Ядовитые шипы
Шрифт:
— И где этот воин? — я кровожадно взглянул на подошедшего Раяна. — Отведи меня к нему.
— Я думал ты останешься с Ледой, или отдохнёшь, — Император понятливо поднял руки, когда я агрессивно двинулся в его сторону. — Ладно, идём. Мне плевать, что ты сделаешь с ним, но только в укромном месте. Не хочу сеять панику среди воинов, они итак обескуражены появлением Кирьяна.
Я молчал. Не было сил даже язвить, я практически сорвался, желая стереть мерзавца в порошок. Сломаю его так же хладнокровно, как он убил мою Леду!.. Без жалости и сожаления, бесчестного человека, бывшего воина. Кто знает, может предатель родом
— Вот он, — Раян остановился возле железной клетки среднего размера, куда обычно Хранители запирали диких животных после охоты. — Не припомню, чтобы видел его в нашей армии, но, может, ты вспомнишь.
— Не было у нас людей с чёрными узкими глазами, — я гортанно рыкнул, теряя самообладание. — Полукровка, выходец из Тигуана. Как ты оказался с нашей армией у границы?
— Меня подослал Фабия, — молодой мужчина поднял голову, демонстрируя несколько синяков на скулах и подбородке. — Мы договорились о сделке ещё давно, я должен был подобраться к леди Касо и доставить к князю. И, когда, наконец, выпала эта возможность, Гектор предупредил меня о нападении. Я пробрался в лагерь, дождался, когда она останется одна и использовал красную крапиву…
— Что, колени от страха дрожали, при мысли, что я вернусь за Ледой или она сможет сбежать сама? — я понимал, что если открою дверь клетки, от наглеца не останется даже пепла. Тихо выдохнул, пытаясь остаться спокойным и едко уточнил. — Надеялся сбежать с деньгами?
— Да, испугался, что девушка может сбежать и опознать меня, — предатель кивнул. — Надеялся, что успею уйти до того, как меня найдут. Но за мной прибыла королевская гвардия, когда я уже направлялся в сторону Тигуана.
— Если ты прислуживал Гектору, значит, предал его доверие, как хозяина, — я грубо дёрнул парня, прижимая его к железным прутьям. — Ещё, проживая на территории Хары, совершил предательство по отношению ко мне. Ты ведь знал, что Леда моя женщина?
— Знал.
— Тогда должно быть предельно ясно, — я вытащил мужчину из клетки и поднял над землёй. Почувствовал, как глаза налились кровью, и сипло зашипел. — Что я с тобой сделаю вдали от чужих глаз.
— Фабия обязательно обратиться за помощью к тигуанцам, — предатель схватился за мою руку, понимая, что обречён. — Он не позволит Леде умереть, она — ключ к спасению от его проклятья. Я сказал, что знаю. Прошу, пощадите меня, отправьте в Ссыльную деревню. Уверяю, ваша женщина не умрёт, Гектор сумеет достать противоядие.
— Хочешь в ссылку?.. — я отпустил наглеца, смерив его предупреждающим взглядом. — Хорошо, ты отправишься туда, с одним условием.
Недолго думая, я выхватил из ножен Раяна меч, и двумя резкими точными движениями отрубил предателю руки. Он истошно заорал, и, теряя сознание, повалился на землю, лёжа в луже собственной крови. Я знал, что в ссылке нет места калекам, более сильные мужчины быстро его прикончат, чтобы он не путался под ногами и не ел чужой хлеб. Пусть будет мучатся так же, как сейчас мучается моя Леда…
— Пусть отправят его в Ссыльную деревню, — я брезгливо пнул краем сапога, лежащее
Я устало побрел обратно, оставляя Раяна одного. Не было сил кричать или крушить всё вокруг, я лишь добрался до шатра, прогнал из него Кирьяна и сел возле кровати. Леда была слишком бледной, я знал, что она мучается от боли в сердце. Положил голову на её плечо и тихо всхлипнул.
Глава 44
Я чувствовала, как теряю сознание. Даже когда сильные руки вытащили из воды, я понимала, что вряд-ли смогу выжить. Похоже, меня отравили ядовитыми спорами красной крапивы. И, к сожалению, во всей Империи лучшие лекари до сих пор не смогли найти противоядие. Это редкое растение росло в землях Тигуана, но я не знала, где воин сумел раздобыть его. Читала в книге об этом яде и его симптомах, но никогда бы не подумала, что испытаю их на себе!..
Кажется, меня вытащил Кирьян, но я была уверена, что нахожусь в бреду. Горький отвар, которым меня напоили, буквально на несколько минут притупил боль и смог вернуть ясность сознания. Но чуть позже я вновь почувствовала боль в сердце и видела мир расплывчатым и несуразным. Я задыхалась и не могла понять, как долго смогу ещё прожить. Тело ломило, словно из-за лихорадки, кровь будто бурлила, обжигая внутренности, очень хотелось заплакать. Но слез не было, я ощущала под собой воду и даже не пыталась шевелиться, боясь упасть. Не хотелось никуда бежать и что-то делать, оставались лишь силы дышать.
Нечёткие пятна, напоминающие фигуры, суетливо бегали перед глазами. Меня куда-то несли, над головой доносились возмущённые голоса. Мне было так всё равно на происходящее, что я не сопротивлялась, понятия не имея, где вообще нахожусь. Сознание не покидало, хотя и оставалось вялым, очень хотелось спать. Кто-то стремительно быстро уложил меня на что-то твёрдое, воздух наполнился запахом неизвестных мне трав и масел, немного принесших успокоения. Я смогла задремать, но настоящий сон не приходил, вгоняя меня в уныние.
Спустя какое-то время стало чуть легче, я уже начала соображать, что нахожусь в шатре Ассандра. Возвращалось зрение, я сумела разглядеть Кирьяна, Артемия и Раяна, стоявших на выходе из шатра. Из их тихого разговора поняла, что мне осталось недолго, максимум сутки. Было невыносимо больно оставлять своего мужчину, я знала, ему будет тяжело смириться с моей смертью. Я тихо плакала, мысленно жалея его, ведь Ассандр мечтал о нашем счастливом будущем и дочери!.. О, небо. Неужели я так и не смогу подарить ему ребенка?
Когда возле меня сел Кирьян, я продолжала плакать. Он взял меня за ладонь, а я, находясь в бреду и полуобморочном состоянии, тихо жаловалась на жизнь. Говорила, что только недавно в моей жизни появился любимый мужчина, хорошие друзья, дом и близкие люди, а теперь всё это ускользало от меня!.. Несвязно бормотала, как сильно люблю Ассандра, дорожу дружбой с Кирьяном и Артемием, безгранично уважаю Императора, люблю своих сестёр, ворчливую тётушку и родителей. Беспокоилась, что рысеныш Одуванчик вырастет невоспитанным проказником, а гнедая кобылка Ромашка больше не прокатит меня на своей спине.