Я в любовь нашу верю...
Шрифт:
— Я знаю, — с горечью заметил Артемис, крайне недовольный тем, что ему приходится теперь расхлебывать эту кашу. — Но у нее проблемы. Стресс. И множество других причин, побудивших ее отказаться от своей миссии.
— Но ведь и мы не железные! — воскликнула Усаги. — Почему она должна быть исключением?
Кот ничего не ответил, лишь головой покачал.
— Она дома? — резко спросила Рей.
— Да.
— Я поеду к ней.
Едва Хино развернулась, чтобы скрыться в доме, Мако перехватила ее руку:
— Стой!
— А как же собрание? — разочарованно протянула Цукино, поднимаясь с места.
— Без пятого воина его проводить бесполезно, — сделала неутешительное заключение Луна. — Так что… извините, что оторвала вас от дел. Мако, я искренне надеюсь, что ты заставишь Венеру передумать.
— И… вот что еще я забыл сказать, — как и всегда, Артемис самое интересное оставил напоследок. — Я не могу найти ее жезл и коммуникатор. Похоже, она спрятала их вместе с кристаллом.
Карие глаза жрицы Луны едва не вылезли из орбит:
— Что?! Кристалл? Один из семи радужных?
— Э… Разве меня одну волнует, что она спрятала часы и жезл? — робко заметила Ами, но черная кошка уже истерила вовсю.
— Как же это безответственно! Она подвергает свою жизнь опасности! Ты сказал Минако, что демоны наверняка будут охотиться за кристаллом?
— Естественно! Только кто меня слушает? Уперлась, как баран, и дальше своего носа ничего не видит.
Все дружно покосились в сторону Усаги, которая тоже подходила под описание упрямой и недальновидной девчонки.
— Что? — возмутилась она. — Не обо мне речь идет!
— Так, стоп! — Юпитер повысила голос, выставив руки вперед. — Я попытаюсь во всем разобраться. Успокойтесь. Если что, — она постучала пальцем по часам-коммуникатору, — я на связи. Пойдем, Артемис. Всем пока!
И Мако, прежде чем ей хоть кто-то что-то сказал, взяла кота на руки и быстрым шагом двинулась прочь от храма Хикава. Ее тоже терзала тревога за подругу, но она знала, что сможет во всем разобраться. И бутылка красного вина с черным шоколадом ей в этом поможет. Уж в этом Кино была уверена.
Близилась полночь. За окном давно стихли звуки большого города, коими был полон современный Токио, и теперь лишь далекий гул напоминал о том, что где-то там, в центре мегаполиса, по-прежнему кипит жизнь. Полуночники заседали в барах и клубах, потягивая коктейли и затягиваясь крепкими сигаретами. Запретные развлечения, раскрывающие любому желающему темные желания их души, манили к себе цветными неоновыми огнями. Ночь, дарующая свободу, ждала своих детей, игриво подмигивая вывесками, словно знойная южная красотка ярко подведенными глазами.
Минако и Мако укрылись от манящего шепота ночи в квартире. Закрыли окно, задернули занавески,
Айно лежала на животе, подняв ноги вверх и подложив под щеку сложенные руки. Ей удалось первой оккупировать диван, и теперь она победно взирала сверху вниз на Мако, что расположилась на мягком ворсе белого ковра. Та лежала на спине, заложив руки за спину, и от этого ее впечатляющая грудь казалась еще больше.
— Хи-хи, — издала вдруг Минако легкий смешок. Ее что-то позабавило.
— Что такое? — полусонно произнесла Кино.
— Я вот тут подумала, что у меня давненько не было романтики при свечах.
— Ну, это не романтика, — девушка с ленивой грацией потянулась. — Скорее, это девичник на двоих.
— Или же что-то более корыстное, — подозрительно протянула Айно. — Я вот жду, когда ты заговоришь о воинах в матроске.
Макото прикусила язык.
„Хм. Догадалась все-таки. Значит, пойдем другим путем“.
— А вот и нет, не угадала, — в глазах Кино засверкали лукавые огоньки. — Просто почувствовала, что у тебя проблемы. И дело не в том, что ты отказалась приходить на собрание.
— А в чем же тогда? — Минако лениво перевернулась на спину, вытягивая ноги, которые из-за коротких джинсовых шорт казались длиннее.
— Мы уже, помнится, говорили об этом. О Мамору.
Айно тяжело вздохнула. Слово „говорили“ предполагает равную беседу или обсуждение. А на самом же деле, чуть захмелев от вина, девушка начала вываливать на Мако все то, что скопилось в душе. Так сказать, перекладывала с больной головы на здоровую. Но подруга не жаловалась. Она лишь кивала головой в знак согласия, и в ответ Минако начинала все по новой.
Когда Мако появилась на ее пороге с Артемисом и пакетом из супермаркета в руках, девушка была близка к тому, чтобы сослаться на несуществующую головную боль и выпроводить экс-принцессу Юпитер восвояси. И потом устроить взбучку белому коту который, поджав хвост, скрылся на кухне и с тех пор не показывался оттуда. Знает, что напортачил.
Но Кино с хозяйственным видом вошла в квартиру, заперла дверь и заявила:
— Начинаем сеанс бесплатной психотерапии, — и достала из пакета бутылку сливового вина, которое так любила Минако. Тут уже Айно не смогла устоять, втайне признавшись, что вот таких вот моментов ей здорово не хватало. — Поболтаем?