Ядовитая вода
Шрифт:
«При том господин намекнул, что будут платить баксами. Очень похоже, что, несмотря на равнодушный тон нанимателя, человек моей квалификации очень нужен. В любом случае – нечего гадать на кофейной гуще. Будем решать вопросы по мере их возникновения!»
«Не семь тысяч, а от пяти до семи тысяч, – снова напомнил внутренний голос. – Если будет оформление на работу – один разговор, а если просто налом, то сразу видно, что дело нечисто».
«А где ты видел сегодня чистые дела? Или деньги блатных, или партийные, неизвестно откуда всплывшие наличные. Сказки
Город встретил его моросящим дождем и потоками воды, моментально превратившими дороги в автореки, по которым осторожно плелись автомобили, больше похожие на тихоходные баржи.
Пересекая город, Роман не переставал удивляться дорогам, кстати вспомнив крылатое высказывание своего старого товарища по ПДСС (подводно-диверсионной службе). Так называли в СССР отряды боевых пловцов, где Роман прослужил семь лет.
Феликс говорил:
– В Тарабове нет дорог – одно несчастье!
Остановившись перед стеклянным супермаркетом на улице Строителей, Роман предложил:
– Мадам не желает совершить небольшой шопинг?
– Пожалуй! – улыбнулась девушка, берясь за ручку дверцы.
– Подожди немного. Заедем спокойно на автостоянку и, не торопясь, проследуем в магазин, – посоветовал Роман, заезжая через турникет на асфальтированную стоянку сзади магазина.
Сунув пять рублей в протянутую руку охранника, Торопов получил кассовый квиток и ловко поставил машину в третьем ряду, всего в двадцати метрах от входа.
Обернувшись к заднему сиденью, Роман собрал в пластиковый пакет все женские вещи, лежащие там.
– Зачем ты это делаешь? – округлив удивленно глаза, спросила девушка.
– Сейчас ты пойдешь в магазин, купишь себе новые вещи и там же переоденешься. Старые вещи принесешь сюда.
– Зачем? Это вполне приличные вещи, правда, ворованные, – попыталась возразить девушка.
– Вот поэтому от них надо побыстрее избавиться. А насчет ворованных вещей ты не права. Это военная добыча, которую я конфисковал у противника во время проведенного боестолкновения с применением огнестрельного оружия. Даже по законам войны эти действия не подлежат наказанию. Думаю, тридцати минут на приобретение обновок тебе хватит? Вот тебе деньги, трать, не заботясь о стоимости покупок! – приказал Роман, выскакивая вместе с сумкой из машины.
Через двадцать минут, закупив в магазине три комплекта белья для себя, ласты самого большого размера с регулируемыми задниками, маску и трубку и пристроив сумку со старой одеждой в мусорный контейнер возле служебного входа, Роман открывал дверь машины.
Девушки еще не было.
Подождав пятнадцать минут, Торопов завел двигатель, и не торопясь, начал выезжать со стоянки.
У самого турникета женская фигура в кожаной куртке в накинутом на голову капюшоне подняла
– Приятно иметь богатого любовника! – воскликнула девушка и, садясь на переднее сиденье, попросила: – Ты меня подбрось до Детского парка, если можешь.
– Нет проблем, хозяйка! – тоном завзятого таксиста воскликнул, улыбнувшись, Роман.
Снова выехав на улицу Строителей, Торопов предложил:
– Только ты говори, куда ехать, а то я плохо ориентируюсь в городе.
Роман специально не употребил местоимения: свой, твой, стараясь не показать свое отношение к городу, в котором они находились.
Дороги в эти утренние часы были забиты машинами.
Стоя в длиннейшей пробке, Роман невзначай спросил, косясь на точеный профиль девушки, которая сосредоточенно смотрела вперед:
– Ты забыла сказать, как тебя зовут.
– А зачем? Я ведь не интересуюсь твоим именем, – холодно ответила собеседница.
– Я очень хочу тебя увидеть еще! – попробовал возразить Роман.
– Через десять минут мы расстанемся и, скорее всего, навсегда, – спокойно ответила девушка.
– Вот моя визитная карточка. Если я понадоблюсь, только позвони, прилечу к тебе с края света! – как можно спокойнее заметил Роман, делая акцент на последних словах. Он призывно посмотрел на девушку и протянул листочек глянцевой бумаги с золотым обрезом. Затем достал с заднего сиденья сумку с водолазными принадлежностями и положил на колени пассажирки.
Спохватившись, вычеркнул калининградские номера телефонов, оставив только два мобильных. Пока он вычеркивал, девушка расстегнула кофточку и сняв с шеи черный камень на длинной серебряной цепочке, протянула его Роману.
– Это фамильный талисман. Постарайся не снимать его. Если тебе будет угрожать опасность, камень станет чуточку теплее.
У меня не очень экзотичное имя – Анисья.
Закончив говорить, девушка открыла дверцу машины и, несмотря на негодующие сигналы водителей, выскочила на дорогу.
Ловко лавируя между рядами стоящих машин, Анисья перебежала дорогу, и в этот момент хлынул дождь, сразу скрыв не только девушку на противоположной стороне улицы, но и соседние автомобили.
Буквально через минуту ливень прошел. На противоположной стороне улицы никого видно не было. Тротуар был совершенно пуст.
Тяжело вздохнув, Роман надел цепочку на шею, и в этот момент машины тронулись.
Торопов никак не предполагал, что встреча со школьным товарищем состоится так скоро.
Проехав двадцать минут по относительно свободному центру, Роман свернул на боковую улицу и, миновав администрацию Кировского района, вновь свернул направо и, не притормаживая, медленно проехал мимо кирпичной арки, рядом с которой находился дом Володи.
Старый купеческий дом в самом центре города ничуть не изменился. Все тот же потемневший кирпич родового гнезда купца второй гильдии Сазонова, та же железная калитка с узорчатыми накладками и даже потемневшее кольцо из черного металла, которое служило дополнительным звонком.