Янтарная слеза
Шрифт:
— Скажите, вы знаете этих людей?
Марта аккуратно взяла в руки дорогую вещь и поднесла к глазам, подслеповато щурясь.
— Так это ж Лексин! А вот мужчине, если бородку с усами подрисовать, ну точь-в-точь Ник будет!
— И они — погибшие родители этой девочки? — нахмурился Брэм.
— Да, господин.
Кейтен упал на стул и со стоном закрыл лицо ладонями.
— Вот и нашли, — грустно пробормотал Брэм.
Велена сидела на лавке в своей коморке, подтянув колени к груди и безразлично глядя в стену. После пережитого в трактире, она чувствовала себя невероятно усталой и опустошенной. Что случилось, она толком и не поняла, но интуитивно чувствовала, что в ее жизни грядут серьезные перемены. Только думать об этом не хотелось. В голове все
Дверь скрипнула и в проеме показалась взлохмаченная голова Горда.
— Велька, не спишь? — тихо позвал он.
— Нет, — хмуро отозвалась девочка.
— Ну и устроила ты! — устраиваясь на лавке рядом с подругой, протянул Горд. — И чего это на тебя нашло? Мать сказала, что ты совсем сбрендила! — мальчик опасливо покосился на Велену, — правда что ли? Ты чего кричать-то начала?
— Отстань! — буркнула девочка и отвернулась от друга. Ей было все еще обидно и его слова отнюдь не подняли ей настроения.
— Вель, ну ты чего? — растерянно протянул мальчик.
— Да ничего! — Велена резко развернулась и зло заговорила, чуть ли не срываясь на крик, — это папина песня была! Он нам с мамой ее придумал и пел! А они! Как будто так надо… как будто это не папа, а они! — девочка никак не могла подобрать слова, чтобы выразить свое возмущение. Она махнула рукой и снова заплакала.
— Вель… — Горд сочувственно смотрел на девочку и не знал, как ей помочь и чем утешить, — Веля, ну не плачь! — он неумело погладил подругу по голове, но та не успокаивалась.
— Ты видел, как тот длинный на меня смотрел? — всхлипывая, проговорила девочка, — и дядька Ворт испугался! И мне страшно, Веш! — она подняла на мальчика полные слез глаза, казавшиеся огромными на худеньком лице.
— Да пусть только попробуют! Да чего они могут сделать-то! — вздрагивая от собственной смелости, воскликнул мальчик. — Я тебя не дам в обиду и буду защищать! Только не бойся! И плачь больше, ладно? — неожиданно тихо добавил он, — ты когда плачешь, мне тоже грустно становится…
— Не буду! — поспешно вытирая слёзы затертым рукавом, сказала Велена, — а ты правда меня будешь защищать? Как рыцарь из папиной сказки, да? — она восторженно смотрела на друга.
— Даже лучше! — гордо задрал нос тот, — только обещай, что плакать не будешь.
— Не буду! Никогда! — торжественно пообещала девочка.
— Тогда я пойду, пока мамка не увидела, — улыбнулся Горд. — А ты ложись спать, поздно уже.
— Светлой ночи, — улыбнулась в ответ Велена.
После ухода друга девочка мирно уснула, и впрямь успокоившись после его уверенных слов. В эту ночь ей ничего не снилось.
Кейтен сидел на старой, скрипучей кровати, облокотившись спиной о стену и задумчиво глядя в ночь за окном. В комнате, выделенной им владельцем трактира, горела одинокая свеча, едва освещая скудную обстановку. Комнат для постояльцев в трактире было всего две, да и те последний раз использовались столь давно, что и сам хозяин, дородный Бересень не помнил, когда это было. Но воины путешествовали долго, так что после ночевок под открытым небом, комната с двумя кроватями казалось им почти роскошью. Левонис разделил комнату с Виктаном, Кейтен — с Брэмом, старшим в их компании и своим опекуном и наставником по совместительству. После смерти отца, графа Сормаса Эллиона, его верный друг и соратник Брэм остался рядом с мальчиком, помогая ему во всем — от получения достойного лорда образования, до ведения хозяйства в имении, доставшемуся Кейтену по наследству. Вскоре Кей отбыл на службу в императорские войска, которую проходили все дети дворян. Конечно, многие предпочитали откупиться, вместо того, чтобы заставлять своих детей нести эту бессмысленную, по мнению большинства, повинность. К тому же всегда существовала вероятность, что проходить службу придется в приграничных землях, где не редко случались
После армии, Кейтен планировал отправиться в путешествие, чтобы найти своего пропавшего дядю, младшего брата отца, исчезнувшего за два года до отцовской смерти. Разница в возрасте у них была всего в десять лет, поэтому дядя Николас всегда относился к Кейтену, как к младшему брату. Сормас оставил ему часть имущества, дав в личном письме некоторые указания, где тот мог находиться. По размывчатым объяснениям отца, Кейтен понял, что дядя сбежал со своей избранницей, чтобы спокойно жениться на ней. Леди Лексин, которую он видел только на хранившейся у отца миниатюре, не была человеком. А межвидовые браки порицались в светском обществе империи, хотя среди простого народа это соблюдалось не слишком строго. Но только не среди дворян. И чтобы избежать косых взглядов, а то и наказания от высшей власти, Николас предпочел исчезнуть и жить тихой и спокойной жизнью в деревне.
Вот только судьба внесла свои коррективы и, в первый же месяц службы, Кейтен оказался на удаленной приграничной заставе. А потом были сражения со степняками, рейды в разгромленные троллями деревни и похороны боевых товарищей. В приграничье титулы не играли огромной роли, заслуги влиятельных отцов перед короной не дарили автоматического почтения со стороны сослуживцев, а уважение можно было заслужить только в очередном бою. И Кейтен заслужил его. Лейтенанта Эллиона уважали и офицеры, и простые солдаты. Судьба берегла его. Безрассудно храбрый, он сражался наравне с рядовыми солдатами и выходил их многих стычек, вынося на себе раненых солдат. По истечении положенного года службы, Кейтен просто не смог сразу уехать и оставить своих друзей и подчиненных. Он откладывал подписание увольнительной почти два года, а когда наконец решил вернуться домой к наставнику, его знаменитая удача сыграла с ним злую шутку. В одном из рейдов в Седые степи, свободную территорию, заселенную кочующими племенами, отряд Кейтена нарвался на охотников диких троллей, собирающихся в набег на небольшое человеческое поселение близ границы. Один тролль в бою стоит троих опытных воинов, а уж голодный тролль и вовсе впадает в безумную ярость, если на его пути кто-то становится. Тролли примитивно мыслят, но обладают огромной силой, а их дубленые степным солнцем шкуры пробьет не каждый меч. Их было всего 15 человек, против шести опытных троллей-воинов. И им удалось победить. Ценой жизней дюжины своих товарищей. Выжить удалось только троим — израненные, еле живые они добрались до заставы. Кейтен провалялся в лазарете три месяца и только чудом не остался калекой, над ним трудились лучшие маги-лекари. Оправившись от болезни и получив шрам на лице, как напоминание о битве, Кейтен не смог продолжать службу. Постоянное чувство вины за гибель товарищей по оружию мучила его и, наскоро уладив вопрос с увольнением, он отправился домой, чтобы начать так давно запланированные поиски единственного своего родственника.
В путь Кейтен отправился в компании Брэма и своего близкого друга Виктана, с которым он познакомился на службе в приграничье. Виктан был третьим сыном обнищавшего барона, наследства ему не светило, как и выгодный брак. Единственно возможной карьерой было служение при храме кого-нибудь из светлых богов или армия. Это нисколько не прельщало жизнерадостного парня, поэтому когда Кейтен предложил отправиться с ним и поступить на службу его семье, Виктан с радостью согласился.
Руководствуясь записями графа Сормаса, трое мужчин отправились на поиски. Но драгоценное время было упущено. И в небольшом городке, откуда Николас присылал последнее письмо брату, Кейтен дядю уже не застал.