Яд из бездны

Грегор Павел

– Гляди!
– толкая командира локтем, процедил Некрасов.
– Вон куда дохляков спихнули.

Под последним пролётом лестницы, в широкой промоине, которой заканчивалась сточная канава, валялись трупы фагов. Их свалили в кучу как ненужный хлам. Обезображенных вирусом, покалеченных пулями, источающих миазмы.

От лестницы до здания яхтклуба было не больше тридцати метров. Преодолеть их дело нескольких минут, но Некрасова смущала стеклянная дверь запасного выхода, которая выходила прямиком на первый пролёт. Если там находился дозорный, то незамеченным их визит точно не останется. Вояки противоборствующей стороны

поднимут шум и всё закончится полнейшим разгромом.

– Думаю, они заняли позицию на втором этаже, - словно прочитав мысли, сказал Громов.
– Забаррикадировались в комнате с окнами выходящими на пристань, чтобы была возможность отступить по крыше если какая напасть. Это входит в программу выживания. Нас этому учили!

– Тогда пошли!
– кивнул Некрасов.
– Надеюсь, ты прав, и нас не нашпигуют пулями на полпути к цели!

Они быстро спустились по лестнице и подбежали к домику. На всякий случай Некрасов дёрнул за дверную ручку, автоматически, без какого-либо расчёта на удачу. Разумеется дверь оказалась запертой. И это понятно — оставить вход открытым всё равно что пригласить мертвяков на ужин. А уж как эти твари умеют подкрадываться и внезапно атаковать наверняка отлично знали и в Обители.

Взламывать дверь, значит выдать себя с головой, нужен был какой-то другой вариант менее шумный и более эффективный. Некрасов торопливо заглянул за угол и обнаружил пожарную лестницу ведущую на крышу. Первая ступенька находилась от земле в паре метров. Хорошо оттолкнуться, подтянуться и быстренько вползти на крышу.

– Туда!
– кивком указал он.
– Я видел слуховое окно. Проникнем через него на чердак, а там уж...

– Советую поторопиться!
– зашептал Зараза.
– Гляди! Фаги уже под носом болтаются.

Некрасов и сам уже заметил нескольких выродков, которые бесцельно бродили по мокрому песку. До них метров сто. Но что эти сто метров, если твари почувствуют поживу?

– Давай толстяк!
– бросил Некрасов.
– Ты первый!

Он толкнул Веню в спину, и тот послушно бросился к лестнице. Подпрыгнул, вцепился в железную скобу и, извиваясь словно жирный червяк начал перебирать руками постепенно подтягивая тело всё выше и выше.

3

Слуховое окно было приоткрыто. На облезлом отливе лежало скособоченное гнездо какой-то птицы, в котором белели пёстрые скорлупки. Прошлогодняя листва забившаяся в зазор между коробкой и створками, пучок серой травы, намертво прилипшие к стеклу рыбьи косточки — кто открыл окно и когда, оставалось только догадываться, впрочем это было не важно — главное им не нужно ничего ломать и соответственно шуметь.

– Первым пойду я!
– предупредил Громов.

Он слегка надавил на створку, и та подалась внутрь. Приглушённо скрипнула, заставив поморщится. Потом во что-то упёрлась. Давить дальше рыжий не стал. Осторожно протиснулся в чердачное помещение и открыл створку полностью.

– Накидали всякого барахла, - зашептал он.
– Не споткнитесь! Тут повсюду старая мебель.

Некрасов забрался в комнату и отошёл в сторону, чтобы освободить дорогу Заразе.

Пахло затхлостью, мокрыми тряпками и мышами. По-видимому крыша протекала, и во время дождей ненужное никому барахло напитывалось влагой, которая испарялось только в летние сезоны. Паутина по углам,

чёрная плесень разукрасившая дощатые стены, всюду следы бесчинства грызунов. Кучки источенной бумаги, опилки и мышиное дерьмо.

Впереди стеклянная дверь. За пыльным, мутным стеклом призрачные отблески электрического света. Некрасов осторожно подобрался к двери, надавил на ручку и слегка её приоткрыл.

За дверью металлическая площадка и крутая лестница ведущая вниз. Поначалу он ничего не услышал, но через пару секунд до слуха донеслось шуршание, — такие звуки мог издавать человек который долго стоит в одной позе и от скуки переминается с ноги на ногу. Бывший майор потянул носом и, ощутив запах кофе, криво улыбнулся. Противник себя открыто светил, нисколько не заботясь о маскировке. Впрочем, спецов можно было понять — атаки со стороны Живых они не ждали, а людоеды предупредят о своём визите заблаговременно. Будут шаркать, мычать, тупо ломиться в двери. К тому же чужие парни были просто уверены, что выполнив инструкции, они всё предусмотрели и никаких неожиданных ситуаций быть просто не может.

«Расслабились тупицы! Кофейком балуются!
– злорадствуя подумал он.
– Разве можно полностью доверяться инструкциям? Наверняка их писали теоретики, которые никогда не выбирались за пределы Обители».

Некрасов жестом дал понять, что нужно соблюдать полную тишину. Выскользнул на лестничную площадку и крадучись двинулся по лестнице вниз. Соблюдая дистанцию, его компаньоны пошли следом.

Ступенька, ещё ступенька. Холодный свет кемпингового фонаря отбрасывал на обшарпанную стену размытое белое пятно, в котором застыла рыхлая человеческая тень. Наверняка эта тень принадлежала дозорному следящему за пристанью.

Когда Некрасов дошёл до середины пролёта он уже представлял с какими силами придётся столкнуться и решение задачи представлялось ему простым как вареная картошка. Прикончить этих олухов дело нескольких секунд. Один стоял у окна. Снайперка, словно разомлевшая от тепла кошка, лежала на руках с направленным в паркет стволом. Второй спал на стоявшей в углу раскладушке. А третий сидел в плетённом кресле и, подсвечивая себе фонарём, читал какой-то древний журнал. В одной руке он держал алюминиевую кружку с кофе.

Видимо стоявший у окна что-то почувствовал. Парень резко повернул голову и уставился на Некрасова расширенными от удивления глазами.

– Стой смирно, мразь!
– рявкнул из-за спины Громов.
– А не то!..

Но вояка со снайперкой стоять смирно не собирался. В себя он пришёл быстро. На его лице отразилась присущая решительному человеку злость. Он молниеносно развернулся и вскинул винтовку.

Что случится дальше Некрасов понимал отлично — парень просто спустит курок и размозжит кому-нибудь башку.

Но первым выстрелил Громов. Пуля из его АК попала снайперу в правое плечо, прошила его насквозь и застряла в стене.

Раненный громко вскрикнул и, выронив винтовку завыл от боли.

– Ну что подонки, весело было убивать моих парней?
– выступая вперёд, процедил рыжий.
– Наверное, на премиальные рассчитываете, суки?

Громов подскочил к сидевшему в кресле, вышиб из его руки кружку и крепко приложил кулаком в лицо. Вояка беспомощно охнул и наклонился вперёд.

– У меня слабые сосуды!
– хватаясь за сломанный нос, проговорил он.
– Зачем же так бить?