Янтарная слеза
Шрифт:
— Лита, — улыбнулась в ответ девушка и протянула эльфу руку для пожатия.
— Левонис Коинес, — эльф аккуратно сжал ладонь девушки, облаченную в перчатку с обрезанными пальцами и, поднеся к губам, эти самые пальцы поцеловал. Лита смутилась и выдернула руку, ее скулы покрылись очаровательным румянцем.
Эта сцена неожиданно разрядила обстановку. Аррог с обреченным вздохом закатил глаза, а Велена тихонько хихикнула, тут же заработав сердитый взгляд смущенной воительницы. И только Левонис по-прежнему не отводил от Литы внимательных глаз:
— Скажите, леди, как вам удалось отразить
— Сама не знаю… Может, поговорим об этом в другом месте? — сморщила носик девушка, — думаю, вы были правы и нам следует поспешить убраться отсюда.
Оборотень кивком подтвердил свое согласие и направился за вещами. В лесу темнело быстро, но благодаря тому, что Лакхар прекрасно видел в темноте, спутникам удалось найти новое место для ночлега, подальше от произошедшего нападения. Ведун был мертв, преследовать их было уже некому, но выжившие наемники вполне могли решить отомстить за убитых товарищей. Впрочем, это было весьма сомнительно, к тому же им потребовалась бы уйма времени, чтобы прийти в себя и устроить погоню.
Было довольно поздно, но укладываться на ночлег никто не торопился. Спутники уселись у костра, обсуждая произошедшие события. Левонис все так же настойчиво пытался выяснить, как Лите удалось избежать магического удара. Девушка обиженно фыркнула на подозрительный тон эльфа:
— А что, было бы лучше, если бы я погибла? — Левонис после этой фразы несколько смутился, но взгляда не отвел и девушка тяжело вздохнула, — ну хорошо! Я не уверена, но кажется, меня спасло вот это.
С этими словами Лита вытащила из-за пазухи небольшой серый кристалл на простой шерстяной нитке, который висел у нее на шее. Глаза эльфа тут же загорелись, он потянулся к кристаллу, но словно опомнившись в последний момент, отдернул руки:
— Можно мне посмотреть? — девушка кивнула и сняв амулет с шеи, отдала его Левонису. Тот с величайшей осторожностью взял предмет кончиками пальцев и поднес ближе к глазам, — как необычно! Откуда он у вас, леди?
— Можно просто Лита, — выдавила из себя улыбку девушка, — этот амулет подарок моей бабки. В наших местах она слыла ведьмой, — фыркнула она, — глупости конечно, но жители приграничья всегда были слишком суеверными.
— Лита… Скажите, вы сильно расстроитесь, если я скажу, что ваша бабушка, похоже, и впрямь была ведьмой? Причем, довольно сильной, не каждый человек обладающий даром может ТАК зачаровать Дымчатый кристалл.
— Кхм, не расстроюсь… Скорее, удивлюсь… Да и то не слишком сильно, — Лита только махнула рукой в ответ, — я хранила этот камень скорее как память, но кажется, он имеет гораздо больше полезных свойств, чем я думала.
— В этом можете не сомневаться, — Левонис вернул амулет девушке, — храните этот оберег, моя дорогая, и он принесет вам удачу.
— Надеюсь, — ворчливо ответила девушка, — пока он не слишком-то помогал.
— Но как вы оказались здесь одна? — продолжал расспросы Левонис, — хотя должен признать, для нас это стало весьма удачным стечением обстоятельств!
— Я путешествую, ищу работу, — пожала плечами Лита, — думала, в столице смогу найти что-то подходящее.
— И какого же рода работу вы ищите? — с интересом уточнил эльф.
— Я наемница, — хмыкнула девушка
— И как относятся к вашему роду деятельности ваши близкие? Родители? Ваш муж? — недоверчиво уточнил Левонис. Хотя в последнем его вопросе слышался куда больший интерес, чем в остальных.
— У меня нет родных. Отец погиб, когда мне было семнадцать, нарвался на налетчиков из степных племен. Год назад умерла бабушка, а больше у меня никого и нет. С тех пор я путешествовала по приграничью, но пару месяцев назад, в связи с… кое-какими обстоятельствами, решила перебраться вглубь страны.
— И что за обстоятельства? — уточнил Лакхар, подбрасывая веток в костер. Все это время оборотень молчал, но за разговором следил внимательно.
Велена так же не отрывала глаз от своей спасительницы, с восхищением и некоторой толикой зависти слушая ее речь о путешествии и самостоятельной жизни. Ведь именно об этом она мечтала в детстве, хотя и понимала, что вряд ли решится осуществить подобные мечты.
— Это не слишком приятная история, — между тем хмуро ответила оборотню Лита, — женщин, занимающихся моим ремеслом, не принимают всерьез, что совсем не облегчает работу.
— Не стоит грести всех под одну гребенку, — равнодушно пожал плечами Лакхар в ответ, — на моей родине не разделяют женщин или мужчин, все зависит лишь от того, насколько хорошо ты справляешься со своей работой.
Оборотень говорил искренне, а не просто стараясь обелиться в глазах юной наемницы. Ведь на Великих островах и впрямь царило равенство полов. Женщины сами выбирали свой путь — быть ли воином, следить за домом или же осваивать ремесленные профессии. Во многих племенах женщина могла стать даже главой клана. Да что там говорить — треть Совета Старейшин состояла из женщины, что по меркам других, «просвещенных» стран было воистину шоком. Впрочем, жителей Великих островов все равно считали дикарями.
Слегка ободренная словами оборотня и восхищенным взглядом Велены, Лита все же начала свой рассказ.
Родилась девушка в небольшом городке под названием Регил, где и провела все свои детство и юность. Воспитывали ее бабка, считающаяся кем-то вроде местной ведьмы и отец — старый вояка в отставке. Мать свою Лита никогда не знала. Бабушка обучала девочку собирать травы, отец — держать в руках меч. Правда, Инвирт (так звали отца Литы), дома появлялся не так часто. Он был наемником, и маленькая Лита всегда мечтала пойти по стопам отца. В семнадцать лет ей уже не было равных среди сверстников — девушка виртуозно владела двумя мечами, подаренными отцом на тринадцатилетие. Ей грезились путешествия, приключения, опасности… Но на ее восемнадцатый день рождения случилась беда. Отец повел очередной купеческий обоз на дальние заставы — намечался праздник урожая — но так и не вернулся. По дороге на них напали степняки, нередко грабившие путников. Обычно сил наемников было достаточно, чтобы отпугнуть разбойников, но в этот раз разбойников было слишком много. Тело Инвирта прислали в закрытом гробу — топор степняка раздробил ему голову.