Я - тьма
Шрифт:
— Значит, надо их перехитрить, — прохрипел Джек.
— Если мы выбежим все сразу, может, им не удастся поймать всех.
— Не слишком похоже на план, — отозвался Джек.
— А у нас есть выбор?
Он покачал головой.
— Да, вряд ли мы их отвлечем мороженым или печеньем. Что ж, тогда вперед!
Ариес грустно улыбнулась. В этом был весь Джек: даже в самую страшную, минуту он умудрялся шутить.
Все собрались в коридоре. Даже в темноте Ариес видела, какие у всех испуганные лица. Здесь было меньше дыма, но слышался треск пламени — оно подбиралось
— Нам надо бежать со всех ног, — сказала Ариес. — Выбора нет. Если останемся здесь — погибнем. Если выберемся, у нас есть шансы. Натан, Джек и я пойдем первыми. Попробуем их отвлечь. У нас четыре рации. Мы сможем оставаться на связи. Встретимся на Секонд Бич, как и собирались.
— Я хочу, чтобы у меня была своя рация, — заявил Колин.
— Хорошо, — ответила Ариес. Она не собиралась с ним спорить. Не сейчас — когда времени так мало, а на карту поставлено так много. — Хватайте каждый по бейсбольной бите, больше ничего не берите. Не надо перегружать себя вещами.
— Я тоже должна пойти первой, — сказала Джой. — Может, я и ниже всех, зато я быстрее всех бегаю. Если мне удастся отвлечь их на себя, это может сработать.
— Я останусь с Евой, и мы пойдем за вами, — добавил Натан. — Мы возьмем одну рацию на двоих.
— Я буду с Джеком, — сказала Ариес. — А у Колина и Джой будут собственные рации. Согласны?
Все кивнули.
— Тогда пошли.
Ариес развернулась и побежала в квартиру на втором этаже, где они хранили рации и прочие припасы. Джек и Натан последовали за ней.
Она старалась не думать о том, что сейчас произойдет. Снаружи было по меньшей мере двадцать монстров, а скорее всего, больше. Шансы на то, что все они спасутся, были невелики. Когда Ариес оглянулась на Натана и Джека, она поняла, что они думают о том же.
Если кто-нибудь умрет, как она это выдержит? Они стали ее новой семьей — даже Колин со всеми его недостатками.
Ответ лежал на поверхности: она будет жить дальше. Выживать, как и все это время. Хотя надежда еще теплилась, в глубине души Ариес понимала, что, скорее всего, ее родители мертвы — как и почти все, кого она знала. Сара погибла — а ее Ариес любила больше всех на свете. Погибли и Бека, и Аманда, и мисс Дарси.
А она справилась. Выжила.
Неважно, что она не считала себя лидером, — она спасет их. Лидерам часто приходится принимать трудные решения. Именно это она только что сделала. С последствиями она разберется потом.
Оказавшись в квартире, она передала Натану рации — оставив одну для себя и Джека. Снаружи доносились голоса — это кричала толпа одичавших людей. Они начинали заводиться.
С того момента, как они подожгли дом, прошло не больше пяти минут. Забавно — казалось, что миновали часы.
— Ты не поверишь, — сказал вдруг Джек. Он выглядывал из окна на улицу. — Только что какой-то парень вбежал прямо в толпу. Он дерется с ними. Вот псих, его же убьют!
Ариес почувствовала, как у нее заколотилось сердце.
Она знала этого парня. Это Даниэль!
Мейсон
Мейсон
Каким-то чудом он не разбился. Хотя нет, чудо — неверное слово. Это было проклятие.
Ванкувер был городом-призраком.
Бензин кончился прямо на перекрестке Главной улицы и Хастингс-стрит. Мейсон спрыгнул с мотоцикла, оставил его лежать на земле и, пошатываясь, пошел в том направлении, которое показалось ему верным.
Все, кто был ему дорог, умерли, и Мейсон чувствовал себя обманутым. Лучше бы он погиб вместе с друзьями во время взрыва и лежал бы сейчас под осколками бетона. Он остался в живых только потому, что мама попала в ту идиотскую автокатастрофу.
Он не заслуживал жизни. Мамина жертва была напрасной.
Тот парень в Хоупе был прав. Мейсон — монстр. Хороший человек лучше справился бы со всем этим. Он заставил бы врачей в больнице помочь маме. Заметил бы, что Синичке нужно лекарство, — может, еще в Банфе, когда она впервые пошла в аптеку. И уж, конечно, не надо было называть ее наркоманкой. Почему он не понял, в чем дело, и не сделал все возможное, чтобы добыть для нее инсулин? Но Мейсон ничего не замечал.
Он должен был понять, что с Полом что-то не так, после той сказки в отеле. Если бы он уговорил Пола остаться, Синичка не чувствовала бы, что ее предали. Может, тогда она была бы честнее с Мейсоном и раньше рассказала бы ему о своей беде. А она молчала из страха, что и Мейсон ее покинет. Надо было дать ей понять, что он никогда ее не оставит. Останется с ней до самого конца. Он же сдержал обещание. Он приехал в Ванкувер.
Он мог ее спасти.
В нескольких кварталах впереди уже был виден центр города — очертания небоскребов на фоне неба. Многие не были разрушены, хотя и стояли с выбитыми окнами. Мейсон знал, что Стэнли-парк по другую сторону от центра. До него оставалось совсем не далеко.
Ист-Хастингс представлял собой нагромождение разоренных домов и разбитых машин. Возле дверей валялись кучи мусора, улицы были усеяны осколками и всякими бесполезными мелочами. Пахло мочой и безнадежностью. Для Мейсона это самое место.
Сначала он почуял запах дыма и только потом увидел огонь. Он прошел еще один квартал — и увидел пожар. Монстры, притворяющиеся людьми, окружили здание, сжимая в руках коктейли Молотова. Они кидали бутылки в окна — одну за другой.
Сколько людей оказались там, в ловушке?
Монстры переместились к задним дверям. Судя по всему, они ждали момента, когда жертвы попытаются бежать. Некоторые размахивали бейсбольными битами; у двоих были ножи.
Эти монстры не заслуживали того, чтобы жить. Они загоняли людей в ловушку, словно мышей. Психология трусливой толпы во всей красе.