Ядовитая вода
Шрифт:
– Я позже приду, – пообещал Роман, спускаясь вниз.
– Без бутылки не приходи! – предупредил тот же голос, и сразу же на чердаке несколько человек громко засмеялись.
Судя по количеству голосов, на чердаке было три человека, при том один – женского пола.
Нажав кнопку звонка у двери, Роман услышал переливчатый звук и сразу же за ним быстрые шаги.
Дверь распахнулась, и Роман сломя голову бросился вперед, мечтая заключить свою любимую в объятья.
– Здравствуй, родная! – успел сказать
– Дернешься, сразу зарэжем, – пообещали два заросших до бровей крепких мужика, жестко схватив Романа за уши.
От мужиков явственно попахивало прогорклым бараньим салом и свежим оружейным маслом.
«Такого приема я не ожидал!» – весело подумал Роман, незаметно осматривая обстановку.
Квартира точно была сталинской постройки: широкий коридор, высокие потолки и открытая дверь в просторную кухню, на которой виднелся старенький с синей исцарапанной столешницей стол. В кухне имелись два деревянных стула, с высокими фигурными спинками, прислоненные к стене.
Заросшие мужики, схватив Романа за одежду, перехвали руки на излом, и только после этого отпустили уши, которые сильно горели. Впереди, таща Романа за собой, шел широкоплечий заросший детина. Второй мужик, идя на буксире, больно выламывал Торопову руку в локте.
Попав в квадрат света из кухни, Роман заметил, что под ухом борода у первого конвоира отклеилась и под ней мелькнула молочно-белая кожа.
«Ряженые вы, ребята!» – обрадовался Торопов, не подавая вида, а только постанывая и кряхтя, всем своим видом показывая, насколько ему больно и что сейчас клиент думает только о боли в вывернутых руках.
В большой комнате, куда Романа силком затащили, находились две женщины и мужчина.
Остроносый парень в очках, первый водитель покалеченного недавно «Лексуса», с ходу приказал:
– Этого шустрика к батарее пристегните. Больно он стремный!
Анисья сидела в деревянном кресле вся обмотанная веревками и тихо плакала.
– Ты, овца, меньше плачь, а лучше подумай, как пятьдесят тысяч баксов будешь отдавать! Сейчас нотариус придет, квартиру на меня перепишет! Это всего десять штук баксов, а где остальные деньги возьмешь? – громко спросил остроносый, качаясь с пятки на носок.
– Можно спросить, за что вы требуете с девушки пятьдесят тонн зелени? – поинтересовался Роман, растирая лицо правой рукой, одновременно поправляя «стрелку», укрепленную на правой руке.
Девица, которую Торопов тоже узнал, подскочила к нему и больно ударила ногой в бок.
– Ты, тварь, молчи! С тобой будет отдельный разговор! Мы с Клавкой чуть не умерли от холода! – взвизгнула она и замахнулась рукой.
Вовремя вспомнив, что Романа опасно бить и к чему это может привести, девица отскочила на шаг и злобно ощерилась.
– По двадцать
– Круто берешь, парень! Я в твоего Серегу не стрелял, это он сам на рикошет нарвался, – попробовал спустить на тормозах инцидент Роман.
Остроносый открыл рот, готовясь выпалить гневную тираду, но сразу захлопнул, услышав трель дверного звонка.
В дверь еще раз коротко позвонили.
– Вот и нотариус прикатил! Сейчас будем оформлять квартиру! – обрадовался остроносый, делая шаг в сторону двери.
Девушка выбежала в коридор и, открыв дверь, испуганно взвизгнула. Заросшие мужики, как хорошо выдрессированные сторожевые собаки, ринулись в коридор.
Знакомый голос Мельника пробасил:
– Пиццу заказывали? Пожалуйста, получите!
В коридоре послышались хлесткие удары, и почти сразу в комнату вошел Мельник, держа перед собой две большие коробки с пиццей, перевязанные прозрачной лентой.
– Какие-то странные люди! Сначала заказывают ночную доставку пиццы, а потом с ножами кидаются на людей! – удивленно сказал он, широко улыбаясь.
Только вот небольшие глаза Мельника были серьезны, сторожа каждое движение окружающих.
Остроносый, пятясь, отступил к Роману и неожиданно выхватил пистолет.
Мощный пинок ногой, проведенный прикованным Романом в задницу, и остроносый полетел навстречу Мельнику, разом забыв об оружии в своих руках.
Вячеслав, недолго думая, отобрал пистолет и легонько ударил шустрого остроносого ладонью в подбородок, сверху вниз. Парень закрыл глаза и, как подкошенный, свалился у ног Мельника.
Сорвав прозрачную ленту с коробки, Вячеслав сноровисто связал парню руки за спиной и выскочил в коридор.
Через минуту Мельник возвратился, держа заросших мужиков под мышками. Руки у них уже были связаны за спиной. Вячеслав нес своих пленников легко, как будто они ничего не весили.
Еще одно путешествие в коридор, и боевая подруга остроносого хозяина «Лексуса» тряпичной куклой примостилась у стены. Связывать ее Мельник не стал.
Развязав Анисью, принес из кухни воды в стакане и с поклоном подал ей.
– Ключи от наручников у кого? – спросил он, обращаясь к Роману.
– Ряженые сковали, – пожаловался Роман, кивая на заросших мужиков, похожих друг на друга, как близнецы.
Сняв с Романа наручники, Мельник снова сходил на кухню и, принеся еще стакан воды, выплеснул ее в лицо остроносому.
– Сейчас будем разбираться, – начал он говорить, поднимая за шиворот остроносого.
– Ты его подержи, а я с ним сам поговорю, – попросил Роман, плотоядно улыбаясь и потирая запястье левой руки, только что скованное наручником.