Ядовитые письма
Шрифт:
— А вам приходилось встречать эту девушку? Какое впечатление она производила?
— Я видела ее только однажды в церкви, на репетиции венчания Валентины Грей. Мы были там вместе с мисс Вейн. Это произошло во второй половине дня в среду, вечером того же дня Конни после приема в поместье Рептонов возвращалась домой вместе с Метти Эклс, которая живет рядом с нашим домом.
— Да, я читал показания этой женщины. Она утверждает, что у порога ее дома они расстались, и дальше девушка пошла одна.
— Скорее всего, так оно и случилось, я сама слышала, как они прощались.
— Вы уверены?
— Ручаться не могу, Рэнди, я уже засыпала, но мне так показалось.
— Понятно. Давайте вернемся к репетиции венчания.
Ведь это происходило уже после того, как Конни ходила к священнику?
— На следующий день.
— Все-таки какое впечатление она на вас произвела?
— Конни попросили быть подружкой невесты вместо мисс Мерридью, которая подхватила ветрянку. Я бы не удивилась, если бы заметила в такой ситуации застенчивость, нервозность или некоторую возбужденность в поведении девушки, но этого не было и следа. Сразу бросалось в глаза лишь то, что, видимо, накануне она долго плакала — веки красные, лицо опухло и заметны неумелые попытки запудрить следы слез. Репетиция чуть не сорвалась: жених с лучшим другом попали в аварию и опоздали. Все участники церемонии нервничали, всем было не по себе, а Конни хоть бы что, казалось, она даже не замечала, что вокруг творится. Вид у нее был сосредоточенный и, я бы даже сказала, решительный.
— Значит, миссис Родни полагает, что большинство деревенских жителей были уже в курсе событий?
— Конечно, все уже знали, что накануне девушка приходила к священнику, чтобы назвать негодяя, который рассылает по всей округе анонимные письма, но так этого и не сделала.
Рэндал наклонился, чтобы подложить в камин полено, посыпались искры.
— Да, обладать такими секретами опасно. Знаете, как показало вскрытие, она приняла, или ей дали, огромную дозу снотворного. И половины этого хватило бы, чтобы умереть. Значит, случайности тут нет никакой: человек не просто ошибся, приняв лишнюю таблетку; он хотел покончить с собой — по рассеянности целую горсть таблеток не проглотишь.
Мисс Силвер негромко кашлянула; Рэндал вспомнил, что раньше она так делала, стараясь призвать рассеянного ученика к вниманию.
— Наверное, тебе говорили, что Конни Брук не могла глотать таблетки. Об этом упоминали и мисс Эклс, и мисс Вейн, и миссис Родни — думаю, вся деревня об этом знала. Так что таблетки можно было растолочь, а потом растворить в какао, которое она обычно пила вечером.
— Перед сном она привыкла пить какао?
— Да, она считала, это помогает ей заснуть. Кажется, когда они вместе с мисс Эклс возвращались домой после приема, девушка упоминала, что сварила накануне какао и специально оставила его на плите в кастрюльке, чтобы быстренько разогреть перед сном. А когда речь зашла о таблетках, Конни сказала, что собирается растворить их в напитке, и мисс Эклс сказала, что это будет большая гадость. Они обсуждали это довольно долго, причем женщина утверждает, что несколько раз предостерегала Конни: не принимай ни в коем случае больше одной таблетки.
— Да, это я прочел в ее показаниях. Интересно, насколько все это правда?
Мисс Силвер сочла вопрос риторическим и промолчала.
— Знаете,
Лицо пожилой дамы стало непроницаемым, и она сдержанно ответила:
— Полагаю, Рэнди, что многие из нас любят оказываться правыми и плюс к тому во всех жизненных ситуациях, даже непростых, заботятся о том, какое впечатление они производят.
— Вы хотите сказать, что в природе человека подавать себя в наиболее выигрышном свете?
— Да, и перед полицией в том числе…
Мистер Марч сосредоточенно смотрел на огонь в камине.
— А что вы сами думаете о мисс Эклс?
Мисс Силвер сдержанно улыбнулась:
— Очень занятная особа: держит руку на пульсе всех деревенских событий и олицетворяет собой общественное мнение. А родственные отношения с Рептонами придают значимость ее персоне.
— Сказать проще, сует свой нос в чужие дела и судит всех направо и налево.
— Она энергична, в любой ситуации знает, что делать, очень любит поговорить и обо всем имеет собственное мнение. У нее очень опрятный, аккуратный дом, а сад ухоженный, но какой-то безликий.
Рэндал рассмеялся:
— Хорошо, что я видел эту женщину и знаю, как она выглядит. Если бы любого другого попросили рассказать о человеке, он начал бы с описания внешности, а вы ни словом об этом не обмолвились. Интересно, почему?
Мисс Силвер одарила бывшего ученика своей милой, особенной улыбкой:
— Ничего удивительного, мой дорогой Рэнди. Она ведь сказала мне, что встречалась с тобой.
— Ах так, тогда конечно… Давайте вернемся к нашей проблеме. Есть два варианта: либо она сама растворила горсть таблеток в какао, либо это сделал кто-то другой. Причем этот другой или просто оставил напиток на плите, или вошел в дом вместе с девушкой и заставил выпить его. Обе версии мне чем-то не нравятся. Во-первых, вряд ли в том пузырьке оставалось много таблеток. Я сам разговаривал с Мегги Рептон в надежде вытянуть из нее побольше, чем Крисп.
— Ну и как, удалось?
— Надеюсь, что да. Очень нервная дама, всего боится, особенно определенности. Нерешительность — ее основная черта. Из тех, кто будет полчаса молчать, пытаясь вспомнить, произошла какая-то чепуха за полминуты до семи или на полминуты позже. Уйма времени ушло на то, чтобы ее успокоить, прежде чем она вообще заговорила, но зато потом ее было не остановить — так разболталась, что мы совсем запутались. Но в результате у меня создалось впечатление — можете даже считать это уверенностью, — что таблеток было мало.
— Точно, Рэнди?
Он пожал плечами:
— Конечно, с полной определенностью сказать нельзя, но от мисс Рептон добиться определенности и невозможно.
Мисс Силвер испытующе посмотрела на него:
— А может быть, она только хотела произвести на тебя впечатление нерешительной, неуверенной в себе особы?
— Моя дорогая, нелепо считать мисс Мегги подозреваемой.
— Что здесь нелепого?
Мужчина рассмеялся:
— Скажите, какой здесь мог быть мотив преступления?
Дама задумчиво покачала головой: