Я злая. Просто у меня глаза добрые...
Шрифт:
— Я хочу, чтобы ты помнила, кто ты, — шипел на ухо голос. — Ты моя кукла. Не более того.
И снова он вонзает в меня лезвие ножа. Я уже не могу даже хрипеть, связки не выдерживают от криков, которые следуют за приступами боли. В голову врезались воспоминания:
“— Извини, если что, — услышала я у себя над ухом голос Сэма. — Дин ко всем относиться так подозрительно.
— А чего ж ты так не делаешь? — выгнув бровь, спросила я так же тихо. — Не относишься со всей подозрительностью ко мне?
— У тебя добре глаза, —
Снова боль заставляет картинки уйти. Я слышу, как его холодные пальцы проводят по коже, от чего волна боли разливается по всему телу. Я пытаюсь вырваться из этих объятий, пытаюсь встать, но тщетно. Снова в голове всплывают моменты из недавних дней:
“— Ты хотел услышать, что я привыкла к такой жизни?! Привыкла присматривать за вами?!
— Нет, — упрямо продолжал Сэм. — Хочу услышать, что тебе нравиться быть не одной, нравится быть не злой.”
В голове шелохнулось тепло. Я бы хотела улыбнутся, но новые порции ударов не позволили этого. Моя кровь ручьями стекала по моему телу. Знакомый металлический привкус во рту заставил меня сплюнуть кровь на пол.
— Не смей уходить от меня в воспоминания! — шипел голос. — Я достану тебя оттуда и буде хуже.
— Хуже некуда, — прошептала я, с трудом шевеля языком.
Послышался хриплые смешок. Уже привычная боль снова вспыхнула внутри. Вокруг все туманилось от кровавых слез.
— Ты говорила, что твой кумир — ты сама, — слышала я над ухом слова Люцифера. — А так ли это?
Он вздернул меня за руку и посмотрел мне в глаза. Ему не надо было читать мысли или копаться в моих чувствах, чтобы понять, что я соврала. Да я и сама это понимала. Всегда моим кумиром был Люцифер. Он вселял в меня трепет и благоговение. Только он мог вызывать во мне разные чувства, на что не был способен ни один смертный.
“— Это я ожидала услышать от всех, кроме тебя, — тихо произнесла Джо. — Хоть ты не поддавайся этому порыву привязанности.”
“— И все-таки, ты не такая уж и злая, какой хочешь казаться, — однажды сказала Джо, когда мы сидели с ней вдвоем — её мать пошла помогать Винчестерам.
— У тебя глюки, крошка, — ответила я, усмехнувшись.
— Возможно, — согласилась она. — Но тебя выдают глаза.
— Что же такого в моих глазах, что заставляет тебя так заблуждаться? — спросила я, прикладывая влажную тряпку к месту, где зияла рана.
— Сострадание, — тихо ответила она.”
Воспоминания поглощали меня всякий раз, когда я теряла сознание от пыток. Я пряталась в них от боли, от него. В какой-то момент мне просто надоело. Надоело, что он обращается со мной, как с вещью. А ведь я живое существо.
— Ошибаешься, ты существо, но не живое, — в унисон моим мыслям прохрипел Люцифер.
— Зависть, — прохрипела я. — Тебя одолевает зависть.
На миг его лицо вытянулось. Когда он понял к чему я веду, он резко схватил меня за шею и приподнял вверх, что мои ноги болтались в воздухе.
—
— Замолчи, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Или клянусь, я уничтожу тебя.
— Или же ты боишься этой жалости, — продолжала я сиплым голосом. — В любом случае ты не тот, кем хочешь казаться.
— А ты по себе судишь, верно? — ехидно поинтересовался он.
Я промолчала. Не помню, в какой момент мне удалось выдернуть из руки Люцифера клинок. Но после этого, мне хотелось, чтобы он понял, что я не просто кукла. Не просто марионетка. Я пронзила спину Люцифера клинком и проткнула себя. Наверное лезвие вышло с другой стороны меня…
Послышался крик. Крик дьявола, смешанный с моим стоном. Как я уже говорила, не было сил кричать.
— Я ненавижу тебя, Люцифер! — прошипела я. Резким движением я вытащила из нас клинок, чем заставила ослабнуть себя и закричать сатану. — Ты никогда не узнаешь, что ранило тебя! Не увидишь, как я приближаюсь! Я заставлю тебя страдать… Этот ад, что ты поселил во мне.*
Обхватив запястье дьявола, я ухватилась за его силы. Когда он создал меня, те самым воздвигнув между нами цепь. Теперь и расплачивайся за эту цепь. Мне удалось немного потянуть сил с дьявола, чтобы хватило на принуждение.
— Отправь меня отсюда прочь! — воскликнула я, глядя в его глаза. Они светились гневом и злостью. Мне было страшно, но я должна попытать удачу. — Отошли меня и не ищи!
Спустя мгновение взгляд Люцифера замер на мне. Я почувствовала, что теперь во мне не осталось никаких сил, чтобы можно было сопротивляться или снова принудить его.
Что ж, видимо, и не понадобилось. Просто в какой-то миг свет заслал глаза. И в следующий момент я, шатаясь, стояла на дороге. Как я поняла, что это дорога? По тем фарам, которые с бешенной скоростью неслись на меня. Резкий удар. Я мутно помню, как машина сбила меня. Помню, даже, как перелетела через капот автомобиля. И вот тогда от потока боли я окончательно вырубилась, не в силах терпеть это. Я была благодарна той тьме, которая поглотила мой рассудок.
***
Голоса. Слишком много голосов вокруг. Еще и этот противный свет, который проникал под веки, раздражал меня. Но, когда я хотела открыть глаза, это оказалось сложнее, чем я думала. Я поморщилась. Ладно, глаза не открываются, попробуем пошевелить пальцами рук, ног. Там было больше прогресса, чем с веками. Уже хорошо.
— И все же, я не уверен, она ли это, — услышала я голос.
Ох, либо у меня конкретные глюки, либо я в раю. И он тоже там. А что, логично!
— Пернатый, — я ужаснулась, как хрипло звучал мой голос.