Ярый Рай
Шрифт:
Время неумолимо шло к ужину, Рональд ничего не успевал. Побежал на кухню, увидел, что за приготовление еды взялся Грэгор. Наверное, Лиза все ему рассказала и попросила высвободить им вечер, потому что за ужин хозяин редко когда брался.
— Рональд, ты плиту мне разожги и иди, — заметил его Грэгор. — Я сам справлюсь. В подполе, кстати, хорошая бутылка вина хранится. А в чулане запас свечей лежит, — как бы невзначай добавил он. Рональд облился потом и густо покраснел, но в подпол и в чулан все-таки заглянул.
За пятнадцать минут в комнате появился столик, перенесенный из гостиной; два самых
Тик-так, тик-так — бодро отстукивали ритм часы в гостиной.
Рональд посмотрел под ноги и ужаснулся. От одежды грязь одно что кусками не отслаивалась, да и самому бы помыться не мешало. И побриться заодно, наверное, щетина ее больно колет. А ведь все должно быть на высоте!
Во время бритья руки от волнения сильно дрожали, с трудом удалось не повредить кожу. Рональд всмотрелся в зеркало, на отражение себя, на ненавистную паутину. Каждый раз хотелось вырезать ее бритвой, полностью, остаться без части лица, зарасти рубцами — даже они смотрелись бы куда как привлекательнее, чем уродливая метка. Быстро закончил, ополоснул лицо холодной водой и отошел. Он не любил смотреть на себя в зеркало. Особенно — сейчас.
Быстро дошел до комнаты, просушил волосы полотенцем. Заглянул в шкаф. Правильной одежды для свиданий не обнаружил. Вся обычная, не особенная. Зато хотя бы чистая.
А времени оставалось все меньше и меньше. Грэгор уже к столу всех звал.
Наспех надел все самое светлое, разгладил складки на одежде руками, пальцами расчесал влажные волосы. Осмотрел комнату напоследок — вздохнул; с трудом заставил себя выйти и спуститься на ужин.
Вымотанная за день Лиза проспала весь вечер. Но она успела переодеться в красивое платье и распутать косу, и теперь сидела рядом, смущенная, сонная, то и дело поглядывая на него и быстро отводя глаза. На губах ее нет-нет, да мелькала очаровательная улыбка. И Рональд не мог не смотреть на нее, сейчас она была прекрасной невозможно, и от понимания того, что это ради него девушка распустила волосы, ради него надела самое красивое платье, ради него повесила на шею скромную подвеску с зеленым камушком — у него по телу разливалась нежность.
Рональд до сих пор не мог принять, что еще немного, еще несколько минут, еще пол чашки чая — и она, сама, пойдет к нему, не просто так заглянет, а на свидание придет. Он разволновался так, что расплескал чай по столу, потому что руки уже не просто дрожали, а тряслись; подумал вдруг о том, что надо было бы собрать букет, что без цветов свидание выйдет не настоящим. Что он вообще неправильно все понял и подготовился не так. Что свидание провалит, не успев начать. Что зря надел светлую рубашку, а не ту, что в клетку. Что он ее сейчас смешит. Ее и слишком задумчивого Грэгора, украдкой наблюдавшего за ними.
После ужина Рональд с надеждой посмотрел на грязную посуду, надеясь вырвать немного спасительного времени, но Грэгор сердито шикнул на него и жестом указал на дверь. Чувствуя себя загнанным в угол, он осторожно выглянул из кухни. А в коридоре поджидала Лиза, да с таким счастливым видом, что Рон растаял и сам заулыбался. Он подхватил девушку под локоть, довел до комнаты, галантно распахнул дверь и пропустил вперед.
— Ну, как-то, вот так… —
— Я почему-то по-другому представляла все, — Лиза с любопытством осмотрела излишне простую и скромно обставленную комнатку. В которой кроме кровати, шкафа и временного столика ничего и не было. — Ты и стол собрал! Ну какой же ты молодец!
«Ей понравилось? Ну надо же…» — с души свалился камень.
Лиза уверенно прошла к кровати, села, взяла виноградинку и поднесла ко рту. Рональду ничего не оставалось, как подойти и сесть рядом.
— Вина? — спохватился.
— Обязательно, — кивнула она и обворожительно улыбнулась.
Наполнил бокалы. Даже не пролил ни капли. Протянул бокал ей. Она обхватила его руками, села в пол оборота, закинула ногу на ногу и чуть склонила голову. Та самая прядка выбилась, как всегда, и вниз свесилась. Такая очаровательная…
До сих пор ему не верилось, что такое возможно. Она, у него, на его территории — и сидит, на его кровати, и смотрит на него же. Странным взглядом — таким на прохладную воду в жару смотрят. Стало совсем не по себе.
Что-то не то… Свечи! Поспешно зажег одну, ту, что стояла на столике у кровати. Задернул занавески. Полумрак в комнате приобрел красноватый оттенок, вкусный запах горячего воска поплыл по комнате.
— Чудесно, — мечтательно протянула девушка и протянула бокал вперед. — Так романтично. За тебя.
— За меня?
— За тебя, — повторила тверже.
«За меня, так за меня», — смирился мысленно и залпом выпил все до дна. Лиза же чуть пригубила и поставила бокал на место. Рональду в очередной раз показалось, что он все делает неправильно, и, наверное, нужно было делать так же, как она, не пить сразу все, ну это же так неприлично! Вот наверняка же ей сейчас смешно!
— Рональд, да что с тобой такое? — продолжила Лиза наступление, мягко выпутала бокал из рук, в который он вцепился мертвой хваткой и сам того не заметил, и поставила на столик. — Ну что ты так волнуешься?
— Как мне не волноваться? У нас же свидание, — смутился Рон, мысленно ругая себя за то, что говорит вслух настолько несусветную чушь.
— Так ты представь, что у нас не свидание, а мы как будто бы просто так здесь сидим. Как на кухне. И не вино пьем, а чай. С сахаром. Горячий.
— Не получается, — вот как можно не улыбаться, когда на тебя так задорно смотрят?
Лиза в ответ тоже широко улыбнулась и допила вино до дна. Взмахом головы откинула волосы за спину, и в следующую секунду подвинулась к нему ближе.
Обстановка немного разрядилась. Рон налил еще. У Лизы покраснели щеки; ему в голову ударила приятная расслабленность. Он скосил глаза чуть ниже. В полумраке платье облегало ее бедро так, что на него аппетитно было смотреть, и нестерпимо захотелось провести ладонью по мягкой ткани, чтобы прощупать…
«Что за мысли?!» — ужаснулся сам себе.
И не только бедро. И вся она, в свете свечи — неотразимая.
— За тебя, — сказал он. Тон стал на порядок смелее. Девушка кивнула и выпила, сдвинула ногу и прикоснулась к его бедру. Он занервничал и выпил вино до дна крупными, громкими глотками.