Янтарные небеса
Шрифт:
– Солдаты легиона умирали в Алжире, – тихонько, почти про себя, пробормотал он. – И некому было облегчить их предсмертные страдания, и некому оплакать их.
Джессика ласково взглянула на него.
– Это что, поэма?
Джейк хмыкнул и улыбнулся.
Джессика принялась мыть ему вторую руку.
– Ты любишь читать? – слегка задыхаясь, спросила она.
Улыбка Джейка стала печальной.
– Когда пасешь скот, чувствуешь себя иногда настолько одиноко, что читаешь все подряд, все, что только можешь найти – от Шекспира до наклеек на коробках с табаком. Мама очень любила
Слова эти глубоко тронули Джессику. Какой, оказывается, сильной может быть любовь мужчины к женщине! Интересно, какие испытываешь чувства, когда тебя так любят?
– А ты, Джессика, любишь читать? – вывел ее из задумчивости голос Джейка.
– Я читала только Библию, – ответила она, слегка покраснев. Взгляд Джейка странным образом волновал ее, и Джессика никак не могла заставить себя взглянуть на него. Она еще усерднее принялась тереть ему руку.
– У нас в «Трех холмах» очень много книг. – Голос Джейка сделался задумчивым. Ему припомнился тот день, когда он напал на Дэниела за то, что тот собрался жениться на Джессике. Как он мог тогда так ошибаться? Он внимательно смотрел на Джессику. – Когда мы вернемся домой, я тебе их покажу.
«Когда мы вернемся домой…» Он никогда не говорил этого раньше. Еще несколько дней назад он запрещал ей называть «Три холма» домом и предложил денег, чтобы она уехала куда-нибудь подальше. А теперь он собирается отвезти ее домой. Такая перемена должна бы, кажется, обрадовать Джессику, однако она не ощущала никаких радостных чувств, лишь какую-то глухую тоску. Она вернется домой… к Дэниелу.
Мысли о Дэниеле не принесли Джессике никакого удовольствия, и она поспешно отогнала их от себя.
– Расскажи мне о «Трех холмах», – попросила она Джейка.
Тот хмыкнул.
– Со строительством этой усадьбы связана целая легенда. Во времена Республики отец переехал в Техас. Милях в пяти от того места, где сейчас стоит большой дом, обитало племя чероки. Единственным достоянием отца в то время были пара тысяч акров земли да несколько сотен голов скота, которые он получил за участие в войне. Как-то раз отец играл в покер с неким пижоном англичанином по фамилии Хатли – в то время в Техас валом валили иностранцы, горя желанием вложить свои капиталы, – и выиграл свыше ста пятидесяти тысяч акров. – Джейк бросил на Джессику лукавый взгляд. – Говорят, правда, что отец сжульничал во время игры, однако сам он никогда в этом не признавался.
Джессика изумленно смотрела на него.
– Но неужели сам мистер Хатли никак на это не отреагировал?
– Еще как отреагировал. Но тогда подобные споры разрешались с помощью оружия. Отец так и поступил.
– Похоже, твой отец был человеком, которому палец в рот не клади, – заметила Джессика.
Джейк кивнул.
– Верно.
Джейк пожал плечами.
– Впрочем, тогда земля стоила дешево, и отец представления не имел, что выиграл, в сущности, целое состояние. Это сейчас, как тебе известно, содержать огромное ранчо выгодно.
– Отец одним из первых погнал скот на север, и он часто рассказывал нам, что это была мамина идея. Говорят, когда она заставила его построить этот огромный дом, не было человека, который бы не остановился взглянуть на него, потому что подобного ему на Западе никто еще не видел.
Внезапно глаза Джейка потускнели, и, не глядя на Джессику, он каким-то потухшим голосом сказал:
– Конечно, все это произошло до моего рождения, так что я знаю эту историю только с чужих слов. А вот Дэниел многое может тебе поведать.
Дэниел… Всякий раз они снова возвращаются к Дэниелу, и Джессика почувствовала, что не может больше молчать. Руки ее замерли. Она заставила себя взглянуть Джейку прямо в глаза. Что ему сказать, она и сама не знала, но понимала: нужно как-то объясниться. И, набрав в грудь побольше, воздуха, проговорила:
– Джейк… я хочу, чтобы ты понял. Я не собиралась ни причинять Дэниелу зло, ни обманывать его…
Джейк потупил взор. Видно было, что он чувствует себя так же неловко, как и Джессика.
– Наверное, я всегда это знал, – тихонько проговорил он.
– Я вышла за него замуж вовсе не из-за денег, – упорно продолжала Джессика. Ей так хотелось, чтобы он понял. – Я даже не думала об этом. Просто… он так хорошо ко мне относился… Рядом с ним я чувствовала себя лучше и чище и… – Она опустила глаза и дрогнувшим голосом закончила: – Мне нужно было, чтобы кто-то обо мне заботился.
Джейк вперился в нее долгим взглядом.
– Мадам, – совершенно искренне произнес он, и на сей раз подобное обращение не покоробило Джессику. Наоборот, в устах Джейка оно прозвучало как комплимент. – Зачем вам чья-то забота? Вы вполне самостоятельны.
Джессика просияла. В глазах Джейка явственно читалось уважение. Какие простые слова – однако, произнеся их, он словно оказал Джессике самые высокие почести. И только сейчас Джессика с изумлением поняла, что Джейк и в самом деле прав.
«Да, – подумала она. – Я могу о себе позаботиться. Потому что ты меня этому научил».
Джейк улыбнулся.
– Дэниел говорил мне, что ты очень похожа на нашу маму, и, по-моему, он прав. Она приехала в наши дикие края и построила здесь империю. Она боролась с похитителями скота и с индейцами, так же как ты сражалась со змеями и крокодилами. Она спасла моему отцу жизнь… и ты – мне.
Джессику пронзило чувство трепетного восторга. Она поспешно отвернулась, чтобы не выдать своих чувств, и, бросив влажное полотенце, взяла сухое.
– Ну вот и все, – улыбнулась она, вытерев его руки насухо.