Я злая. Просто у меня глаза добрые...
Шрифт:
— Вы знаете, что это может быть за существо? — спросила я, облокотившись на стенку.
— Не знаю, это может быть, что угодно, — Мартин принялся перечислять. — Призрак, демон, чудовище… Что угодно.
— Сколько пострадавших уже есть? — спросил Дин.
— Пятеро, — ответил мужчина. — Все списывают на самоубийство, но это не так.
— Ты сам, выдел эту тварь? — спросил теперь уже Сэм.
Мартин опустил глаза вниз. А после лишь отрицательно покачал головой. Печально.
— Ну, а вообще, кто-нибудь её видел? Ну, эту тварь? — спросила
— Ну… пара пациентов видели мельком, — рассеянно ответил тот. — Но этого мало.
Ну да, если вот бы еще эти несколько свидетелей вменяемыми были.
— А им можно верить? — в унисон моим мыслям спросил Дин.
— Конечно, - уверенно сказал Мартин. — Почему нет?
В этот момент мимо нас протанцевала… бабулька с воображаемым кавалером. Винчестеры и я странно на неё покосились.
— Действительно, — пробормотала я себе под нос.
— Я знаю, вы считаете ненормальным, — о, да, именно так мы и думаем. — И это так. Но я бы не позвал бы вас сюда, если бы не знал наверняка, что здесь что-то есть. Я это чую нутром!
Когда мы начали спрашивать о телах, выяснилось, что у этого Мартина нервный тик и он не подходил к телам. Печально все же. И в этот момент, к нам заявился этот гребаный психиатр.
— Алекс, Эдди, Марлен, рад, что вы находите друзей, — док развел руками. — Почему бы вам не посетить общий сеанс разговоров?
Я покосилась на этого доктора.
— Не смей называть меня этим гребаным именем, смертный, — прошипела я, вставая из-за стола.
Мне не оставалось ничего иного, как идти следом за Сэмом. Правда, я услышала, как док что-то сказал Дину.
— Я хотел бы определить вас в дневную группу.
Дин странно переглянулся с нами.
— В смысле? — переспросил Винчестер.
Психиатр сморозил какую-то ахинею на счет того, что привязанность братьев друг к другу негативно влияет и прочее бла-бла бла…
— Слушай, я не хочу, чтобы твой родственник оставался один, — прошипела я на ухо Сэму. — Вдруг его чем-то огреют?
— Ты так говоришь, будто я могу что-то поменять.
Мы с ним (а еще с этим странным Мартином) шли по коридору. Наш док отвел нас в какую-то комнатушку, где кроме психов не было никого. И из адекватных были только я, Винчестер и док. Хотя, в адекватности последнего я, опять же-таки, сомневалась.
Все сидели на стульях в кружочке. Если Мартина посадили рядом с Винчестером, то меня ткнули между парнем, который на вид (повторяю: ТОЛЬКО НА ВИД) казался адекватным, и девушкой, которая шептала что-то сама себе.
Док предложил нам высказаться. Естественно желающих было “лес рук”. Разве что парень, который на долю секунды показался мне вменяемым, начал тянуть руку вверх и дергаться, словно в конвульсиях. Теперь я не сомневалась в его неадекватности.
Скажу сразу — в разговор я не вслушивалась, пересказывать его не собираюсь. Единственное, что я запомнила — это то, что тот самый парень видел какого-то чудовища. Конкретнее он не высказывался,
— Довольно, — док прервал тираду того психа. Меня передернуло, когда он повернулся ко мне. — Марлен, думаю, что было бы не плохо, если бы все послушали твою историю.
Я ошарашено уставилась на дока. Боковым зрением увидела, как Винчестер дернулся в ухмылке. Что ж, раз это психушка, надо вести себя подобающе, не так ли?
— Мою историю? — я выгнула бровь, цепляя на лицо кислую улыбку. — Идите в задницу, дорогой доктор! Мне и так сдохнуть хочется в этой богадельни, а вы еще и хотите, чтобы я вам душу выставила, которой у меня нет? Как я уже говорила, идите в задницу!
После этой великой тирады я откинулась на спинку стула, скрестив руки.
Больше меня никто не трогал. К концу этого собрания, я могла вздохнуть свободно. Из палаты я вышла самой первой, поджидая у двери Сэма с Мартином.
— Шер, ты нам все испортишь! — сразу же заявил тот, как только подошел ко мне.
— Здесь разговаривают сами с собой люди и Наполеоны живут в одних комнатах с Клеопатрами, хочешь сказать меня заподозрят в нормальности, если я пошлю в зад доктора? — едко поинтересовалась я.
— Нам надо не высовываться, — устало произнес Сэм, понижая голоса. — Ты же только и делаешь, что заставляешь лишний раз вспомнить о нас.
— А может мне нравится привлекать внимание! — прошипела я в ответ. — И вообще, лучше шагай искать Дина!
Толкая Винчестера в спину, я отправила его по коридорам. Хотела и я пойти вслед за ним и нашим приятелем Мартином, но не тут-то было… Только я свернула за угол, чтобы догнать Сэма, как меня загребли два хмыря под руки.
— Эй, это что за прикол, парни? — ощетинилась тут же я, когда меня начали толкать вперед.
— Вам прописаны посещения групповых занятий, — сухо ответил один амбал.
— Какие на хрен занятия?! — начал извиваться я в крепких руках. — Шагайте на все три буквы, пока я не разфигачила вам рожи!
Правда это угроза была блефом — я не могла даже табуреткой замахнутся, не то, чтобы колотить кого-то!
Меня закинули в какую-то комнатушку. Закрыли дверь снаружи. Ну ладно, твари, я еще покажу вам! Никто, ничего не говорил. В этой комнатке, кроме меня, сидели еще четверо. Здесь стояли койки, пару тумбочек. Что-то мне подсказывало, что меня поселили к очередным психам.
Честно? Я не понимаю, какие еще групповые занятия? Мы все впятером сидели вместе, санитары снаружи, а тут занимались кто чем хотел. Впервые мне стало стремно оставаться наедине с людьми. Честно.
— Ты… ты она! — с восхищенным криком бросился ко мне один псих. Старик руками тыкал мне за спину, повторяя: — Ты она! Ты она!
Короче, стукнула я того старикана об стенку пару раз, он и отвязался. В общем… Это был ад.
От отчаянья я начала орать под дверью:
— Свободу! Попугаям! — я прислонилась к двери лицом. — Выпустите меня, твари! Или, клянусь Люцифером, я превращу вас в фарш!