Я злая. Просто у меня глаза добрые...
Шрифт:
Решив для себя, что лучше обезопасить себя лишний раз, я скрыла от окружающих свою природу. Правда, это затронуло такую уйму сил, что шла к машине я слегка пошатываясь.
Психиатрическая больница Гленвуд Спрингс мне не понравилась сразу. Серая, с пустыми окнами, с тошнотворными газончиками вокруг самого больничного крыла. В общем, сплошная жуть.
Точно так же, как мне не понравилась больница, мне не понравился кабинет психиатра. До ужаса все миленько, чисто и правильно стоит. Тьфу! Винчестеры уселись в кресла напротив стола психиатра.
— И так, вас направил ко мне доктор Барвар из Чикаго, — медленно произнес психиатр. Он был высоким. относительно стройным. В очках. И прическа — полу лысый. Не совсем мой тип.
— Верно, — кивнул Дин. — Понимаете, мне кажется, что он просто не смог разобраться во всем. Поймите, мой брат… Он немного того…
— Псих он, вообщем, — подала я голос с дивана. Слегка присвистнула и покрутила пальцем у виска.
— Ну, ну, не стоит этого ни делать, ни показывать, — надзидательным тоном произнес док. — Расскажи-ка, как ты себя чувствуешь, Алекс.
Сэм, (не будем же мы под своими именами идти в дурку) который молчал до этого, обратил свое внимание на дока.
— Понимаете, я в полном порядке, — начал говорить тот. — Ну, разве что, может, только подавлен.
— Я могу узнать, почему? — мягко спросил док, все так же глядя на историю болезни.
— Не знаю, — Сэм пожал плечами. — Наверное, потому что я начал Апокалипсис.
После этой фразы док перестал созерцать до жути интересную папку с историей болезни, и посмотрел на Сэма. И это был взгляд: “Я психиатр. И я могу с уверенностью сказать, что ты псих”. Доктор перевел свой взгляд на Дина. Лица парня я не видела, но с уверенностью могу сказать, что у него на лбу было написано: “Видите, точно псих”. Я молча сидела на диванчике и рассматривала свои ногти.
— Ты думаешь, что ты начал его? — голос доктора звучал мягко и осторожно, словно боялся спугнуть своего нового 100% клиента.
— Ну да, просто… — Сэм начал жестикулировать. — Я убил демона, Лилит. И тем самым, случайно освободил Люцифера из ада. И мы пытаемся остановить его.
— Кто… мы? — похоже изумлению дока не было предела. А ведь это Винчестер только вкратце рассказывает.
— Ну, мы — я, с братом, она, — Сэм кивнул головой в мою сторону. — Ах, да, ангел еще.
— То есть, это ангел на твоем плече? — переспросил док, похлопывая себя по плечу.
— Нет, нет, — запротестовал Винчестер. — Его зовут Кастиил, и он носит плащ.
Мда, выражение лица дока было просто комичным. Кажется, он впервые видит такого психа на своем веку. И не удивительно.
— Видите, док, он винит себя в этом уже несколько месяцев, — устало сказал Дин. — Апокалипсис не его вина.
— Не его? — док теперь странно косился на Дина.
— Ну да, — все слова Дина звучали ну уж через чур буднично. — Другое дело Руби, которая подсадила его на кровь демонов. Под конец, он буквально, хлестал её!
Пока Сэм грустно опустил голову, психиатр продолжил что-то записывать
— Понимаете, мой брат вовсе не плохой, — Дин развел руками. — Просто он был под кайфом!
Док снова странно покосился на братьев.
— Подлечите его, док, — оживленно произнес Дин. — И мы поедем дальше колесить по миру, истребляя нечисть.
— Хватит! — я резко встала с дивана, опираясь на спинки кресел. — Мне надоело! Хватит уже везде использовать это тошнотворное “мы”!
Доктор ошарашенно смотрел на меня, а братья лишь обменялись усталыми взглядами.
— Я суккуб, черт возьми! — прорычала я. — Мне и так из-за вас досталось от Люцифера, до сих пор спина болит! Надоело!
Мой взгляд гневно сверлил двоих Винчестеров.
— Хочу снова вернутся к прежней жизни! Цеплять мужиков, использовать на них принуждение, высасывать из них жизнь и убивать! — я взглянула с мольбой на дока. — Разве я так много прошу, а?
Мы шли по коридорам. Я волочилась позади, слегка хромая местами. Нас вела какая-то девушка-медсестра. Как сказала она: плановый осмотр.
— Доктор хочет понаблюдать за вами пару дней, — весело произнесла она, шагая по кафелю.
Смотровая противно воняла больницей. Сначала медсестра измерила у нас давление, потом температуру и прочую фигню.
— Так, ты, — девушка повернулась ко мне. — Шагай за ширму, мне нужно осмотреть этих двоих.
Я развернулась и пошла туда, куда сказала та. Под нос бормотала себе: “Можно подумать, увижу что-то новенькое!” В общем, минут через двадцать девушка пришла ко мне. Она попросил меня раздеться, осмотрела меня, прощупала. В некоторые моменты, я жалела, что здесь нет медбрата какого-нибудь.
— Меня раздражают эти халатики, — сказала я сквозь зубы, поправляя противную махровую синюю ткань на себе.
— Сама напросилась к нам, — пробубнил в ответ Дин, за что получил от меня подзатыльник.
— Прекратите, — устало произнес Сэм. Он глазами нашел кого-то. — Вот он.
Винчестеры сразу пошли к мужчине, который одиноко сидел за последним столиком в столовой (или игровой, или все вместе) этого дурдома. Высокий и очень худощавый. Вообщем, мужик не ахти.
— О, парни! — Винчестеры по очереди пожали руку этому самому Мартину. — Как вы выросли! Прекрасно выглядите!
— Спасибо, Мартин, — сдержано улыбнулся Сэм. — Ты тоже.
Я же все это время молчала. И тем не менее, не заметить меня не смогли. Мужчина тут же устремил свой взгляд на меня.
— А тебя я не помню, — задумчиво произнес мужчина. — Ты незаконная дочка Джона?
— Упаси Лилит! — ужаснулась я. — Подруга я их, дядя, подруга!
В сторонке тихонько смеялись и глотали смех Винчестеры. Крайнего, — Дина, — мне удалось пнуть ногой.
Далее последовал душераздирающий монолог о том, что он благодарен нам за приезд, о том, что в былые времена справился бы с неведомой тварью и сам. Это было скучно, слишком скучно.