Я твой кислород
Шрифт:
— Выбирай: Puma, Nike или Gucci.
— Шикарный выбор, но пожалуй первое. Теперь и господин Вели имеет выгоду от партнерства со мной? — поддела я, вновь осматривая похищенное. Что-то мне подсказывает, что багажник набит сполна.
— Это не назовешь полноценной заработной платой, скорее чаевые, — я возмущенно ахнула, но он поспешил объяснить. — Через пару годков мы построим собственную империю на которой в день будеи зарабатывать больше, чем в этой машине. Чем он тебе там уши грел?
— Раскладывал карты Таро, которые я и прихватила, но сев в твою машину поняла, что продешевила.
— Веришь
— У меня есть два предположения, один из них должен быть точным: первое — Азер постарался и именно его закрыл за решетку из-за убийства своего брата; второе — дядя Салих стал искать убийцу дедушки именно там. Я слышала слухи и склоняюсь ко второму варианту.
— Разве из-за слухов или же Азера?
— Не следует нас больше никак соединять. Все закончено, господин Вели. На этот раз жирная точка, которую, господин Азер сам и поставил. Наш план остается в силе, но из-за того, что тонущие отказались от руки помощи, то мы поможем их потопить.
Я дала шанс Эфсун и Азеру стать спасенными и избежать наказания, но это их выбор. Теперь я настолько зла и желание добиться правды увеличилось до невероятный размеров, что никого не пощажу, наоборот, превращу их жизнь в ад. Цените свое партнерство? Я смогу вас всех одним ударом удавить. Ждите мой выход, господа.
Перед въездом в Чукур, господин Вели остановил меня у мусорных баков, где я смогла выбросить чудовищный наряд. Теперь же меня грел синий, свободный спортивный костюм с белыми кроссовками, сверху которого я надела черную куртку, стараясь забыть весь тот кошмар. Я стану сильной и смогу нажать на курок. Мне не требуется чья-то помощь. Настанет день и ты познаешь мою силу, Барон. Женская месть очень страшна.
Меня высадили возле кофейни из которой выскочил отец, который сразу же чуть не открутил голову, прижимая к себе.
— Слава Богу, — услышала я его вздох облегчения.
Краем глаза я приметила взволнованную Дуйгу. Применив немало усилий, я выпуталась из отцовской хватки, обнимая подругу, которая на мое удивление заплакала, когда крепко прижала меня к себе. Неожиданно ее видеть в таком амплуа. Вечно сильная, волевая моя подруга Дуйгу, никогда бы не стала такой.
— Да, что с вами такое? — поразилась я их реакции, совсем забывая, что меня похитили.
— Пусть останется в прошлом, — выйдя из машины и засунув руки в пальто, пожелал господин Вели. — Доставил в целостности и сохранности. Я смотрю, вы совсем за девочкой перестали смотреть, раз ее могут похитить прямо возле дома средь белого дня.
— Спасибо Вели за спасение Караджи, — вышел из здания дядя Ямач, — но такими словами лучше не разбрасываться. Как ты ее нашел? Как вообще такое могло произойти Караджа?
Здесь я не могла смолчать, поэтому отпустив Дуйгу, сложила руки на груди и повернулась к родным. Вот они великие Кочовалы, которые неразрушимы, которые заставляют сидеть дома женщин, пока они во всем разберутся.
— Звучит, как обвинение. Теперь же я виновата в том,
— Зайди внутрь, там поговорим, — приказал дядя Ямач, посматривая на зевак, которые собрались на улице.
— Не хочу нарушать вашу славную мужскую компанию. Пожалуй, пойду домой, возможно, удастся узнать, может кто-нибудь заметил мою пропажу, чтобы я окончательно не разочаровалась в нашей семейке.
Я осмотрела их брезгливо, прежде чем повернутся и обойдя машину Вели, пошла в сторону дома, но мне не удалось этого сделать, потому что меня развернули и силком потащили в здание под руки Метин и Кемаль. В заложниках сиделось намного лучше.
Стоило всей компашке собраться в кафе, только теперь еще господин Вели добавился и Дуйгу, то дверь закрыли на ключ, а отец с дядей сели напротив меня, буравя взглядом. Ничего, в эту игру могут играть двое. Я сделала знак около губ, будто закрывая на замок и выбросила ключик, нарываясь на неприятности. Посмотрим, как вы вытяните из меня информацию. Дуйгу не посмеет сболтнуть лишнего, а о деталях похищение никому не известно, кроме меня.
— Упрямишься, значит, принимается, — дядя легко воспринимал мои капризы. Если бы они в свое время больше обращали внимание на женщин, а не мерились господством с врагами, то возможно наша семья осталась в прежнем составе, а я никогда не встретилась с Азером, который и является причиной моего молчания.
— Караджа, что творишь? — шалили нервишки у отца и он стукнул по столу, но я даже не вздрогнула, а лишь снисходительно покачала головой. — Он что-то тебе сделал или сказал, раз ты настроена против нас?
Я продолжала хлопать глазами, как невинная дурочка, которую случайно поймали и завели в это место. Меке и Джеласун ухмыльнулись из угла кафе, прежде чем Джеласун ответил:
— Это место пускай хоть прямо сейчас загорится, но она ни на шаг не сдвинется. Вы разве Караджу за столько лет не изучили?
У меня появилась идея, я достала телефон и напечатала ответ, передав телефон рядом сидящей Дуйгу, чтобы она ответила.
— «Откуда им изучить, если они в дом вообще за столько лет от силы раз пять заходили и то со словами, чтобы я не посмела выходить».
— Разговаривать ты не можешь, а переписываться легко, Караджа? — не отставал дядя и произнес с горящими глазами, как маньяк. — Прекрасно. Зачем ты подвергла себя опасности и похитила товар?
Дуйгу протянула мне обратно телефон, на что я спокойно его взяла, но тут резко кинула и к счастью дяде удалось уклонится и телефон врезался в стеклянную дверь, выбивая стекло напрочь и падая уже на асфальт на улице. Невозмутимо я вновь сложила руки на груди, подняв одну бровь, тем самым говоря, вот вы хотели, чтобы девушки молчали перед вами и ничего не делали. Я лишь выполняю их приказ, пускай чуть запоздало, но все же. Ничего у меня теперь есть деньги, чтобы купить новый, поэтому следующая угроза папы не сработает.