Я забуду тебя завтра...
Шрифт:
Пытаясь успокоить расшатавшиеся нервы, я попыталась слезть с кровати, чтобы налить себе воды, но подскочила на месте, когда дверь снова распахнулась. На пороге стоял тот самый Захаров, я узнала его по фото из статьи. В реальности он оказался куда устрашающим, чем на экране телефона. Строгий взгляд, величественная осанка, непроницаемое выражение лица. Каждый его шаг и каждое движение просто кричали о том, насколько он опасен.
— Здравствуй, Рина. Меня зовут Антон Ахметович…
Я кивнула и махнула рукой
— Я знаю кто вы. Читала про вас.
Уголок губ дёрнулся вверх, и мужчина кивнул.
— Я пришёл поблагодарить тебя и, возможно, объяснить, что происходит. Ты готова к такому разговору?
Я кивнула, поджимая под себя ноги и убирая волосы за ухо, но тут в комнату ворвался Грешник. Боже. Если Захарова я опасалась, то при виде разъярённого блондинчика сжалась от страха. Карие глаза метали гром и молнии… карие? Да как так?!
— Что это?! — прикрикнул он, указывая на что-то за дверью.
Неужели так быстро доставили?
— Мой заказ, — ответила я, пожимая плечами.
— Ты должна была заказать вещи!
Внутри начало подниматься возмущение.
— Вы сказали, что я могу заказать всё, что мне необходимо!
— И тебе нужен шкаф, кресло и цветок? Что ещё ты натворила?
Он выхватил из моих рук свой телефон, нахмурился, увидев статью, но свернул её и влез в магазин. Проверяя список доставки, он всё больше и больше злился.
— Вазы? Тарелки? Ты дура? Что ты тут устроила?!
— Не смейте со мной так разговаривать! — воскликнула я в ответ, сужая глаза. — Я не собираюсь жить в таких условиях!
— В каких ещё условиях? — прошипел он.
— В пещерных!
— Это моё жилье, пигалица! Не суй нос не в своё дело!
— Сами вы пигалица! — в ярости закричала я, приподнимаясь на ногах. — Хамло! Научитесь разговаривать с людьми нормально! Вы живете в двадцать первом веке! Неандертальские замашки давно вышли из моды!
Он отпрянул, хмурясь и качая головой.
— Ты чокнутая?
— Это вы грубиян! — прорычала я. — Я пытаюсь с вами нормально разговаривать, а вы либо игнорите, либо запугиваете! Кто из нас ещё тут чокнутый?
— Ты её запугивал? — удивился Ахметович, которого явно забавляла вся эта ситуация.
— У неё рот не закрывается, осточертела уже! — буркнул Грешник, вполне нормально. — Забери её, а. Или придушу когда-нибудь.
Я ахнула, усаживаясь обратно, и обиженно отвернулась в сторону. Придушит. Это его придушить надо!
— Самоуверенный индюк, — буркнула я себе под нос, скрещивая руки на груди.
Повисла тишина, которую резко нарушил смех Захарова, привлекая моё внимание. Грешник в ярости сверлил меня взглядом, а Ахметович утёр невидимую слезу с уголка глаз.
— Я её не заберу, — сказал Захаров, наконец, отсмеявшись, и повернулся к Грешнику. — Мне некуда её забирать. В охотничьем домике
— Забери в особняк! — фыркнул блондинчик.
— Нина только смирилась с Амелией, не думаю, что это хорошая идея. Она придушит Рину раньше, чем ты. Тем более там девочки.
Мои глаза увеличились в размере, и я поспешила отвернуться. Нина, Амелия, девочки. У него там бардель что ли?
— Как же… пф, — раздраженно фыркнул Грешник, но не договорил, а обратился ко мне: — Ещё раз выкинешь что-то в том же духе, и я сверну тебе шею. Это мой дом! Не смей в него лезть!
— Это подвал, — заметила я, насупившись.
— Это. Мой. Дом. И ты здесь временно. Не нравится что-то — быстрее называй имена и проваливай.
— Чемодан, имена. Определитесь уже!
— Чемодан мы уже нашли, — ответил Захаров, пока мы снова не сцепились. — Ты выкинула его за гаражами.
Как только он это сказал, перед глазами вспыхнула картинка, где я действительно выкидываю небольшой чемоданчик в кучу листьев. Он раскрылся в тот момент, и я увидела несколько бумаг, деньги и пистолет. Я тогда испугалась снова, закрыла его быстро и накрыла листьями, а затем пошла вглубь дворов подальше от особняка Кубрынина. В голове был лишь страх, что кто-то увидит оружие, что его найдут и меня посадят.
Пистолет. Выходит, я и вправду стреляла в кого-то? Намеренно? Или защищаясь? Сглотнув, я кивнула, но извиняться не собиралась. Кем бы ни были эти люди, я отлично знала, что просто так не нажму на курок.
— Сегодня ты назвала ночной клуб. Мы копнули под хозяина и кое-что на него накапали. Я дал добро на штурм, и наши ребята нашли под зданием закрытый этаж. — Его взгляд стал задумчивым. Черты лица обострились, выделяя в нём хищность и даже ярость. — Там были дети. От десяти до пятнадцати лет. Девочки и мальчики. Если бы не ты, Рина… — он замолчал и посмотрел на меня. — Это не мы их спасли, а ты.
Я кивнула, немного смутившись. Это было ужасно. Мальчики, девочки. Это же дети! Как такое возможно? Как люди на такое решаются? Мне совсем недавно было пятнадцать. Если бы я пережила подобное… Да я бы руки на себя наложила!
— Что с ними теперь будет? — спросила я, снова убирая с лица волосы и смотря во все глаза на Захарова. — С детьми. Что с ними будет?
— Реабилитация и психологическая помощь. Именно сейчас мы можем помочь только этим, а когда они справятся с мыслью, что всё позади, я верну их в семью.
Я с облегчением вздохнула и кивнула. Не знаю, правильно ли это, но, думаю, Захарову лучше об этом знать.
— Завтра твоё День рождение, — снова начал Антон Ахметович. — Я не смогу устроить тебе поездку или вечеринку с друзьями в целях безопасности, но могу помочь в материальном плане. Любое желание, любая вещь.