Я у тебя есть
Шрифт:
Дракон каким-то чудом ещё дышал, с таким количеством ран невозможно выжить, я продолжала тянуть, уже погрузившись своими ногами в ручей. Чудище уже не стонало, глаза закрыты и тело неподвижно, лишь редко вздымающиеся бока подтверждали, что он жив. Наконец, мне удалось положить морду дракона в воду, но пить он не стал.
– Лей, лей ему воду в пасть! – кричал мне сын, а я боялась лезть в эту зубастую пасть.
Но делать нечего, ввязалась в это, так нужно идти до конца. Кряхтя я повернула голову дракона на бок и схватив валявшуюся неподалёку палку вставила в пасть чудища, как рычагом разжимая
– Глотай! Хочешь жить – глотай!
Спустя вечность, чудище шумно и с трудом сглотнуло, а я не удержала облегченного выдоха.
– Всё, теперь всё, должен выжить, – подбодрила я волнующегося на другом берегу ручья сына.
Платье моё до самых бёдер промокло, но я не чувствовала холода, дрожа от напряжения и продолжая вливать дракону в пасть живую воду. Сколько это продолжалось – не знаю, я потеряла ход времени, вывел меня из этого состояния Славик.
– Получилось! Мам, смотри, он стал светиться ярче!
Я прекратила бесконечное повторение действий и разогнувшись посмотрела на тело дракона. Оно действительно светилось гораздо ярче, дышать он стал чаще, но вот выталкиваемая, из многочисленных ран, при каждом новом вдохе кровь, мне совершенно не понравилась. Не задумываясь я зачерпнула в сложенные лодочкой ладони воду и рванула к самой кровоточащей ране в боку. Из этой раны торчала далеко не стрела, похоже в ней застряло настоящее копьё. Вылив на рану воду я стала ждать, кровь замедлилась, но полностью бежать не перестала. Сделав ещё пару ходок я поняла, что одной воды мало, надо делать что-то ещё. На помощь мне пришёл как всегда сын:
– Нужно выдернуть копьё, оно мешает ране закрыться!
– Но ему будет больно! – недоверчиво посмотрела на сына я.
– Знаю, но это необходимо сделать.
– Ладно, – с глубоким вздохом ответила я уже руками примеряясь к копью.
– Прости, но тебе придётся потерпеть, – прошептала я и со всей силы дёрнула на себя копьё.
Зверь взвыл и дёрнулся всем телом, я же вместе с копьём упала на траву, больно приложившись копчиком и затылком. Окровавленное копьё осталось в моих руках, я с отвращением смотрела на вырванную плоть, застрявшую на зазубренном крае оружия.
– Мама, не спи, он сейчас истечёт кровью!
– Я охая поднялась и посмотрела на рану, из нее сильным потокам лилась кровь, окрашивая траву в ещё более темный цвет. И я забыла про свои ушибы, что есть мочи рванула к ручью и в бешеном темпе стала носить воду поливая рану, пока та совсем не закрылась. Только тогда я смогла перевести дыхание и выдохнуть. Но расслабляться было ещё рано, дракон как ёж был утыкан стрелами, это, конечно, не копья, но наверняка тоже весьма больно.
До самого рассвета я выдёргивала стрелы и заживляла раны, не свалиться с ног мне помогала живая вода, которую я пила, чувствуя себя на пределе возможностей. Славик давно спал прямо сидя в коляске и уронив светлую голову на грудь. Дракон после пыток, кажется, тоже уснул. Ему надо восстановить хоть
Открыла я глаза уже днем. Ну как днём, яркого солнца не было видно, будто ему мешал свободно проникать в эту местность защитный туманный купол, под моей спиной мерно вздымался теплый бок дракона, сын сполз на траву и прижавшись спиной к живой печке продолжал спать.
– Наконец-то! – сказала внезапно появившаяся перед моим лицом морда дракона. От неожиданности я дернулась бежать, но эта же морда на чистом русском на меня шикнула:
– Тише ты! Ребёнка разбудишь!
– А ты, значит, не разбудишь? – ехидно прошипела я.
– Не-е-е-т, я тихо, – смешно покачал головой дракон, а я тихонько прыснула со смеху.
С открытыми глазами дракон преобразился, он поднял костяные пластины, короной окружившие его голову, глаза сверкали расплавленным золотом, притягивая к себе мой любопытный взгляд. В общем, он был красивым, природа этого мира не поскупилась на создание такого великолепного существа.
– Спасибо, – пробасил он, – без твоей помощи я бы не встретил сегодняшний рассвет.
– Я долго сомневалась. Опасалась твоих зубов и когтей.
Дракон оскалился, голова его беззвучно затряслась, а глаза закатились. Не сразу я поняла, что это он так смеётся, чуть не рванула снова осуществлять спасательную операцию.
– А ты странная, – отсмеявшись, сказал дракон.
– Почему? – не разделила его вывода я.
– Сидишь спокойно, разговариваешь со мной, а не бежишь в безрассудном страхе. На твоем месте другой халт уже давно меня добил, а ты наоборот, выходила.
– Я не задумываясь бы убежала, но меня остановил сын, благодари его, а не меня.
– Его я тоже поблагодарю, не сомневайся. Скажи мне, что халт делает в заповедной полосе и как вы смогли сюда попасть? Как вас пропустила сюда защита?
– Мы просто прошли, – пожала плечами я, – никто нас не пытался задержать, а название этого места я не знала.
– Хм-м-м-м, – задумался дракон, – в таком случае как тебя зовут?
– Татьяна, а тебя?
– И имя у тебя не типичное для халтов, – пропустил мимо ушей мой вопрос дракон, – откуда вы пришли?
– Мы пришли с Земли.
– У нас нет такого места, ты что-то от меня пытаешься скрыть? – раздражённо спросил дракон, гипнотизируя меня своим круглым глазом.
– Нет, мне нечего скрывать, и не злись, ты должен теперь мне свою жизнь.
– Откуда ты знаешь про этот закон, халт? – гневно прошипел дракон.
– Слышала, – не говорить же ему, что прочла в фантастических книжках и сказала так, наобум.
– Ты не так проста, как мне показалось на первый взгляд, у тебя своя корысть. Чем я могу тебе отплатить за спасение своей жизни?