Я твой кислород
Шрифт:
— То есть, это твой Чукур, но не мой? Чего ты для него сделала, чтобы раскидываться такими словами?
— Я стала верной Идрису Кочовалы — моему дедушке и никогда не сделаю того, что он не одобрит. До конца своих дней я буду ставить на первое место народ, который живет здесь и ценить то место, в котором родилась. Я на стороне дяди и теперь у нас не существует никаких кровных уз с тем, кто состоит в группе по уничтожению Чукура. Мне пора встретиться с отцом, которого ты насильно держал в тюрьме вместе со всеми остальными, когда к моей голове и голове твоей матери приставили пистолеты
Я последний раз посмотрела на это ничтожество, который считался моим братом и подняв рюкзак, который уронила, направилась домой, но брошенная в след фраза заставила меня остановится.
— А ты у нас святая? Жители района готовы принять мать Чукура, которая спит с человеком распространяющим наркотики?
— Как же ты жалок, Акын, — через плечо бросила я. — Я все сказала про тебя по фактам, а ты как малолетняя девка выдумываешь на ходу сплетни. Стыдно, что ты скатился до такого уровня.
Чукур знает, что я никогда до такого не скачусь и поэтому вчера я отказалась от всего, что связано с Азером. Сегодня лишь возник сиюминутный порыв, но как же хорошо, что не сложилось. Я не буду с Азером, пока он остается в статусе врага. Хотя, какой смысл говорить о будущем, если оно так размыто?!
Дома я поняла, что за сюрприз устроил дядя. За семейным столом сидел отец, Эмми, Джеласун, Меке, Кемаль, Метин, но дядю Салиха не освободили. Вот причина по которой я не рассматриваю мысль о будущем с Азером, он застрял в прошлом и своей мести, чтобы смотреть трезво на окружающую обстановку. Как только закончился обед, отец повел меня на террасу, поговорить.
— Что за история с похищением? Кто посмел тебя тронуть? — волновался он, а я лишь прижалась к его боку, слишком соскучилась по нему.
— Я уже говорила это дяде Ямачу, но скажу и тебе. Меня лишь планировали похитить, слежка была, но я не видела самого похитителя, также как и господин Вели, — выдала я заезженный текст.
— Кстати, о нем. Как вы успели познакомиться? Почему обратилась именно к нему, а не к Акыну?
— Когда вас забрали, то у нас на районе участились перестрелки на улицах, страдали невиновные от нападений мужчины, который недавно встретился с дядей в кафе. Господин Азер, вроде так его звали. Именно он и прислал все те цветы, которые ты встретил в гостиной. Не могла ему доверять. Слышал о решение дяди?
— Слышал и разделяю его. Я знал, что с появлением Акына ничего хорошего не произойдет. Ты чего-то не договариваешь, Караджа.
Так, пора начинать играть на два фронта. Я все сделаю, чтобы меня не заподозрили, Акын и твои угрозы не подействуют. Я получу полную неприкосновенность с двух сторон, пока ты еле удерживаешься на одной. Чем же ты теперь сможешь помочь партнерам, когда твое господство закончилось, из Чукура выгнали и ты стал совсем бесполезным?
— Дядя Ямач заметил не здоровое внимание со стороны мужчины в мою сторону и волнуется. Сегодня же Акын поймал меня в одном из переулков, но когда ребята поспешили мне на помощь, то стал распускать сплетни о том, что я с ним сплю, хотя видела всего пару раз от силу. Первый раз, когда он напал на продавца фруктов вечером, придя со своей свитой, а второй уже в кафе,
Папа погладил меня по спине, обнимая крепче. Эта ложь лишь вынужденная, чтобы Акын не смог при следующей встречи зарыть зерно сомнений. Лишний раз перестраховаться не помешает.
— Откуда ты знаешь о их разговоре с Ямачем? — отец не был дураком, но я отлично выучила его за столько лет, чтобы предвидеть и это.
— Дамла на днях почту заносила и кто-то принес белый конверт, переговорив с Ямачем, она потом встретила Акына и заметила, что дядя отобрал у него ключи от машины дедушки и после этого Акын не возвращался домой.
Я продумала все до единого, поэтому все эти дни не беспокоилась о положении братца. Жизнь очень ценна, но он этого не осознает. Его партнерство в итоге выйдет боком. Я не добиваюсь поста, власти, а лишь выполняю долг своего дедушки.
— Слишком ты стала в курсе насущных дел. Караджа, с чего такая заинтересованность? — продолжал давить отец, но вырвавшись из его объятий, я заправила волосы за уши и вздернула подбородок.
— Когда хочется жить, начинаешь узнавать то, что не следует, чтобы сохранить жизнь. После похищения это нормально, не находишь? Пап, да, вас закрыли за решетку, но и нам не легче. Я борюсь со своими страхами, но ты давишь.
— Прости, я не хотел. Просто прошу, не лезь в мужские дела, где и без тебя разберутся. Я очень боюсь за тебя.
— Это я могу сделать, — заверила я со всей уверенностью.
А что? Разве я лезу драться? Берусь за пистолет? Нет, наоборот, тем чем я занимаюсь, может заниматься любая девушка, при этом у меня хороший союзник. Господин Вели, прилагает титанические усилия, чтобы добиться желаемого, а я практически ничего не делаю. Но вот чувство, что скоро и мне придется включится не покидает меня. Если Азер продолжит добиваться смерти моей семьи, то я покажу ему, что лучше стоило послушать меня.
Не прошло и часа, как все мужчины занялись своими делами, вновь отправляясь на чьи-то поиски. Это уже не моя проблема. Я занялась уроками, но вечером мне доставили результаты экспертизы.
— Как я и думала, — с величайшим триумфом произнесла я, сидя в машине господина Вели и убедилась в виновности Назыма. — Ты же уже доставил копию по адресу?
— Несколько минут назад. На сегодня больше поручений нет, а то мне и своими делами нужно заниматься?
— Ох, прости, я совсем перегнула палку. Да, остановимся пока на этом, я взвешу все и начнем заниматься делом Саваша. Спасибо за помощь.
Я распрощалась с ним и решила немного прогуляться, спрятав сложенный конверт с результатами. Идя вдоль тротуара по улицам района мне поступил звонок и не удивилась, когда посмотрев на экран высветился номер Эфсун.
— Вижу, ты получила результаты. Что скажешь? — начала я слишком воодушевленно, но как оказалось зря.
— Получила. Из пистолета, которым убили моего отца, господина Байкала стрелял Ямач Кочовалы, — мой пульс участился.
— Это шутка, какая-то, госпожа Эфсун?
— По-твоему есть резон шутить на подобные темы? Я держу в руках лист и именно с него читаю результаты экспертизы, — меня подставили.