Японский ковчег

Курай Игорь

Мияма подавленно молчал, не зная, что ответить. Ему было стыдно и страшновато. От унижения хотелось завыть и уползти в конуру. Но уползать было некуда.

– Ну хватит, расслабьтесь профессор, – внезапно остановился коротышка. – Сделайте глубокий вдох. Мы пока не собираемся вас карать за тот вред, что вы нанесли отечеству своей болтовней. Откровенно говоря, вред был невелик, но репутацию вы себе подмочили основательно. Если слух о ваших подвигах дойдет до академических кругов…

– Я понимаю, – прошептал Мияма.

– Но он может и не дойти. Все будет зависеть от вашего свободного выбора. Мы вам предлагаем сделку, отказываться

от которой явно не в ваших интересах.

– Какую?

– Собственно, это вовсе не сделка. Скорее почетное задание, выполнив которое вы искупите свои грехи и принесете родной стране больше пользы, чем мог бы ей принести ваш новый вольный перевод полных собраний Достоевского, Толстого и Чехова вместе взятых.

– И что я должен сделать?

– Сначала скажите, что вы согласны, и распишитесь вот здесь.

– Согласен на что?

– Согласны на сотрудничество с нашим агентством – без всяких условий и оговорок, ясно? Подписывайте побыстрее! И ставьте личную печать.

Мияму удивило то, что нужны и подпись, и печать. Для всех официальных бумаг всегда достаточно было одной личной печати. Однако он не стал спорить и подписал не читая каждую страницу соглашения под грифом «Совершенно секретно», поставив в конце киноварную печать с витиевато прорисованными иероглифами Мияма.

– Так-то лучше, – приветливо улыбнулся коротышка. – А теперь слушайте меня внимательно и запоминайте.

– От вашей миссии будет зависеть дальнейшая судьба Японии, – многозначительно начал генерал Симомура. – Предупреждаю, что разглашение наших мотиваций, а также любая попытка работать на обе стороны или просто манкировать задание, будут расценены как измена. И в этом случае дело не ограничится одними слухами в академических кругах. Надеюсь, вы понимаете, профессор?

– Понимаю, – еле слышно подтвердил Мияма.

– Итак, ввожу вас в курс дела. Наша агентура сообщила, что в прошлую пятницу в Кремле состоялось заседание российского Совета Безопасности. Обсуждался только один вопрос: глобальная катастрофа в связи с приближением астероида. Скажу сразу, что нас, как и все население земного шара, тоже беспокоит этот вопрос. Однако мы стараемся сделать все возможное для защиты населения. Планы строительства подземных эко-системных комплексов были разработаны давно, и тысячи локальных проектов уже реализованы, как вы, наверное, уже знаете.

Стопроцентной гарантии всем ста двадцати шести миллионам мы, разумеется, дать не можем, но значительная часть населения имеет шанс пережить первичный импакт от возможного столкновения и провести несколько месяцев, а при необходимости – и лет под землей в условиях наступившей ядерной зимы. Если раньше мы делали упор на гигантские убежища в больших городах, то в ближайшие месяцы будут построены новые сотни и даже тысячи микрокомплексов для сельского населения, в основном, в горных районах. Не буду вдаваться в технические детали, но скажу без преувеличения, что на сегодняшний день мы подготовились к возможной катастрофе несравнимо лучше, чем США, страны Евросоюза или Китай. Правда, о Китае нам известно немного.

Что касается России, то ее потенциал ограничивается в основном немногочисленными противоядерными убежищами полувековой давности, а то и постарше, не имеющими практически никаких автономных систем жизнеобеспечения, кроме допотопных генераторов. Плюс командные пункты стратегических ракет

в глубоких шахтах, совершенно не рассчитанные на долгое выживание. Возможно, у них есть там еще какие-то запасы продовольствия с советских времен, если их не растащили в голодные годы, но это уже не играет роли. Дело в том, что прямое попадание астероида вызовет не только взрыв колоссальной силы, от которого, вполне возможно, одновременно детонируют все наземные ядерные устройства, сжигая все живое на равнинной местности, но и серию мегацунами. По некоторым прогнозам, волны будут достигать высоты двухсот-трехсот метров и более. В основном жизнь на Земле будет уничтожена. Процентов на восемьдесят, не меньше. Значительная часть равнинных поверхностей по всему земному шару превратится в море – по крайней мере на некоторое время. Мы это все предусмотрели. Наши подземные бункеры чикаро полностью герметизируются и могут оставаться под поверхностью воды неопределенно долго. Американцы запросили у нас технологию таких супербункеров и получили ее, но они слишком поздно спохватились. Едва ли они многое успеют за оставшиеся месяцы, тем более что исходный материал всех конструкций – новейшее нановолокно…

– Простите, э-э… – замялся Мияма, не зная, как обращаться к собеседнику. – Это очень интересно, но зачем вы все это мне рассказываете? Насчет наших чикаро я в курсе – сам приписан к такому. Вы же знаете, я занимаюсь литературой, так сказать, изящной словесностью. Сфера духовного… Не понимаю, чем я могу быть здесь полезен? Или вы хотите, чтобы я призвал русских к покаянию?

– Угадали. Что-то в этом роде, – подтвердил коротышка. – К покаянию и искуплению грехов. А конкретно вот что. Наш крот в Кремле сообщил, что русские решили добыть у нас новейшие секретные технологии для строительства элитного подземного комплекса под Москвой. Купить или украсть. Вы же знаете, там у них только «элитное» в цене. На массовое строительство у них уже нет ни времени, ни возможностей, но один такой комплекс – проект вполне реальный. Как бы то ни было, они уже, вероятно, начали охоту. Их люди, скорее всего, уже здесь. Будут искать ходы к корпорации Хори. А мы будем их ждать.

– Вы ни за что не хотите поделиться с русскими? Даже если речь идет о спасении тысяч жизней?!

– Вопрос в том, о чьих именно жизнях идет речь. Невинных детей, например, или членов мафиозных кланов, которые держат в руках российскую экономику. Я очень сомневаюсь, что места в этом единственном «элитном» бункере, какой бы он ни был величины, будут отданы лучшим и достойнейшим. То есть я просто уверен в обратном. Впрочем, тут уж не нам решать. Как говорится, каждый умирает в одиночку, даже если мы имеем в виду страну. Но оставим патетику. Мы как раз хотим поделиться с русскими, только на наших условиях.

– Да? И какие же это условия?

– Мы обеспечим им супербункер в обмен на Северные территории.

На лице у Миямы отразилось такое неподдельное удивление, что генерал невольно улыбнулся.

– Но послушайте, зачем же нам Северные территории, если всё летит в тартарары?! Нам бы уж лишь бы выжить в этих своих казематах! На кой черт нам новые острова, если от старых скоро мало что останется?! Да нет, вы меня просто разыгрываете. Так ведь?

– Отнюдь не разыгрываю.

– Тогда я, наверное, действительно идиот. Я ничего не понимаю в этой вашей игре.