Яд из бездны
Шрифт:
«А может и в самом деле в её жилах течёт холодная кровь рептилии?» - усмехнувшись, подумал Некрасов.
Он поймал себя на мысли, что неосознанно восхищается её способностью отвлекаться от банальностей и повседневной суеты. Всё что не касалось поставленной задачи, она считала пустяками не заслуживающими внимания. Человеческая жизнь её тоже не волновала, — важнее получить результат, а трупы в канаве на пути к этому результату всего лишь материальные издержки, которые можно с лёгкостью списать на форс мажор.
– Всё хотел спросить!
– оживился Некрасов.
– Кто на той плешине
– Это Тритон!
– кивнул Гаврилов.
– Он у нас отличник. Лучший пулемётчик в учебке был.
Некрасов покосился на салагу и благодарно кивнул. Теперь было понятно для чего Мейер взяла этого юнца в команду. Лучший водитель, лучший командир, лучший стрелок — она подбирала персонал как эффективный менеджер, которому нужны только профессионалы.
Петрович вдавил педаль в пол, и БТР пошёл быстрее. Судя по всему впереди лежал относительно свободный участок дороги, который он хотел проскочить как можно быстрее. Вскоре и объяснение этому нашлось. По дороге и по её обочине тащились десятки фагов, которые завидев движущуюся машину начали протяжно и громко мычать. Стадный инстинкт гнал их на запад, туда где располагался порт с огромной промзоной и сетью складских центров. Серые, облачённые в грязные лохмотья, изуродованные вирусом, истощенные, они шли вперёд, не понимая зачем. Их влекли туда рефлексы, молекулы запаха сулившие утоление голода, какие-то сиюминутные вспышки остаточной памяти в сумеречном состоянии бесконечного прозябания.
– Чёртовы твари!
– процедил Петрович.
– Так и лезут под колёса, ублюдки тупые!
По броне застучали руками. Какой-то особо любопытный фаг сунулся рылом в боковое окошко, за что ту же поплатился, получив ощутимый удар скобой по голове. Некоторые, при виде БТРа, впадали в ступор, стояли столбом на пути и тупо смотрели белесыми глазами в пустоту. Тогда Петровичу приходилось их объезжать, прикладывая весь свой опыт, чтобы старательно обойти препятствие. То ли из принципа, то ли из каких-то суеверных соображений, но давить тварей он не хотел.
– Не люблю такие ситуации!
– выжал из себя водитель.
– Потом жуткие рожи в кошмарах будут сниться.
Злобно зарычал в стороне одинокий ходун, и проклятый участок остался позади.
5
Когда снова стал ощущаться гнилостный запах водорослей, Некрасов начал ёрзать. Воспоминания пятилетней давности вызвали неприятные ощущения душевного дискомфорта. Предстояло вернуться на Призрак, вернуться туда, где всё началось, к порогу за которым смерть, в этот затхлый промозглый бункер, в котором сумасшедший нацист проводил свои жуткие эксперименты. Что он оставил за бронированной дверью, что спрятал за бетонными перегородками?
Машина пошла под гору — значит они спускались к береговой линии. Некрасов поморщился и прильнул к бронестеклу. Несмотря на узость визуального обзора ему хорошо была видна, обветшавшая за годы бесхозности портовая инфраструктура. Ржавые гиганты краны, многорядные залежи контейнеров, брошенные грузовики и множество других атрибутов застывшей навсегда торговой жизни.
–
– насторожился Некрасов.
– На частной пристани, - ответила Мейер.
– До катастрофы там располагался яхтклуб. Мы посчитали, что среди хлама замаскировать наше судно легче всего.
– Его кто-нибудь охраняет?
– Проверенные бойцы, - влез Громов.
– Они прошли хорошую подготовку, так что никаких сюрпризов быть не должно. Близко жмуров не подпустят.
– Знаю я вашу подготовку, - пробурчал Некрасов.
– Прежде чем лезть в пекло, советую осмотреться. А-ну Петрович — притормози у крайнего ангара.
Водитель стрельнул взглядом в сторону Мейер и едва заметно пожал плечами.
– Выполняй!
– выдержав паузу, бросила женщина.
– Осмотримся на всякий случай...
Петрович послушно остановил машину, но двигатель глушить не стал.
– Останови и движок!
– посоветовал Некрасов.
– За последние пять лет мир стал намного тише. А рёв твоего мотора слышен на сотни метров вокруг. Боятся нужно не только мертвяков, в порту могут ошиваться мародёры, которым вскрыть эту консервную банку дело нескольких минут.
На этот раз получать одобрение со стороны босса Петрович не стал. Он заглушил движок и невозмутимо откинулся на спинку кресла.
Некрасов перебрался к выходу, и секунд десять все сидели молча, прислушиваясь к звуковому фону снаружи. Тихо завывал в отдушинах ветер, где-то над головой поскрипывали провисшие провода на столбах. Убедившись, что поблизости никто ногами не шаркает, бывший майор открыл боковой люк и высунул наружу ствол автомата. Подождал ещё несколько секунд, потом распахнул дверь и выскочил из бронекапсулы.
БТР застыл посреди дороги спускавшейся к пристани. По правую руку ржавый ангар, закрывавший машину от посторонних глаз, по левую небольшая рощица, за которой виднелась серовато-зелёное суровое море. В полу-километре от точки где они остановились виднелась деревянная пристань, к которой были пришвартованы несколько потрёпанных, никому уже не нужных яхт. Напротив пристани возвышалось двухэтажное административное здание.
Некрасов вскинул автомат и прильнул к окуляру оптического прицела. Внимательно осмотрел лежащую поблизости от пристани территорию и удовлетворённо ухмыльнулся.
– Что-нибудь обнаружил?
– послышался за спиной голос Громова.
– Всё что нужно для правильных выводов, - ответил Некрасов.
– Думаю, кое-кто нас уже там дожидается. Зови сюда Мейер!
Но звать её не пришлось, она стояла позади, а Гаврилов прикрывал ей спину.
Глава 35
1
Пристань из палубной доски, прямым выступом уходила в море метров на тридцать. Доски немного покоробились, местами вздыбились и почернели. Две полузатопленные яхты торчали из воды кормой вверх, третья, чуть завалившись на правый борт, всё ещё держалась на плаву. Толстый манильский канат закреплённый на кнехте не давал ей отправится в последний дрейф. Но это только пока. Очередной зимний шторм наверняка завершит начатое в прошлые сезоны и добьёт этот реликт роскошной жизни о сваи причала.