! Пусть русский капитан наложит в штаны…
Валентин Васильевич так и не сдвинулся со своего места, которое занял у машинного телеграфа.
Владимир Ткаченко держался в стороне и поодаль, стараясь не привлекать к себе внимания, не мешать морякам в этой экстремальной ситуации.
Но капитан Устинов помнил о нем. Валентин Васильевич повернулся, нашел глазами Ткаченко, усмехнулся и подмигнул ему.
— Ишь, как вы их раскочегарили, Владимир Николаевич, — сказал он. — Не на шутку взбесились…
Майор Ткаченко сдержанно улыбнулся, промолчал.
Вбежал в рулевую рубку начальник рации.
— Москва дала подтверждение! — закричал Юшков. — Просит не волноваться…
— А кто здесь волнуется? — спросил капитан и обвел взглядом всех собравшихся в рубке: вахтенного штурмана, помполита Чеснокова, «деда», рулевого за штурвалом, Владимира Ткаченко. — Разве что вы, Михаил Юрьевич…
Радист смущенно одернул форменную тужурку.
— Слушайте Москву, «маркони», — сказал Валентин Васильевич. — Сейчас все зависит от связи.
В кабинете Главнокомандующего ВМФ сидел за столом человек с погонами Адмирала флота Советского Союза. Он говорил по телефону:
— Да, я уже обо всем знаю, мне доложили. Уже связался с адмиралом Гайдуком.
Его собеседником был министр морского флота.
— На «Калининграде» восемьсот иностранных туристов, товарищ Главком. Вы понимаете всю щекотливость нашего положения…
— Конечно, понимаю. И эта щекотливость не только в этом… Но вы не беспокойтесь. Все будет в полном порядке. Как всегда. Да-да… Я сам позвоню вам позднее.
—
— Вижу, — отозвался Устинов. — Так держать!
«Хотите испытать у кого крепче нервы, голубчик? — весело подумал Валентин Васильевич. — Давайте попробуем…»
«Кайман» застопорил ход и удерживался на линии курса, которым должен был пройти пассажирский лайнер.
— Попугайте этих упрямых русских, — распорядился Хортен-старший. — Ведь у них на борту туристы… Капитан не захочет рисковать.
Матросы у пулеметов изготовились к стрельбе.
— Огонь! — крикнул командир «Каймана».
Длинные трассирующие очереди понеслись навстречу теплоходу и прошли справа и слева вдоль его бортов.
На мостике «Калининграда» капитан Устинов ухватился за ручку машинного телеграфа, готовый маневрировать двигателями, если возникнет в этом необходимость.
Рулевой матрос напряженно смотрел в картушку ренитера гирокомпаса, удерживая «Калининград» на заданном курсе.
Теплоход шел полным ходом вперед.
Из рулевой рубки было видно, как сорвались с пиратского корабля пулеметные трассы. Казалось, что крупнокалиберные пули ударят сейчас в лобовые стекла.
— Пугают, паршивцы, — сквозь зубы процедил капитан и стиснул рукоятку телеграфа. — Идите прежним курсом!
Адмирал флота Советского Союза закончил разговор с министром, положил трубку телефона-«вертушки» и нажал кнопку на панели селекторной связи.
— Зайдите ко мне, — сказал он.
В дверях возник порученец Главкома, молодой и подтянутый капитан первого ранга.
— Адмирал Гайдук? — спросил Главком.
— На проводе, — доложил порученец. — Ждет вызова.
Главком удовлетворенно кивнул, развернулся вместе с креслом вполоборота, лицом к большому экрану справа от письменного стола.
По экрану пробежали полосы, слегка зарябило, затем появился командующий эскадрой, одетый в легкую летнюю форму контр-адмирала.
Он стоял на палубе ракетного крейсера, на котором держал свой флаг.
— Ну, что там у вас, Александр Александрович? — спросил Адмирал флота.
— Уже полный порядок, товарищ Главнокомандующий, — улыбнулся Гайдук. — Необходимые меры приняты.
— Действуйте без промедления! — приказал Главком ВМФ.
С мостика «Каймана» его командир с тревогой смотрел, как теплоход «Калининград» полным ходом шел прямо на шпионский корабль, загородивший ему курс.