Я твой монстр
Шрифт:
Медленный вдох, пока спазмы не заставляют вновь закашлять. Дин ослабил свои объятья и одной рукой стал массировать мою спину: то ли успокаивая, то ли подбадривая, то ли... фиг поймёшь этого охотника.
– Молодец, покашляй, легче станет.
От злости поперхнулась при следующем вдохе.
Совсем сдурел?! Как с маленькой разговаривает. Знаю я всё и не хочу ни этих успокаивающих объятий, ни его поглаживаний по спине. И слышать его тихий голос так близко с очередными указаниями не хочу. И без него смогу разобраться со своими
Я постаралась повторить попытку избавиться от навязчивой заботы. Понятное дело, что ему нужен был живой провожатый.
Ох, надо будет избавиться от охотника до того, как кто-то из монстров решит, что я в предатели подалась. О повторной ссылке можно и не думать – разорвут, или скормят дионее, или к кеонгам закинут. Одни лишь проблемы с людьми, с мужчинами и особенно с этим охотником.
Дин убрал руки, позволяя мне уйти. Далеко не уползла, конечно, но хоть не буду дышать мокрой землёй вперемешку с водой, что застряла где-то в моих лёгких.
– Снимай одежду, надо просушить, пока солнце не ушло, – поторопил Дин, а сам принялся выжимать и раскладывать свои вещи на ближайших валунах.
Я силилась унять дрожь в руках и даже убрала когти, чтобы легче было расстегнуть пуговицы, с которыми не успел расправиться охотник. Но все равно выходило не очень. Дин стащил с себя штаны, выжал как смог и разложил их, а рядом поставил свои сапоги. Мои же остались где-то там – на правом берегу этой треклятой реки. А куртка, похоже, утерялась в водах. Ну и ладно.
Мысленно поблагодарила Дина, что не снял своё бельё, хотя толку от него было мало – мокрая светлая ткань плотно облепила мужское тело и просвечивала, не оставляя особого простора для фантазии. А он будто ничего не замечает, то так повернётся, то присядет, то...
Фу, нет! Не собираюсь думать о его хозяйстве. И лучше побыстрее справиться со своей одеждой, а то поспешит на помощь, сверкая сокровенным перед самым носом. Гадость!
Я полностью сконцентрировалась на пуговицах и закончила с рубашкой в аккурат, когда Дин решил проверить, как у меня идут дела. Стащила её с себя и отвернулась, протягивая мокрую вещь, – охотник приблизился, чтобы забрать её.
Ну конечно. Совсем стыд потерял.
– Ты … Я... – попыталась выразить своё возмущение и обратить его внимание на неуместность демонстрации мужского тела во всей красе, ну почти во всей, практически...
Что-то стало жарко... фу-ур...
– Всё в норме? – не понял он моих потуг.
– Да, – выплюнула, старательно смотря куда угодно, только не в его сторону.
Я принялась за свои штаны, пытаясь прогнать запечатлённый образ полуобнажённого мужчины.
Меня не интересуют люди. Ни капли! Даже такие высокие, широкоплечие, с хорошим мышечным каркасом, аппетитной попкой...
Тьфу, он же невкусный. Нечего пялиться на несъедобный зад!
Наконец со штанами покончила, кое-как отжала и сама разложила на ближайшей груде
– Необходимо определиться с местом для ночлега, – в опасной близости прозвучал голос Дина.
Я подпрыгнула от неожиданности и замерла. Нет, он же близко, значит можно и повернуться к нему, просто не надо опускать взгляд.
Подумала – сделала. Ошиблась.
Трудно держать свой взор на уровне его головы, потому что мокрые волосы, зелёные глаза да запах земли навевают воспоминания о том, как я обожала прятаться в траве от всех и всего. А тут нужно спрятаться от голого мужика... не совсем голого, но задача не облегчается.
Я опустила веки, чтобы убрать с глаз это недоразумение.
– Ты в порядке?
– Ш-ш-ш. Я пытаюсь услышать, что вокруг нас творится. Можешь помолчать, раз с одеждой у тебя проблемы?
Вот, сказала. Но не думаю, что он понял, о чём это я. Ну не скажешь же: «Я вижу твой детородный орган. Мокрая ткань с трудом скрывает очередное твоё достоинство». Да за такие слова меня можно записать в группу к несчастному Кусту, только я буду пытаться доказать всеми силами, что и даром не сдался мне этот охотник.
Пришлось постараться, чтобы что-то услышать. Гудящая голова этому не способствовала. Хотелось пить, но от мысли, что нужно приблизиться к водному потоку, начинало трясти мелкой дрожью. Кожу покрыли мурашки, обняла себя за плечи, но это плохо помогало из-за мокрого комплекта из шарты.
Уж его снимать не стану, и пусть только Дин заикнётся о нём, покажу, как правильно использовать когти.
– Ничего не слышу, и по запахам тоже, – сказала, открыв глаза и устремив взгляд в сторону шумной реки.
– Я осмотрюсь тогда, а ты за одеждой пригляди.
А что за ней приглядывать – мокрая и прилипшая к камням. Ветра почти не было, и, на нашу удачу, дуло в сторону реки. Спорить не стала. Не смогла удержаться и проводила взглядом босоногого полуголого человека с кинжалом на поясе.
Если добавить хвост и немного чешуи, то за обычного створга сойдёт...
Бр-р. У меня температура, что ли, растёт? Сравнивать человека со створгом – с моей головой совсем плохо.
А она продолжала гудеть так, словно чем-то увесистым по ней ударили. Я потёрла лоб, пытаясь прогнать неприятные ощущения. Выжала волосы, чтобы те перестали холодить спину стекающими каплями воды, и уселась сушиться.
Несколько часов спустя солнце скрылось за деревьями, оставляя меня без надёжного источника тепла. Одежда успела подсохнуть, но ощущалась сыростью на коже. Я решила, что лучше она досушится окончательно на мне, а потом уже приступит к ответной благодарности. Ночью всё-таки будет нежарко.
Дин бесшумно вернулся, вновь заставив вздрогнуть от его голоса:
– Высохло?
– Почти, – даже не посмотрела в его сторону, застёгивая на себе рубашку.
Он принялся одеваться, попутно рассказывая: