Яд древней богини

Солнцева Наталья

–  А вы бывали в том доме, который березинцы называли «собачьим»?

–  Ни в «собачьем», ни в «кошачьем», - саркастически произнес Демьян Васильевич.
– Что за выдумки? Зоопарк какой-то. Это сестра вам наговорила? Вы ее меньше слушайте. У нее фантазия играет, а люди верят. Так легенды и родятся: один что-то сочинил, второй добавил, третий приукрасил, четвертому показалось…

Он осекся под внимательным взглядом гостя. Не многовато ли эмоций для опровержения сестриной болтовни?

–  Понятно, - с наигранным разочарованием кивнул Смирнов.
– Выдумки,

значит. Жаль! А с Маврой Ершовой вы случайно не знакомы?

–  Первый раз слышу.

Локшинов ответил чересчур быстро и уверенно. Ему бы хоть пару секунд подумать, прикинуть.

–  Возможно, она известна вам как Мавра Виленина?

–  Нет, не знаю.

–  Тогда посмотрите на эту фотографию, - предложил сыщик, доставая раздобытый Евой снимок.
– Будьте внимательны, пожалуйста.

Демьян Васильевич побледнел еще до того, как взглянул на фото - вынужден был взглянуть. Черты его лица заострились и окаменели.

–  Что вы скажете? Знакома вам эта женщина?
– Всеслав указал пальцем на Ершову.

Локшинов хрипло вздохнул, отрицательно покачал головой. Он хотел и не мог отвести глаз от снимка.

–  Не знаю… - с трудом вымолвил он.
– Откуда у вас… Что вам от меня нужно?

–  Я составляю хронику…

–  Не лгите, - разозлился Демьян Васильевич.
– За кого вы меня принимаете? За идиота? Приходите, копаетесь в наших с сестрой семейных отношениях, задаете дикие вопросы о каких-то «собачьих» домах, оборотнях! Может быть, вы из «желтой» прессы? Или из секты какой-нибудь? Я не артист, не политик, не спортсмен… почему вы явились именно ко мне? Да-да, - махнул он рукой, - вас Евлания ввела в заблуждение. Уходите, будьте любезны. Я ночь отдежурил, плохо себя чувствую, спать хочу! До свидания, господин хороший. А еще лучше - прощайте!

Сыщику ничего не оставалось, как подняться и двинуться к выходу. Уже в коридоре он обернулся к Локшинову, протянул специально заготовленную для подобных случаев визитку с номером телефона, сказал:

–  Мавра умерла… при невыясненных обстоятельствах. Похоже, кто-то расправляется с участниками прошлых событий. Будьте осторожны и позвоните мне, если вдруг что-нибудь вспомните.

Демьян Васильевич так хлопнул дверью, закрывая ее за «краеведом», что у Смирнова зазвенело в ушах. Последние реплики он придумал на ходу. Надо же было как-то расшевелить господина Локшинова, заставить его заговорить.

Глава шестнадцатая

–  Нам следует поторопиться, - говорила Ева.

И Всеслав соглашался с ней. Поэтому пока он ездил к Локшинову, она отправилась на встречу с Гордеем Рудневым. Тот не скрывал своего удивления.

–  Мне предстоит прогулка по парку в обществе красивой женщины?
– усмехнулся он.
– А я думал, у господина Смирнова есть новости. Интересные у него методы!

–  Главное - во всем разобраться, - сказала Ева.
– И побыстрее. Вы же не хотите, чтобы…

–  Не хочу!
– перебил ее Руднев.
– Считайте

меня трусом, паникером, кем угодно… но мне начали сниться кошмары, я вздрагиваю от телефонных звонков. Жена взяла отпуск за свой счет. Мы боимся нанять няньку для сына! Перестали встречаться с друзьями, не открываем двери соседям. Это безумие пора прекратить!

Ева кивнула. Тут у них с Рудневым не было разногласий.

–  Господин Смирнов поручил мне ознакомить вас с некоторыми фактами из биографии вашей матери, - серьезно сказала она.

–  Вы ему помогаете?

–  В некоторых вопросах. Я стажер, - засмеялась Ева.
– Вам приходилось бывать в Березине, на родине покойной Екатерины Максимовны?

Было видно, что слово покойной резануло слух Руднева: по его лицу пробежала тень.

–  Нет… к сожалению. Мама редко вспоминала детство, молодость, сама не ездила в Березин и нас не приглашала. Как-то тетка еще при ее жизни обмолвилась, что у них там остался дом без присмотра, наверное, развалился от времени. Мама промолчала.

–  А что за дом? Почему они его не продали?

–  Со слов тетки, дом деревянный, плохонький. Кто его купит?

–  Знаете, у вашей мамы в Березине был парень… которого она любила - жених.

–  Правда?
– удивился Руднев.
– Вот не подумал бы. Хотя… почему бы и нет?

–  Екатерина Максимовна работала в больнице медсестрой, - продолжала Ева.
– А он - вроде бы инженером по электрооборудованию или по технике безопасности. Собирались они пожениться, свадьбу сыграть. Но… жених оказался ненадежным, увлекся другой женщиной, и…

–  Я понимаю, - перебил ее Руднев. Ему было неприятно говорить о прошлом матери.
– Разве это относится к делу?

–  Выслушайте меня до конца, Гордей Иванович, наберитесь терпения. Так вот… Катя Зотова - это девичья фамилия вашей мамы, очень любила жениха, и его измена оказалась слишком сильным ударом для нее. Она умоляла парня вернуться, но он наотрез отказался. И тогда… Катя решила прибегнуть к последнему средству - услугам «пришлой» ворожеи, гадалки. От отчаяния, от невыносимого горя она пошла на этот шаг.

–  Простите, - снова перебил ее Руднев.
– А зачем она пошла к этой… ворожее? Погадать?

–  Возможно, - кивнула Ева.
– И погадать, и взять приворотное зелье, например. Чтобы вернуть жениха.

Гордей Иванович скривился. Такие подробности из жизни матери пришлись ему не по вкусу.

–  Мама не была суеверной, - возразил он.
– Я не помню, чтобы у нас в доме речь шла о колдовстве или гадании. Тем более - о каких-то зельях. Вы ничего не путаете?

–  Если и да, то не по существу, а в деталях. Березин - городок маленький, сплетни разносятся с быстротою молнии, и подобное происшествие обратило на себя внимание обывателей. Раз о нем до сих пор помнят! Значит, кто-то видел, как ваша мама посещала «пришлую» колдунью, или Катя сама проболталась. Поделилась с подругой своим горем: на что ей пришлось пойти ради любви. Слушайте дальше. Жених Кати Зотовой - теперь уже бывший - вдруг заболел, зачах и… умер.