Ядовитые шипы
Шрифт:
Всю следующую неделю я не выходила из своих покоев, пять раз в день принимая успокоительные капли. Жизнь в один миг потеряла разноцветные краски и весь смысл, я могла лишь лежать на кровати и бездумно смотреть в открытое окно. Рядом лежал Одуванчик, маленький подросший рысенок и тихо мурлыкал от моих прикосновений, согревая своим теплом. Меня никто не беспокоил, лишь Артемий приносил еду и ежедневно набирал горячую ванну. Я была ему очень благодарна, но выразить это словами не могла, словно у меня окончательно пропал голос. Каждый раз хотелось уйти под воду с головой и не шевелиться, но я в ужасе отгоняла
— Леда, можно? — Император возник на пороге неожиданно, на седьмой день после трагедии. Я промолчала и даже не повернулась в его сторону, услышав мягкую поступь. Мужчина осторожно сел на край кровати и участливо произнес. — В последние два дня ты совсем ничего не ешь. Я подумал, что рыбный суп будет очень кстати и хоть немного тебя порадует.
— Я не голодна…
— Леда, знаешь, мне нужно сказать тебе кое-что важное, — Раян тронул меня за плечо и перевернул на спину. Я не сопротивлялась и не пыталась прикрыться, хотя на мне была лишь шёлковая ночнушка. Проведя длинными пальцами по моим спутанным волосам, он взглянул в глаза и глухо сказал. — Это касается Кирьяна. Его тайна, которую я обещал хранить, но видя, как ты страдаешь, решил, что смогу доверить её тебе.
— Какая тайна?.. — от долгого молчания мой голос был достаточно хриплым, а глаза красными и воспалёнными от пролитых слёз. Наверное, были ещё огромные тёмные припухлости, но я как-то не разглядывала себя в зеркале и давненько не ухаживала за кожей. Взглянула, как Раян осторожно взял меня руку и тихо всхлипнула. — Надеюсь, от вашего рассказа мне полегчает…
— Ты слышала о перевёртышах?
— Да… Это такие люди-звери, потомки Матери Природы… Правда, их осталось совсем мало, из-за того что они считаются опасными…
— Знаешь, они вовсе не опасны. А Кирьян является водным перевёртышем. Я никогда не видел его в другом облике, но думаю, что он стал дельфином.
— Не понимаю… — я медленно села, не выпуская из руки мужскую ладонь. Взглянула на Императора с сильным изумлением и тихо простонала. — Вы не шутите?.. Но как такое возможно? Перевёртыши всячески скрываются, а тут один из них решил поселиться среди людей!.. Это немыслимо!
— Я нашёл его подростком на берегу моря. Он был ранен и нуждался в помощи, поэтому я не смог оставить его. Сначала Кирьян боялся людей и всё, что с ними связано, но через какое-то время смог мне довериться, и мы подружились. Десять лет он должен был прожить на суше, как и другие водные перевёртыши, а в возрасте двадцати пяти вновь вернуться в море. Я понимал, что мне придётся отпустить его, но не думал, что время пройдет так быстро.
Я молчала, боясь пропустить хоть слово.
— Знаешь, Леда, Кирьян никогда не стремился завязать дружбу с людьми и обрести привязанность. Но последние дни в качестве человека он провел в настоящей радости благодаря тебе. Смог узнать, что такое простое человеческое счастье и обрёл то, во что никогда не верил.
— И что же это?..
— Любовь. Кирьян ушёл в море счастливым, хотя ему было очень грустно оставлять тебя. Он сообщил, что хочет провести оставшееся время с тобой, и конечно, я не смог ему отказать
— Но он даже не сказал мне…
— Кирьян боялся, что ты испугаешься его сущности. И поэтому решил, что лучше тебе не знать всей правды. Конечно, он не учел того, что ты будешь стоять и наблюдать, как лодка уходит в открытое море. Думал уплыть тихо, но я уверен, Кирьян был рад видеть тебя в последние секунды в человеческом облике. Просил рассказать обо всем, когда ты забудешь его, но я решил, что сейчас это будет как нельзя, кстати, а ещё…
Я больше не могла сдерживать слёзы и с громким рёвом повисла на руках Императора. Он аккуратно гладил меня по волосам и успокаивал своим присутствием.
Глава 24
Три проклятых недели я провёл, словно в тумане. Наказание Раян всё же добродушно решил сменить, отправив меня проверить, как обстоят дела в Империи. Обычно я не проводил проверки, потому что знал, в подвластных мне сферах деятельности всё работает, словно налаженный механизм. Нанёс визит во все десять крепостей, расположенных вдоль границ Хары, и к моему удовлетворению Хранители превосходно справлялись со своими обязанностями, впрочем, воины четырех гарнизонов, не единожды наученные горьким опытом, тоже не оплошали.
Обошёл во всех трёх княжествах Дома Науки и службы магических посыльных. Претензий к ним не возникло, а учёные даже удостоились моей сухой похвалы, потому что мне понравилось их изобретение, благодаря которому каждый человек мог услышать новости из любой точки нашей Империи. Община охотников горделиво хвасталась новыми редкими трофеями, полученными на охоте возле границы с королевством Тигуан. Красное олени в Харе не водились, и встретить их было большой удачей, впрочем, как и белых пятнистых рысей.
А вот в общине магов всё прошло не очень гладко, у одного из новобранцев вышло из под контроля заклинание призыва. Вместо обычного низшего духа на зов явился упырь, после которого в течении получаса пришлось убирать беспорядок и отмывать от его вонючей слизи полы. К тому же, в княжестве Кохан ответственный маг не вел учёт расхода магических зелий, из-за чего в тот же день был смещён со своего места. В общем и целом увиденным и услышанным я был очень даже доволен. Руководители справлялись с возложенной на них ответственностью.
Каждый вечер компанию мне составлял алкоголь. Я тихо сидел в снятой в таверне комнате, а перед отходом ко сну пил лекарство Каи, отчего ночные кошмары стали моими верными спутниками. Днём не было времени думать и размышлять о насущных делах, нужно было внимательно сконцентрироваться на очередной проверке. Зато к вечеру, когда я оставался в одиночестве, сразу старался забыться в алкоголе.
Мне было неприятно, что Леда проявляла симпатию к Кирьяну, но я понимал, что это не является для меня чем-то смертельным и оскорбительным. Хотя, когда увидел их в королевском саду, а Император подлил масла в огонь, сообщив, что у них намечаются серьезные отношения, мне стало как-то не по себе. По правде говоря, отчего то я испытал дикий ужас, который быстро исчез, стоило тьме недовольно заворчать.