Я знаю

Левина Кира

— Верю, — улыбнулась я. — Мои волосы ещё одному парню нравятся.

Я смущённо поправила прядь.

— Так и знала, что это не учёба, — рассмеялась мама. — А парень-то тебе нравится?

— Конечно, — радостно кивнула я. — Он сын одного хирурга. Мой, кхм, одногруппник.

— Федя Магомаев? — напрягла память мама.

— Нет-нет. Я тебе про него никогда не рассказывала.

Ни разочка за три с половиной года.

— Расскажешь? — мамины глаза аж заискрились.

— Да пока нечего рассказывать. Вчера

только первое свидание было.

Опуская некоторые подробности, конечно. Но вчерашнее свидание действительно было первым.

Входная дверь открылась. Мы с мамой синхронно повернулись в сторону прихожей.

— Девочки мои! — на всю квартиру прокричал папа, разуваясь.

— Саша, не рано ли? — сразу стала в позу мама.

— Рано что?

— Ты думаешь, что я не поняла, куда ты лыжи навострил, хитрый жук!

— Леночка! Какие такие лыжи?

Я радостно наблюдала за шутливой перепалкой родителей, как вдруг вспомнила, что обещала написать Давиду, когда приеду.

Забыла.

Быстро подскочила, подлетела к сумке в поисках телефона.

Один пропущенный.

Перезвонила. Ответил сразу.

— Да?

— Давид, привет.

— Здоровались уже, — усмехнулся парень. — Как доехала?

— Хорошо, — ответила я, направившись в свою бывшую комнату. На душе стало так легко и тепло, что мамин пирог с мятным чаем даже рядом не стоял.

Я хотела к Давиду. Вот прямо сейчас. Да, я хотела пропустить сегодняшний такой любимый вечер с родителями, когда мы пересматривали какой-то старый фильм по десятому разу, и уехать.

Это что-то невероятное.

— Ася?

Мне почему-то показалось, что Давид без слов всё понял. Каждую мою мысль.

Я в шоке осмотрелась. Домой же приехала. К родителям. Куда меня всегда тянуло. Что со мной вдруг случилось?

— Ты встретишь меня завтра? — охрипшим голосом спросила я.

— Конечно.

— Какие сегодня планы?

— На юбилей к Смолину-старшему пойдём. А у тебя?

— Фильм будем смотреть.

— Какой?

— "Белые росы" давно не пересматривали, — прилегла на кровать, прижимая телефон близко-близко к уху.

— То есть на приключенческие боевики в кино тебя даже не приглашать? — по голосу было слышно, что Алиев улыбается.

— Приглашай. С тобой на любой фильм пойду, — прошептала я.

Давид шумно вздохнул.

— Во сколько ты завтра приезжаешь?

— В пять с чем-то вечера.

— Понял.

— Побегу, меня мои потеряли, — с сожалением сказала я, слыша, как мама зовёт меня с кухни.

— Пока. Напишу?

— Напиши. Пока, Давид.

Я с нежностью уставилась в экран. Мама, постучавшись, заглянула в комнату. Увидев меня с телефоном в руках, испуганно зашептала:

— Говоришь с кем-то?

— Уже всё, — поднялась с кровати. — Что у вас там? Всё-таки рыбалка?

Мама всхлестнула руками.

— Так первого

января мужиками собираются, представляешь? Других дней у них нет. Ох, сил нет.

Я хмыкнула. Мама ругалась для вида. Она ещё ссобойку завернёт по высшему классу и в термосе чай заварит.

Смотрели вечером действительно "Белые росы". Папа тоже решил, что давненько этот фильм мы все вместе не пересматривали.

И в первый раз за все наши семейные вечера я улетала мыслями. Не за смеющимися и обнимающимися родителями я с любовью наблюдала. Не за сюжетом фильм я следила.

Вместо этого я чуть ли телефон не обнимала.

"Спокойной ночи, Ася. Скучаю"

Глава 19

Я никогда так не спешила к выходу из вагона.

Стоит весь такой красивый на перроне в расстёгнутой куртке под падающим снегом. И каждый прохожий на него смотрит, а Давид и не замечает. Смотрит на меня.

— Привет, Давид, — первой поздоровалась я.

Алиев просто продолжил мне улыбаться, не двигаясь с места. Я так соскучилась за эти полтора дня, что мне захотелось прижаться к груди, обтянутой чёрным свитшотом. Но Давид не спешил меня обнимать.

Боже, как ему вообще не холодно!

— Пожалуйста, пойдём куда-нибудь под крышу, — не выдержала я.

Потянула парня за локоть в сторону вокзала.

Тот перехватил мою ладонь, забрал вещи и повёл в другую сторону. Видимо, на парковку.

— Как съездила? — как бы, между прочим, спросил Давид.

— Хорошо. Представляешь, я заснула на семейном киновечере. Папа так расстроился.

— Насыщенная неделя?

— О, кстати, на этой неделе цикл по Общественному здоровью и здравоохранению. Старшекурсники говорят, что, эм, полная лафа.

— Старшекурсники? — переспросил Давид, открывая багажник.

Да, вряд ли, мне это кто-то, кроме Саши Гордеева говорил.

В машину я не села. Подождала, пока Алиев уложит вещи. Он подошёл ко мне, открыл пассажирскую дверь.

Я не двинулась с места.

— Садись, поздно уже, — с какой-то ехидцей в голосе произнёс он. — Ещё надо к паре подготовиться.

Скривилась.

— Говорю же, лёгкий цикл.

— Громова, ты заболела? — Алиев в шутку приложил мне ладонь ко лбу.

— Нет, — помотала я головой.

— Тогда чего стоим?

— Почему ты не целуешь меня? — вдруг смело спросила я.

Алиев рассмеялся.

— Ты думаешь, что я шутил, когда сроки обозначал?

— Ясно, — отвернулась я. Сама же всё это придумала. За что боролась — на и то и напоролась.

— Давай один маленький, — хитро улыбнулся Давид.

Я в конце стушевалась.

— Громова, кому рассказать, не поверят, — тихо сказал Алиев.

Медленно нагнулся. Я затаила дыхание. Давид нежно прижался своими горячими губами к моим. Одна, две секунды. Сердце сделало переворот и застучало, кажется, в три раза быстрее.